24 И вот на мост въезжает Дон-Жуан Он видит Темзы плавное теченье, Он слышит ругань бойких англичан, Он видит, как в прозрачном отдаленье Вестминстер возникает сквозь туман Величественно — гордое виденье, И кажется, что слава многих лет Покоится на нем, как лунный свет. 25 Друидов рощи, к счастью, исчезают, Но цел Стоун-хендж — постройка древних бриттов, И цел Бедлам, где цепи надевают Больным во время родственных визитов; И Ратуша, которую считают Довольно странной, по словам пиитов; И Королевский суд охаять грех, Но я люблю Аббатство больше всех. 26 Теперь и с освещеньем Черинг-Кросса Сравнить Европу было бы смешно Не сравнивают с золотом отбросы! На континенте попросту темно. Французы разрешение вопроса Разумное нашли уже давно, Украсив фонари, мы знаем с вами, Не лампами, а просто подлецами. 27 Не спорю, дворянин на фонаре Способствует и о- и про-свещенью. Так мог пожар поместий на заре Свободы ярко освещать селенья. Но все — таки нужнее в декабре Не фейерверк, а просто освещенье. Пугает нас тревожный блеск ракет; Нам нужен мирный, но хороший свет. 28 Но Лондон освещается прекрасно; И если Диогену наших дней В огромном этом омуте напрасно Пришлось искать порядочных людей, То этому причина (все согласны!) Никак не в недостатке фонарей И я за поиски такие брался, Но каждый встречный стряпчим мне казался. 29 По мостовой грохочет мой герой… Уже редеют толпы и кареты (Обедают вечернею порой Все лучшие дома большого света). Наш дипломат и грешник молодой По улицам несется, как комета, Мелькают перед ним в окне подряд Дворец Сент-Джеймсский и Сент-Джеймсский «ад». 30 Но вот отель. Нарядные лакеи Навстречу приезжающим спешат; Стоит толпа бродяг, на них глазея, И, как ночные бабочки, кружат Готовые к любым услугам феи Пафосские, которыми богат Вечерний Лондон. Прок от них бывает: Они, как Мальтус, браки укрепляют. 31 То был отель из самых дорогих Для иностранцев высшего полета, Привыкших не вести расходных книг И все счета оплачивать без счета; Притон дипломатических интриг, Где проводилась сложная работа Особами, которые гербом Могли прикрыться в случае любом. 32 О крайне деликатном назначенье Приезда своего из дальних стран И о своем секретном порученье Не сообщал в отеле Дон-Жуан; Но все заговорили в восхищенье, Что он имеет вес и важный сан, И сплетничали знающие лица, Что от Жуана без ума царица… 33 Молва ходила, будто он герой В делах военных и в делах любовных, А романтичной тешиться игрой Во вкусе англичанок хладнокровных, Способных на фантазии порой. Так в результате слухов баснословных Жуану в моду удалось попасть, А в Англии ведь мода — это страсть. 34 Я не считаю, что они бесстрастны, Но страсть у них рождается в мозгу, А не в сердцах, хоть и она опасна Тому я быть свидетелем могу. Ах, боже мой, ни для кого не ясно, Где возникают страсти! Я бегу От этой темы: в сердце ль, в голове ли Не все ль равно; вели бы только к цели! 35 Жуан, как должно царскому гонцу, Все грамоты свои и объясненья Представил надлежащему лицу И принят был с гримасою почтенья. Политики, к смазливому юнцу Приглядываясь, приняли решенье Отменно обработать новичка, Как ястреб молодого петушка… 36 Они ошиблись… Но на эту тему Поговорю я после. Надо знать, Какая это трудная проблема Политиков двуличных обсуждать… Все в жизни лгут, но смело лжем не все мы, Вот женщины — они умеют лгать Так безупречно, гладко и красиво, Что правда в их устах бледна и лжива. 37 Но что такое ложь? Простой ответ: Не более как правда в полумаске. Юрист, герой, историк и поэт Ее употребляют для подкраски. Правдивой правды беспощадный свет Испепелил бы хроники, и сказки, И всех пророков — кроме тех господ, Что прорицают на текущий год. 38 Хвала лжецам и лжи! Никто не смеет Послушливую музу попрекать За мизантропию; она умеет Отлично славословия слагать, А за несклонных к этому краснеет. Итак, друзья, давайте ж целовать Монархам все целуемые части Как Эрин, подчиняющийся власти.