А на небесный трон, в тиши, Взнеслись созвездья, заблестели. Из мрачных тайников души Напевы звездами взлетели. И пели струны: «Близок срок, Увяла жизнь, и плакать поздно…» Пронесся тихий ветерок, Заплакали безмолвно звезды. 1898 Одесса

67. «Я любил, но любимую увели…»**

Перевод Вс. Рождественского

Я любил, но любимую увели, Сердце взяв из груди, увели. О жестокий, безжалостный мир! Сердце вырвав мое, увели. Боль сильна, и ей исцеленья нет, Есть спасенье, но помощи в горе нет. О жестокий, безжалостный мир! Друга, преданного душою, нет. Мои лучшие дни ушли, Пожалев обо мне, ушли. О жестокий, безжалостный мир! Дни, что ночи черней, пришли. 1898 Одесса

68. «„Подружка, стану я землей…“»

Перевод Т. Спендиаровой

«Подружка, стану я землей.        Чем станешь ты?» — «Весною стану, наряжу        Тебя в цветы». — «Подружка, небом стану я.        Чем станешь ты?» — «Я стану солнцем, берегись,        Не обожгись». 1898 Одесса

69. «Когда бы из моей сердечной рапы…»

Перевод Б. Пастернака

Когда бы из моей сердечной раны По смерти вырос розы черенок, И из страны далекой друг желанный С поклоном к праху моему притек, И в сердцевину розы над могилой Из слез его хоть капелька влилась, — Она б насквозь прошла цветочной жилой И рану мне закрыла тот же час. 1898 Одесса

70. «Как же я дожил до черного дня…»*

Перевод Вс. Рождественского

Как же я дожил до черного дня, Склонив свою голову пред подлецом? Уж лучше бы мне не сносить головы, Чем преклонить ее пред подлецом! Каким бы я ни был и кем бы я ни был — Бездомным и нищим — я всё ж человек. К чему же склоняться мне пред имя рек, Кто бы он ни был и кем бы я ни был. Что б ни случилось, будь горд, человек, Гордым, свободным шествуй путем, Взирай на людей с открытым челом, Что б ни случилось, что б ни случилось! Июнь 1899 Сарыкамыш

71. Вселенский колокол**

Перевод Н. Стефановича

В пустыне ли я скитаюсь священной, Бреду ль поселком куда-то вдаль — Во мне стремленье всей вселенной, Ее раздумья, ее печаль. Но свет разгоняет туман блужданья, Сомненья мучительные разреша: Вижу колокол — мирозданье, Голос его — моя душа. Звучит торжественно над пустыней, Из бесконечности, из немоты, Нигде не слышанная доныне Звонкая песня вечной святыни, Песня истины и красоты. Звоны вселенной в душе глубоко, — В духе моем узнаю пророка. Но вот колыханье толпы несметной, Как океан, тяжелой, густой, Всегда безразличной, бездушной, бесцветной… Я слышу в душе моей звон заветный — То бьет вселенная в колокол свой. И этой толпе я из горнего края Несу откровений моих благодать, — Буду учить ее, жаля, пронзая, Чтобы очнулась тяжесть слепая, И буду плакать я и сгорать… Сентябрь 1899 Александрополь

72. «Не видеть тебя я давал обет…»**

Перевод А. Сендыка

Не видеть тебя я давал обет, Но снова случилось встретиться нам. Сестра, в моем сердце страданья нет, На месте раны той — черный шрам. Но солнца лицо от меня закрыл, Словно черная туча, мой черный шрам. Как черная тень, одинок и уныл, В ущельях скитаюсь, брожу по горам. 1899 Александрополь

73. «Бессонной ночью темною…»

Перевод В. Любина

Бессонной ночью темною Со мной толпа теней — Умершие, бездомные Друзья души моей. Посмотрят, горя полные, Изранят сердце мне И, тихие, безмолвные, Исчезнут в глубине. 1899 Александрополь

74. «Стать бы мне солнцем, чтоб милую грудь…»**

Перевод Т. Спендиаровой

Стать бы мне солнцем, чтоб милую грудь Розами нежно обвить, В сердце остывшее пламень вернуть, Искры в глаза заронить.