Жестокой жизнью был обманут я — Друг лучший мой нанес удар нежданно. Мне рану нанесла судьба моя — Как памятка любимой эта рана.        Плачь, мать моя, не жди — надежды нет,        Родного сына нет — погас твой свет! 3 августа 1893 Галиция

23. «Стал ветерок ночной нежней…»**

Перевод В. Рогова

Стал ветерок ночной нежней, И хоры звезд луну зовут. Луна упала в синь морей, И стаи птиц меня зовут. На струнах сердца я взыграл, И песни звонко полились. Я трепетал и ликовал, Но струны сердца порвались. Осталась лишь любви струна В моей сердечной глубине. Всегда мне песнь любви слышна, Везде она сияет мне… 5 августа 1893 Аргина

24. «В груди моей — радость творенья…»

Перевод В. Державина

В груди моей — радость творенья. Небо во мне поет, Пожар любви пламенеет, Горя, поток ревет… И если к тебе донесется Из песен моих хоть одна, Навек ее обаяньем Душа твоя будет полна. И если хоть малая искра Пожара моей любви В тебя западет — разольется Огонь и в твоей крови. И если хоть капля горя Бушующего моего Падет на тебя, ты разделишь Со мной исступленье его. В груди моей — радость творенья. Небо во мне поет, Пожар любви пламенеет, Горя, поток ревет. 28 августа 1893 Вена

25. «Оплачь мое горе, сымбул-трава…»

Перевод М. Павловой

Оплачь мое горе, сымбул-трава, И вы, полевые цветы, Оплачь мое горе, небес синева И ты, соловей, и ты… Стало небо темней земли, Отныне брожу один, Любимую, джан мою, увели, В пустыне брожу один. Сердце мне подожгла моя джан, Расплавила и ушла, Не залечила в груди моей ран, Оставила и ушла. Оплачь мое горе, сымбул-трава, И вы, полевые цветы, Оплачь мое горе, небес синева И ты, соловей, и ты… 29 августа 1893 Вена

26. «Извивается дорога…»

Перевод А. Ахматовой

Извивается дорога, К морю темному ведет,— Яр Шушан, меня покинув, С юношей другим идет. Я — мертвец, и у дороги Я лежу во мгле ночной, Незарытый, позабытый… Море плачет надо мной. И орел клюет те очи, Что глядели на Шушан, Волк грызет во мраке ночи Сердце, ждущее Шушан. А дорога к бездне муки, К морю темному ведет. Яр в крови омыла руки И к венцу с другим идет. 2 сентября 1893 Прага

27. Моей матери

Перевод А. Блока

От родимой страны удалился Я, изгнанник, без крова и сна, С милой матерью я разлучился, Бедный странник, лишился я сна. С гор вы, пестрые птицы, летите, Не пришлось ли вам мать повстречать? Ветерки, вы с морей шелестите, Не послала ль привета мне мать? Ветерки пролетели бесшумно, Птицы мимо промчались на юг, Мимо сердца с тоскою безумной Улетели бесшумно на юг. По лицу да по ласковой речи Стосковался я, мать моя, джан, Был бы сном я — далече, далече Полетел бы к тебе, моя джан. Ночью душу твою целовал бы, Обнимал бы, как сонный туман, К сердцу в жгучей тоске припадал бы И смеялся и плакал бы, джан! 8 сентября 1893 Дрезден

28. «Один я в объятьях бушующих вод…»**

Перевод А. Сендыка

Один я в объятьях бушующих вод, О моря житейского водоворот!       Сердцем своим,       Живым, огневым, Я должен осилить твой норов крутой, Должен достичь колыбели святой       Грез моих       Заревых. Реви же, неистовый водоворот, А ты, мое сердце, мой верный оплот,       Будь чище росы       И тверже скалы. Пусть шторм завывает, угрюм и могуч, Пусть молнии сыплются в море из туч, Пусть канет огонь маяка в темноту И скроется берег, одевшись в туман, — Я пристань найду.