1901(?)

Трагедия в одном действии

Действующие лица

Местность

Время:

Незадолго до падения Вавилонской башни

Издание 1901 года

Боблово

Явление I

Он (Читает газету. Отрываясь, через некоторое время)

Пора сместить!

Молчание. Снова углубляется. Еще настойчивее:

Пора сместить!!

Она (входя)

Кого же?

Он безмолвен.

Она (настойчивее)

Кого же, милый мой?

Он

Да ну же, не мешай!

(Снова углубляется)

Она (в сторону)

Уж не министров ли? Но сколько и каких? Ужели всех? Слыхала я когда-то, Что некий был мудрец, который всех сместил, Но заменить не мог, как ни старался. Текли года, увяло государство, Но он по-прежнему их заменить не мог.

Он (снова разгоряченно)

О! господи! Когда же наконец Всё это прекратится?

Она (всё вспоминая)

А еще я помню: Курсисток толпы в улицах смятенных Рыдая шли… И пеплом посыпали Главы свои в неистовстве великом. Спросила я причину бед, но быстро Ко мне подкрался полицейский мрачный, И мнила я — мне казни не избегнуть, Когда б не Клейгельс!

Он (быстро отрываясь)

Если б это имя, Навеки стертое с страниц газетных, Историком поругано, навеки Ушло из памяти твоей!

Она (наивно)

А чем же Не нравится тебе оно?.. Казалось Всегда мне, что и в мире нету краше, А ты его бранишь…

Он (вставая грозно)

Оставь мечты. А то смотри, погибнем я и ты.

Уходит.

Она (растерянно)

О, как сердит он нынче… неспроста. Должно быть, голова его пуста…

1901

«Обыкновенная сегодня в духе…»

«Обыкновенная» сегодня в духе: Она сидит и думает о мухе. (О чем и думать? — Но таков закон: Когда у ней нет в мысли Рогачева — Всё остальное вовсе нездорово.) Кто ж будет тот, кто назовется: «он»? · · · · ·

Сии строки, предполагавшиеся, пропущены недаром.

Хотя они и не были сочинены, но были нецензурны.

Censor scepticus.

14 августа 1902

«Прикорнувши под горою…»

Прикорнувши под горою, Мистик молит о любви Но влеченье половое Скептик чувствует в крови. Как тут быть? Деревня близко, А усадьба далека. Грязью здешней одалиски Не смутишь ты дурака. · · · · · Мистик в поле (экий дурень!) Стосковался и заснул. Скептик, ловок и мишурен (!), В деревеньку заглянул. Видит он — на сеновале Дева юная храпит, На узорном одеяле, Распластавшися, лежит. · · · · ·

14 августа 1902

Правдивая история, или вот что значит жить за границей!

Когда я спал — ко мне явился дьявол

И говорит: «Я сделал всё, что мог…»

К. Бальмонт

«Политический» памфлет, запрещенный в России

Посеял я двенадцать маков На склоне голубой мечты. Когда я спал — явился Яков И молча вытащил цветы. Меж тем, проснувшись, с длинной лейкой Я вышел поливать цветник. Хотя б один «листочек клейкий» Оставил пакостный старик! Я сел в беседке, роковому Поступку не придав цены, Решив, однако, к мировому Его представить седины. Бесстыдник чуял, что последствий Он избежать уже не мог: Он обронил в поспешном бегстве Изящный носовой платок — С своей неизгладимой меткой… Но всё загладить пожелав,

Следует обратить внимание на мастерскую игру слов.

Преступник встал перед беседкой С «корнями неизвестных трав». Из стихотворения Леонида Семенова. Те травы, с моего согласья, Он предложил мне посадить, Прибавив: «Дочь мою, Настасью, Пришлю сегодня же полить». И я одобрил предложенье Полупрезрительным кивком, Настасья полила растенья, Старик ушел с своим платком. Когда взошла его крапива (Я так и знал, хотя был строг!), Старик, взойдя на холм, игриво Сказал: «Я сделал всё, что мог» — И положил в карман спесиво Изящно вышитый платок.

Запрещенный смысл этого стихотворения — политика любой державы.

Июнь 1903. Bad Nauheim

<Андрею Белому>

«Опрокинут, канул в бездну» Зинаидин грозный щит, Ах! сражаться бесполезно С той, которая ворчит. Завтра буду с Соколовым На извозчике — вдвоем! Мы Семенова с Смирновым И с Кондратьевым найдем! Жду московского ответа И еще — Вас самого, Чтоб Вы видели поэта Прежде гнусного портрета, Коий будет снят с него.