6 ноября 1901

«Восходя на первые ступени…»

Восходя на первые ступени, Я смотрел на линии земли. Меркли дни — порывы исступлений Гасли, гасли в розовой дали. Но томим еще желаньем горя, Плакал дух, — а в звездной глубине Расступалось огненное море, Чей-то сон шептался обо мне…

8 ноября 1901

«Один порыв — безвластный и плакучий…»

Один порыв — безвластный и плакучий, Одна мечта — чрезмерностью слаба, — И снова он — до боли жгучий, Бессильный сон раба. Но ты вкуси волшебство бед вседневных И сон другой — проклятый сон веков. В горниле старостей душевных Цветет восторг богов.

17 ноября 1901

«Я ли пишу, или ты из могилы…»

Я ли пишу, или ты из могилы   Выслала юность свою, — Прежними розами призрак мне милый   Я, как тогда, обовью. Если умру — перелетные птицы   Призрак развеют, шутя. Скажешь и ты, разбирая страницы:   «Божье то было дитя».

21 ноября 1901

«Жду я холодного дня…»

Жду я холодного дня, Сумерек серых я жду. Замерло сердце, звеня: Ты говорила: «Приду, — Жди на распутьи — вдали Людных и ярких дорог, Чтобы с величьем земли Ты разлучиться не мог. Тихо приду и замру, Как твое сердце, звеня, Двери тебе отопру В сумерках зимнего дня».

21 ноября 1901

«Ты страстно ждешь. Тебя зовут…»

Ты страстно ждешь. Тебя зовут, — Но голоса мне не знакомы, Очаг остыл, — тебе приют — Родная степь. Лишь в ней ты — дома. Там — вечереющая даль, Туманы, призраки, виденья, Мне — беспокойство и печаль, Тебе — покой и примиренье. О, жалок я перед тобой! Всё обнимаю, всем владею, Хочу владеть тобой одной, Но не могу и не умею!

22 ноября 1901

«Будет день — и свершится великое…»

Будет день — и свершится великое, Чую в будущем подвиг души. Ты — другая, немая, безликая, Притаилась, колдуешь в тиши. Но во что обратишься — не ведаю, И не знаешь ты, буду ли твой, А уж Там веселятся победою Над единой и страшной душой.

28 ноября 1901

«Я долго ждал — ты вышла поздно…»

Я долго ждал — ты вышла поздно, Но в ожиданьи ожил дух, Ложился сумрак, но бесслезно Я напрягал и взор и слух. Когда же первый вспыхнул пламень И слово к небу понеслось, — Разбился лед, последний камень Упал, — и сердце занялось. Ты в белой вьюге, в снежном стоне Опять волшебницей всплыла, И в вечном свете, в вечном звоне Церквей смешались купола.

27 ноября 1901

«Ночью вьюга снежная…»

Ночью вьюга снежная Заметала след. Розовое, нежное Утро будит свет. Встали зори красные, Озаряя снег. Яркое и страстное Всколыхнуло брег. Вслед за льдиной синею В полдень я всплыву. Деву в снежном инее Встречу наяву.

5 декабря 1901

«Тёмно в комнатах и душно…»

Тёмно в комнатах и душно — Выйди ночью — ночью звездной, Полюбуйся равнодушно, Как сердца горят над бездной. Их костры далеко зримы, Озаряя мрак окрестный. Их мечты неутолимы, Непомерны, неизвестны… О, зачем в ночном сияньи Не взлетят они над бездной, Никогда своих желаний Не сольют в стране надзвездной?

11 декабря 1901

«Мне битва сердце веселит…»

Все двери заперты, и отданы ключи

Тюремщиком твоей безжалостной царице.

Петрарка Мне битва сердце веселит, Я чую свежесть ратной неги, Но жаром вражеских ланит Повержен в запоздалом беге. А всё милее новый плен. Смотрю я в сумрак непробудный, Но в долгий холод здешних стен Порою страж нисходит чудный. Он окрылит и унесет, И озарит, и отуманит, И сладко речь его течет, Но каждым звуком — сердце ранит. В нем — тайна юности лежит, И медленным и сладким ядом Он тихо узника поит, Заворожив бездонным взглядом.

15 декабря 1901

«Неотвязный стоит на дороге…»

Неотвязный стоит на дороге, Белый — смотрит в морозную ночь. Я — навстречу в глубокой тревоге, Он, шатаясь, торопится прочь. Не осилить морозного чуда… Рядом с ним вырастает вдали, Там, где ка́мней вздымается груда, Голубая царица земли. И царица — в мольбе и тревоге, Обрученная с холодом зим… Он — без жизни стоит на дороге, Я — навстречу, бессмертьем томим. Но напрасны бессмертные силы — И царице свободы не жаль… Торжествуя победу могилы, Белый — смотрит в морозную даль.