– Это всё? – наконец изумлённо изрёк банкир, подняв взор на стоявшего перед ним наёмника.

– Нет, – спокойно ответил ассасин. – У нас ещё три котомки.

Банкир взмахнул рукой, нащупал в кармане жакета платок и протёр им лысоватую макушку. Один из стражников принёс стоявшую у стены лавку с мягкими подушками.

– Присаживайтесь, – глаза мужчины забегали, а толстые губы выгнулись в улыбке. – Итак, господа… и леди, конечно, – он покосился на Лайлу. – Изволите открыть счёт?

– Пять счетов, – решительно произнёс Рэксволд. – Сокровища на столе разделить между мной и этой девушкой, – он посмотрел на Эрминию, и она, сняв капюшон, недоумённо уставилась на ассасина. – Ну и ещё три именных счёта для остальных богатств. Я же прав? – убийца переглянулся со странниками. – Вот и славно.

– Хорошо, – произнёс банкир. – Сейчас я расскажу вам, как всё происходит. Одну секундочку, – он выдвинул ящик стола и зашелестел бумагами.

– Рэкси, какого чёрта? – прошептала сидевшая рядом с ассасином воительница. – Я не имею никакого отношения к этим сокровищам.

– Ну, как видишь, я как раз пытаюсь это исправить, – тихо ответил убийца и улыбнулся.

– Так не пойдёт. Это твоё…

– Вот именно, – оборвал её Рэксволд. – Моё золото – мне и решать его судьбу, – он грозно взглянул на Эрминию. – Закончили.

– Пекло, – северянка недовольно покачала головой и вновь накинула капюшон.

– Итак, перед тем как мы приступим, я должен уведомить вас о процессе открытия счёта. Ювелирные изделия и драгоценные камни подлежат обязательной оценке для перевода в золотой эквивалент. Образовавшиеся в итоге суммы будут закреплены за вашими счетами. По завершении вы получите уникальные ключи и секретные слова, вкупе дающие доступ к вашим вложениям в любом представительстве нашего банка, независимо от того на территории какого государства он расположен. Не сразу, конечно. Информация о новых счетах дойдёт до других крупных городов Эльтарона лишь через несколько дней, а до иных континентов – через несколько недель. С другой стороны, вы никак не сможете оказаться там раньше неё. Ежегодно банк будет взимать одну сотую от суммы на счету, что, согласитесь, является малой платой за сохранность ваших сбережений. Если вас всё устраивает, то я пошлю за ювелиром и подготовлю документы.

Странники переглянулись, остановив вопросительные взгляды на Лайле.

– Ничего не изменилось, – тихо вымолвила принцесса, а затем улыбнулась и посмотрела на банкира. – Можете пригласить ювелира.

Счастливых обладателей богатств проводили в отдельное помещение с огромным круглым столом, застеленным красным бархатным полотном и окружённым яркими канделябрами. Идеальное место для оценки сокровищ. Странники высыпали драгоценности и выбрали из них золотые монеты, оставив их для повседневных трат.

Через пятнадцать минут в холле появился мужчина в изящном жилете цвета сырого дерева, надетом поверх белой рубахи, тёмных шоссах и чёрных туфлях. Он деловой походкой пересёк зал, поздоровался с банкиром и вошёл в комнату с разложенными на столе ценностями. Поцокав языком, ювелир извлёк из кармана увеличительное приспособление, напоминавшее короткий кусок подзорной трубы с тонкими ремешками, и зафиксировал его на правом глазу. Усевшись на стул, оценщик стал с предельной внимательностью изучать драгоценные камни, раскладывая их по разным коробочкам, любезно принесённым одним из стражников.

– Сколько времени это займёт? – предчувствуя долгую возню, спросил Рэксволд.

– Часа полтора, – окинув взором сверкающую россыпь богатств, ответил ювелир.

– Боги… – ассасин закатил глаза.

Лайла прикинув, что у неё есть свободное время, чтобы привести себя в порядок, подошла к следопыту:

– Джон, я отлучусь ненадолго. Хочу заглянуть в лавку портного. Здесь недалеко. Приметила её по пути сюда, – принцесса взяла в руки освободившуюся котомку со звенящими на дне монетами.

– Одна? Не уверен, что это хорошая идея. Может, мы сперва закончим здесь, а потом я сопровожу тебя? А то мало ли что… Незнакомый город… Непривычное общество…

– Я могу присмотреть за ней, – воительница скинула капюшон и встала рядом с вампиршей.

– Спасибо, Эрминия, – Лайла благодушно улыбнулась. – Видишь, теперь я не одна.

– Да, так мне будет определённо спокойнее, – одобрительно кивнул Джон. – Не теряйтесь надолго. Вам ещё бумаги подписывать.

– Не волнуйся. Верну тебе её в целости и сохранности, – воительница подмигнула следопыту, и он, ответив ей улыбкой, направился к столу с сокровищами.

– Куда это вы собрались? – настороженно спросил Рэксволд, приблизившись к девушкам.

– Гулять, Рэкси, – видя непонимание на лице убийцы, воительница продолжила: – Травиться алкоголем, дебоширить в тавернах, приставать к матросам – это для начала. Дальше видно будет.

Принцесса внезапно рассмеялась, прикрыв рот рукой.

– Понятно, – безэмоционально сказал ассасин и сунул в ладонь Эрминии перчатку, наполненную монетами. – Приоденься тогда. Глядишь, не только матросам, но и самому капитану приглянешься, – развернувшись, он побрёл к Алану с Джоном, наблюдавшими за работой ювелира.

Воительница покрыла голову капюшоном, и они вместе с Лайлой направились к выходу.

Глава 17

В отличие от оружия и брони, продававшихся в городах на каждом углу, найти лавку с одеждой было весьма проблематично. Большинство портных бралось за работу исключительно под заказ. Если у них и находились вещи на продажу, то только из ранее пошитых для конкретных покупателей, по той или иной причине отказавшихся их забирать. В Карстэнуре существовало всего одно заведение, торговавшее готовой одеждой, располагавшееся в нижнем квартале, недалеко от «Жемчужного дола». Туда и направились девушки. Они вышли через арку, вновь оказавшись на многолюдной улице, когда Эрминия решила нарушить долгое молчание:

– Значит, ты разбираешься в рецептах древних противоядий?

– Разбираюсь? – Лайла помотала головой. – Громко сказано. Я лишь помню всё, что когда-либо читала. А королевская библиотека содержит… содержала много тайн, – она взглянула на спутницу. – Выходит, вы уже успели побывать у алхимика? И что он сказал?

– Сказал, что это бред собачий… Но Рэкси настоял на своём и теперь я чувствую себя лучше. Видимо, мне всё же не суждено умереть, – последняя фраза больше походила на секундное разочарование, чем на слова благодарности.

– Не похоже, что ты этому рада, – осторожно заметила принцесса.

– И да, и нет, – негромко ответила воительница. – За последнее время со мной приключилось столько дерьма, что я была бы не прочь уйти на покой. Да и дров наломать я тоже успела.

– Если ты осознаёшь свои ошибки, то можешь их исправить. Разве нет?

– Нет, – словно топором отрезала Эрминия. – Не могу. И знаешь, что самое дрянное? Я могла всего этого избежать, если бы услышала того громилу за спиной, Грока, будь он проклят. Или если бы глотнула яду, когда только попала в плен, пока он ещё был при мне… Могла вздёрнуться на худой конец… Но я таила надежду сбежать и отомстить, а в итоге лишь потеряла себя… Эти ублюдки сделали меня своим оружием против отказавшихся примкнуть к «Бездушным» разбойников, а потом и вовсе палачом для убийства невинных. Даже не знаю, зачем я тебе это говорю…

– Эрми, – рискнула сократить её имя Лайла. – Я, как никто другой, понимаю, что такое потеря контроля. Если ты думаешь, что вампиризм даёт мне одни преимущества, то очень сильно ошибаешься. Порой звериные инстинкты нечестивой сущности пытаются взять надо мной верх. Если бы не Рэксволд, то на моей совести была бы как минимум смерть Джона, чего бы я себе уже никогда не простила. Лишь достойное окружение помогло мне не запятнать руки кровью. Ты же осталась одна. Не мне судить тебя, – принцесса помолчала и продолжила: – Я далеко не знаток жизни, но мне известен человек, чья мудрость прошла сквозь века. Монси Виррей написал книгу, ставшую для многих путеводителем судьбы. У него есть ответ и для тебя.

– И какой же? – Лайла ощутила на себе пристальный взгляд из-под капюшона.

– «Оглядываясь на роковые ошибки, что уже нельзя исправить, мы воспринимаем жизнь как наказание, забывая, что она по-прежнему возможность», – процитировала мудреца вампирша.