Принцесса бережно опустила Джона на землю. Испуганно ржавшие лошади всё ещё ощущали присутствие хищника, что скрывался по ту сторону пылающего взора, и она заставила глаза угаснуть, вернув им привычную зелень изумруда. На шее следопыта красовались две кровоточащие дырочки. Рэксволд с упрёком покосился на всхлипывавшую девушку:

– Иди посиди вон там. Так, чтобы я тебя видел. Всё что могла, ты уже сделала, – он зажал раны пальцами и кивнул на торчавшую из сапога рукоять. – Алан, возьми его нож и раскали остриё. Самый кончик. Только не перестарайся. Иначе сам будешь держать клинок, – устало добавил ассасин.

* * *

Близился рассвет. Восхваляя грядущее утро, из тёмного леса доносились трели соловья. Алан, слушая убаюкивающий треск догоравшего костра, обрывисто зевнул, не спуская слипающихся глаз с Лайлы. Она же, виновато опустив голову, сидела рядом с лежавшим без сознания Джоном, с замиранием сердца наблюдая, как ассасин прижигает след от укуса. Наконец убийца воткнул охотничий нож в траву и смахнул со лба пот:

– Готово. От потери крови не умрёт. Если только от заражения.

– Спасибо, – принцесса признательно заглянула в глаза Рэксволда.

Ассасин лишь вздохнул и молча перебрался к костру. Сидевший у огня Алан снова с опаской наблюдал за вампиршей. Стоило Лайле встать, как рука убийцы скользнула к ножнам, а юнец напряжённо зашевелился.

– Пойду принесу наши с Джоном сумки и упряжь, – сама себе сказала Лайла и пошла прочь, впервые чувствуя себя изгоем.

* * *

Взяв со старого места стоянки три седла, две котомки и колчан с луком вампирша вернулась обратно. Девушка сложила вещи около полузасохшей накренившейся липы. Время уже давно склоняло её облысевшую крону к угрюмо торчавшим из трав корягам, что когда-то тоже были тянувшимися к небу великанами. И лицезрея раскинувшееся вокруг кладбище, дерево отчаянно боролось за свою жизнь, протестуя редкими зелёными листочками на выжженных солнцем ветвях.

Собравшись с духом, Лайла украдкой посмотрела на сидевших у костра странников. Заметив в их рядах очнувшегося Джона, она испытала облегчение. Следопыт сидел к ней спиной. Поймав взгляд находившегося напротив Рэксволда, он обернулся, неспешно встал и неуверенной походкой направился к принцессе. Не зная, как себя вести, и стыдясь смотреть ему в глаза, Лайла тут же отвернулась, устремив взор к светлеющему розово-сиреневому горизонту.

– Я пойму, если дальше вы решите двигаться без меня, – тихо произнесла принцесса прежде, чем подошедший Джон успел заговорить. – К сожалению, я прекрасно помню произошедшее и мне нечего сказать в своё оправдание…

– Мы отправимся в Карстэнур все вместе, как и планировали.

– Стало быть, между нами всё кончено, – с грустью промолвила вампирша, продолжая любоваться рассветом.

– С чего бы это? – следопыт осторожно погладил её по плечу.

– Не понимаю, – Лайла осмелилась встретиться с ним взглядом. – Ты уберёг меня от клинка убийцы, от обвала в подземелье, не пожалел своей крови… Позже удержал на краю обрыва и защитил от летящих в меня стрел. Пять раз ты спасал мою жизнь… и вот чем я отплатила… Я чуть не убила тебя, Джон. Как после этого ты можешь хотеть находиться рядом?

– Как тебе сказать…Ты необычная девушка, Лайла. И я понимал, что отношения с тобой могут быть немного… – воин сделал паузу, подбирая подходящее слово, – специфическими…

– Я не заслуживаю такой доброты, – чувствуя влажнеющие глаза, принцесса вновь отвернулась.

– Эй, не стоит начинать новый день со слёз. Все живы – это главное, – следопыт коснулся прижжённых ран. – А это всё ерунда. Шрамом больше, шрамом меньше…

– Ты не понимаешь, – печально покачала головой Лайла. – Я не могу дать гарантии, что это не повторится. Я не могу обещать тебе, что смогу остановиться, если безумный голод вновь затмит мой разум. Вдобавок меня гложет чувство вины, и я не знаю, как от него избавиться.

– Давай решать проблемы по мере их поступления. Хочешь загладить вину? Хм, – Джон задумчиво провёл пальцами по бороде. – Возможно, есть одно, – прервав размышления, он небрежно отмахнулся. – Да нет… Я не в праве просить тебя о таком…

– Скажи, – Лайла моментально повернулась к следопыту, буквально прожигая его внимательным взглядом.

– Забудь. Ты на такое не пойдёшь…

– Чего бы ты ни хотел, я согласна, – твёрдо сказала преисполненная серьёзностью принцесса.

– Ну, хорошо, – следопыт внезапно улыбнулся. – Тогда поцелуй меня.

– Что? – растерянно произнесла Лайла.

– Поцелуй меня, – повторил Джон, и лицо вампирши немного посветлело.

– Глянь, – кивнул вперёд Рэксволд, протирая кинжалы обрывком ткани.

Алан повернул голову и, увидев целующуюся в лучах рассвета парочку, удивлённо открыл рот.

– Угу, – сказал ассасин, убирая клинки в ножны. – Пожалуй, это самые странные отношения, что я когда-либо видел.

* * *

Подозрительные лёгкие покачивания нарушили сон Эрминии. В приоткрытые глаза тут же ударило яркое утреннее солнце, и, недовольно поморщившись, девушка отвернулась. К её удивлению, сонный взгляд упёрся в непонятную деревянную стену. Эрминия резко приподнялась, обнаружив себя сидящей в лодке, неторопливо плывущей по широкой реке. На дне челна багровела засохшая лужица крови. Девушка осторожно коснулась затылка, моментально отозвавшегося колющей болью. Травма головы и очередная порция «Лотоса счастья» играли злые шутки с её сознанием, перепутав все воспоминания о вчерашнем дне. Убийца вновь закрыла глаза, пытаясь сконцентрироваться и вспомнить, что же произошло после того, как она вышла наружу.

Брякнувший где-то в ногах длинный клинок напомнил ей о том, как она обыскивала поселение «Бездушных» в поисках дурмана, но смогла найти лишь пару медяков, кусок вяленого мяса, пустой бурдюк, меч и отобранный у неё разбойниками набедренный кинжал. Пустые следы на пыльных полках говорили о том, что большую часть провианта забрал с собой Зонк. Нетронутыми остались лишь мешки с зерном, но они не интересовали и Эрминию. Также, чтобы защититься от возможных преследователей, ассасин распустил лошадей. Девушке ничего не оставалось, как отправиться пешком. В разговорах между собой разбойники часто упоминали протекавшую рядом речушку. Наполнив бурдюк колодезной водой и оставив деревню, убийца направилась к лесистому склону, где её глаз зацепился за узенькую тропинку. Неприметная дорожка вывела Эрминию к отлогому травянистому берегу. Судя по выступавшим из зеркальной глади верёвкам, бандиты приходили сюда, чтобы расставить на мелководье ловушки для рыбы. Девушка проверила несколько плетённых из ивовых веток цилиндров, но они оказались пусты. Ещё немного пройдя вдоль реки, Эрминия обнаружила спрятанный в кустах чёлн. Своим видом он больше напоминал примитивное посеревшее от старости корыто, однако выбирать не приходилось. Столкнув лодку на воду, девушка обессиленно забралась в неё, улеглась на дно и… видимо, уснула.

Восстановив в голове все события ушедшего дня, убийца огляделась, пытаясь понять, где находится и как далеко унесло её течение. Проплывающие по левую руку луга и возвышающийся по правую хвойный лес не говорили ей ровным счётом ничего. Эрминия подтащила к себе меч и, поймав в нём на миг мутное отражение голубого неба, положила его поближе. Затем она обратила внимание на валяющийся в челне скомканный джутовый мешок. Стоило его лишь коснуться, как через дырки посыпались заплесневелые крошки хлеба, скорее всего, использовавшегося для приманки рыбы. Сунув мешок под голову, девушка снова улеглась в лодке, позволяя реке и дальше нести её навстречу судьбе.

* * *

Свежий утренний ветер шелестел травами лощины, изящно раскинувшейся между трёх величественных холмов. Длинные солнечные лучи пронзали слабую, едва заметную дымку – последние остатки вчерашнего тумана. Вдали, разрезая долину на две части, живописно искрилась быстрая река. Беспокойная ночь осела на веках томной сонливостью и, подчиняясь ей, всадники размеренно двигались по огромному зелёному полю. Чувство лёгкого голода постоянно напоминало о закончившемся провианте. Что охота, что собирательство требовали немало времени, поэтому в душе теплилась надежда наткнуться на какое-нибудь поселение. Однако за каждым новым перелеском взору странников открывались лишь поросшие бурьяном луга. Джон обратил внимание, что Лайла уже долгое время смотрит на холку лошади, перебирая пальцами белую гриву Бамбука: