– Как это понимать?

– Мир не крутится вокруг тебя, Лайла де’Рон. Твоя история лишь одна из многих и далеко не самая значимая.

– Если так, то почему ты выбрал именно меня? Почему не дал умереть от болезни? И для каких целей я тебе нужна?

– Прах и кости, сколько вопросов… Это начинает утомлять, – колдун устало посмотрел на девушку. – Но, так уж и быть, я отвечу на них. Один из моих воронов поведал мне о принцессе, изливавшей душу единорогу. И в отличие от однорогой лошади, приходившей в сад за вкусными яблоками, я мог понять суть твоих терзаний. Мне всегда импонировали нестандартные люди, и дочь одного из самых богатых правителей, мечтавшая об обычных мирских радостях, вполне подходила под эту категорию. Но ворон принёс на крыльях и привкус магии. Чёрной магии. Иссушающее проклятие, пустившее свои корни слишком глубоко, чтобы его можно было купировать даже опытному магу. Архондар де’Рон нажил немало врагов из числа угнетённых чародеев, и, скорее всего, кто-то из них решил отомстить королю столь изощрённым способом. Ты была обречена ещё задолго до того, как появились первые симптомы. Это натолкнуло меня на мысль об интересном эксперименте… И вот ты стоишь здесь, имея уникальные способности, полную свободу действий и неограниченное количество времени для странствий по загадочному миру, о котором ты так мечтала.

– Я не просила тебя об этом и не считаю себя ценнее загубленных созданий. И уж тем более я не поверю в доброго чернокнижника, бескорыстно исполняющего желания.

– Ты права, – едва заметно кивнул желтоглазый. – У всего в мире есть своя цена. В отличие от других вампиров, текущая в твоих жилах кровь особенная. Она впитала в себя магические чары существ. Поэтому мне нужна твоя помощь в одном древнем ритуале… После этого ты можешь быть свободна. Малая плата за большую услугу.

– Если я правильно тебя понимаю, колдун, ты хотел сделать из меня мёртвую марионетку для достижения своих целей? – принцесса пронзила некроманта осуждающим взглядом.

– Не совсем. Я желал, чтобы моё творение не просто мне подчинялось, но и было благодарно за спасение… Но, судя по всему, мне не удалось ни то, ни другое, – он разочарованно покачал головой. – Кажется, я зря отклонился от классических заклятий…

– А чего ты ожидал? Чтобы я сказала тебе спасибо и безоговорочно поверила в благость твоих намерений? Ты вмешиваешься в чужие судьбы, убиваешь созданий, искажаешь суть жизни, а потом появляешься из ниоткуда и призываешь меня участвовать в своих тёмных делах? – Лайла подозрительно прищурилась. – И, если я так важна для тебя, что тебе мешало проникнуть в мою усыпальницу с помощью телепортации, а не ждать четыре века? Ты не мог, верно? И, думаю, неспроста. А может, это ты и наложил на меня иссушающее проклятие, чтобы получить лавры спасителя?

– Я ценю твою прямолинейность, но тебе не кажется, что магия Тьмы находится под пятой банальных предубеждений? Знаешь, после ритуала мы могли бы многое обсудить. Я думаю, тебе будет интересно узнать правду об исчезновении существ… Или как сложилась судьба твоего отца… Или чего стоит опасаться вампиру… Подумай…

– Заманчиво. Но, пожалуй, я откажусь. Всё, что мне нужно, у меня есть и без тебя, – принцесса демонстративно взяла Джона за руку и улыбнулась.

– Вы что, вместе? – колдун совершил сближающие движения указательными пальцами. – Как интересно… Я ещё могу понять тягу вампира к живым. Ностальгия по прошлому и всё такое, но ты… – он посмотрел на следопыта. – Неужели ты будешь делить ложе с покойницей?

– Следи за языком или я тебе его укорочу, – Джон угрожающе шагнул вперёд.

– Куда катится мир… Ты хоть знаешь, что у вампиров нет репродуктивной функции и тебе никогда не познать с ней радостей отцовства? И в отличие от тебя старость обойдёт её стороной. Ваша разница в возрасте с каждым годом будет лишь очевиднее. Как ты думаешь, что по этому поводу скажет общество? – в глазах чернокнижника застыло искреннее непонимание.

Следопыт ничего не ответил, но принцесса почувствовала, как он чуть сильнее сжал её ладонь.

– Значит так, – Рэксволд прокрутил кинжалы и направил один из клинков на колдуна. – Послушай меня, желтоглазка… Ответ Лайлы предельно понятен, и если ты не хочешь найти свою голову отдельно от тела, то лучше свали восвояси.

Некромант стянул чёрную перчатку и продемонстрировал когтистую бледную левую руку:

– Мёртвая магия накладывает отпечаток на всё, к чему прикасается. Иногда изъян виден сразу, но порою скрывается внутри. Так ли вы будете защищать эту прекрасную деву, если узреете её истинную сущность?

– Уже видели, – холодно сказал Джон.

– Сомневаюсь, – усмехнулся колдун. – Иначе бы вы здесь не стояли, – он указал своей жуткой рукой на Лайлу. – Я задам тебе загадку. Видишь простенькое ясеневое кольцо на своём мизинце? Скажи мне: откуда оно?

Вампирша призадумалась, лихорадочно вспоминая свои украшения, но деревянных среди них никогда не было.

– Можешь не утруждаться, Лайла де’Рон. Оно не из твоей коллекции. В этом кольце заключена душа полуторавекового вампира, передавшая тебе большинство знаний о твоих новых способностях. Но его главное предназначение не в этом. Кольцо помогает тебе контролировать природу живущего внутри тебя зверя. Без него ты лишь кровожадное чудовище. Считай это ещё одним проявлением моей доброй воли.

– Я тебе не верю! – резко отреагировала на его заявление принцесса.

– Хочешь проверить? – искушающе произнёс черный маг. – Есть лишь один способ развеять сомнения… – он протянул ладонь, замерев в ожидании.

– Забирай и оставь меня в покое! – вампирша сняла кольцо и бросила его к ногам некроманта.

Колдун поднял деревянный кружок двумя пальцами и промолвил:

– Я вернусь, когда ты будешь одна. Так или иначе, это случится. А вам, людишки, я бы советовал уже бежать.

Вокруг чародея заклубился чёрный туман, и он исчез. О его недавнем присутствии напоминал лишь рваный след в молочной пелене. Во тьме ночного леса раздался зловещий клёкот, сменившийся удаляющимся хлопаньем крыльев.

– Ох, не нравится мне это, – прошептал Алан.

Джон почувствовал участившееся дыхание стоявшей рядом Лайлы. Аристократически бледная кожа принцессы стала мертвецки белой, а её глаза запульсировали красным, превратившись в два раскалённых угля.

– Что с ней? – с подозрением спросил Рэксволд, оглянувшись на испуганно фыркающих лошадей.

– Судя по всему, ничего хорошего, – следопыт всматривался в изменившиеся черты лица вампирши, слабо узнавая в ней доброжелательную милую девушку. – Лайла?

Принцесса молчала. Вытянутые зрачки, окружённые полыхающим красным заревом, смотрели в пустоту.

– Лайла, – чуть громче повторил Джон, пытаясь пробиться через маску ледяного безразличия. И ему удалось обратить на себя внимание.

Вертикальные зрачки вампирши дрогнули, остановившись на следопыте. Парализующий взгляд голодного хищника объял душу могильным холодом. Это была уже не Лайла. Подобно дикому зверю, девушка повела носом по ветру, явно заметив присутствие ещё двух человек. Как бывалый охотник, Джон даже не сомневался: любое резкое движение лишь спровоцирует вампиршу. Как и тот факт, что он смотрел ей в глаза. Но, подчиняясь неведомой силе, следопыт просто не мог опустить взор, хоть и осознавал, что в столь прекрасном обличье перед ним стояла сама смерть. Поддавшись страху, Алан сделал острожный шаг назад, случайно хрустнув веткой. Вампирша тут же развернулась на него и обнажила клыки. Юнец оцепенел, ощущая, как безвольно подгибаются трясущиеся ноги. Видя, что обезумевшая принцесса сейчас бросится на парнишку, ассасин встал между ней и Аланом, приготовившись к контратаке.

– Нет, Рэкс! – следопыт обхватил Лайлу сзади и оторвал от земли. – Помнишь наш уговор? Это моя проблема, – опешившая вампирша пришла в себя и стала усиленно вырываться. – Лошади беснуются! Мы не так давно проезжали поляну с буреломом. Забирайте их, пока они не сорвались, и мчитесь туда! Если до рассвета мы не придём, то и не ждите…

– Ты уверен? – ассасин строго взглянул на Джона.

– Да! Живее! Я не могу держать её вечно! – принцесса освободила правую руку и ударила следопыта локтем, оставив вмятину на нагруднике. – Проклятье…