95. ЗА КОТОРУЮ ИЗ ДВУХ?

(НЕЙТРАЛЬНАЯ НОВОГОДНЯЯ ЗДРАВИЦА)

Друзья мои, мы строго нейтральны На свой, чужой и на казенный счет; Но русский же завет патриархальный Велит встречать шампанским Новый год. Смотрите, вот: кипучею игрою Дух Франции в бокалах засверкал… Подымем же свободною рукою За Францию хотя один бокал! Естественной к своей земле любовью В сознании оправдана война, Народный меч святым стал, если кровью Родных детей земля окроплена. Права земли дает сама природа — Тому и хлеб, кто ниву запахал. Подымем же, во имя прав народа, За Францию еще один бокал! Вне жизни нет искусства, нет науки! В Париже — центр и знаний и искусств. Не ум, сердца сложили эти звуки — В сердцах людей нет неитральных чувств. Народам чужд пригодный для скитаний По всем дворам туманный идеал. Подымем же, во имя светлых знаний, За Францию еще один бокал! Растет, растет в Германии «единой» Союз штыков, но Франция одна — И под сапог, подбитый дисциплиной, Изменою повергнута она, Чтоб новые гражданственности всходы На почве их он в корне затоптал. Подымем же за будущность свободы, За Францию еще один бокал! За будущность? Но даже в наше время В России уж былого рабства нет. Где ж брошено святой свободы семя? Где равенства блеснул впервые свет? — Во Франции восьмнадцатого века. Подымем же, во имя тех начал, Во имя прав природных человека, За Францию еще один бокал! Двойную цепь, впотьмах, рукой дрожащей Предательство осаде подает; Но тверд в борьбе Париж, за всех скорбящий,— В нем думает и действует народ, В сияньи дня, над тем великим делом, Которое бог мира указал. Подымем же — о мире в мире целом — За Францию последний наш бокал! 1871

96–99. РЕАЛЬНЫЕ СОНЕТЫ

1. СОВРЕМЕННЫЙ СОНЕТ

Суровый Дант не презирал сонета.

«Сонет». Пушкин «Суровый Дант не презирал сонета» — Так заверял в былые дни поэт. Я нахожу весьма разумным это: Чем заслужил презрение сонет? Что может быть удобней для поэта, За каждый стих дающего ответ, В том обществе, где более уж нет На прежние стремления ответа? К стихам своим поэт, конечно б, мог Прибавить, сверх четырнадцати строк, Горячую пятнадцатую строчку; Но, в кандалах гармонии, он сам, Предупреждая цензора, к стихам, Как «Гражданин» к реформам, ставит точку. 1872 или 1873

2. НА ПРАЗДНИКАХ

Мы рождены для вдохновенья, Для звуков сладких и молитв. «Чернь». Пушкин Веселый трезвон по церквам На всех колокольнях окрестных,— И «чистые сердцем» во храм Стремятся в одеждах воскресных. Отпущены людям грехи! И только поэт, одиноко, Творит не молитву — стихи — В беспраздничной скорби глубокой. Он видит, как в будничной мгле Об воздухе, свете, тепле Идет окаянная битва — И в бой с торжествующим злом Кидает сатиру, как гром; Сатира есть тоже молитва. <1873>

3. ПРИТЧА О СНЕГУРОЧКЕ

Как некогда Дарья застыла[162] В своем заколдованном сне — Так образ Снегурочки милой Теперь представляется мне. В раздумьи склонилась уныло — Не знает, что делают с ней. Мертвящею мощью своей Над ней распростерся Ярило. Излила бы в песнях святых Всю правду для ближних своих… Ни звука! Душа умирает… Недвижно сомкнулись уста. Ни звука! Кругом пустота… И тает Снегурочка, тает… <1873>

4. НА ЗЕРКАЛО НЕЧА ПЕНЯТЬ…

Прекрасное — только в добродетели; скверное — только в пороке.

Антисфен (первый циник) Нравственность как будто бы слово всем известное; Что ж такое нравственность — мы еще не знаем: Рубище ль мужицкое, грязное, но честное? Маска ли, надетая зверем-шелопаем? Что такое чистое? что такое грязное? Всё слова известные — но слова без связи. По болезням общества и леченье разное: Есть весьма целебные для гангрены грязи. Против лицемерия, обществу ненужного, Искренность — картешница люда безоружного. Если переполнилась в наше время клиника Русскому противными русскими Тартюфами — Выпалим в бесстыдников фарсами и буффами И высоконравственным грубым смехом циника! <1873> вернуться

162

«Мороз Красный Нос», поэма г. Некрасова.