Яблони Валаама

I

С ветхозаветного Адаматысячелетия храня,на мягких лапах Валаамалежит гранитная броня.Но человек не знает мерысвоих неимоверных сил —и устыдились маловеры,и камень заплодоносил.В северорусские просторыдавно, как будто испокон,глядят израильские горыФавор, Сион и Елеон.Когда бессмысленно опасныйогонь пойдёт по головам —как Иерусалим запасныйволнам открытый Валаам.Пока в неимоверной кашене потемнела высота,успей к молению о чашеу Гефсиманского скита,дыханием неплотояднымоткрыв на кончике веслав одной из валаамских яблоньпознание добра и зла…

II

Старуха с косою – пугалка,осада телесному лишь…Монаху надгробием – галька,окрашенный белым голыш.Чьё бренное тело почиет,земно поклониться кому?Мирская молва ни к чемуусопшему в ангельском чине…Искателю истин подсказка,из дальних пришедшему мест:облупится белая краска,истлеет воздвигнутый крест —серебряный ли, золочёный…Все наши мирские следы —окатыш, волнами точёный,у ладожской серой воды.А, может быть, в доброе времяна почву и он упадёткак яблони малое семя, что на Валааме растёт.

III

Норовистое Ладога-морепеременчиво, как времена.В Спасо-Преображенском соборе —именитых людей имена.Не былых родовых – нуворишей,на изломе страны наварившихто, что ныне на Божеский судна манер отступного несут…Под смиренною сенью собораумеряется праведный гнев —да не станут плодами раздоранам плоды валаамских дерев.Я и сам не являю отвагустрадовать не во имя своё,уповая всерьёз на бумагуи на долготерпенье её,но и не укреплённый обетом,как бывало, в закатную тишьпо озёрной воде рикошетомне швырну валаамский голыш…2013 г.

Левантийская лествица

I

Работа у автопилотанепыльна: знай себе рули…Живот большого самолёта —зал ожидания земли.Покуда в грудь аэродромуне упирается шасси,иному рому или брому,бортпроводница, принеси…Дай Бог и нам, равно Ионе,свиданье с небом отменитьи напряжённые ладониперед собой соединить,чтоб их настойчивые стычкипрославили накоротке:огнеопасные, как спички,мы целы в белом коробке…

II

Моря окраина,луч фонаря посреди.Медитерранеа —будто и впрямь на меди:позеленевшие ликиантичных боговсмотрятся в тусклые бликиночных берегов,плоских от бременитысячелетий и войск…Местному временижизнь моя – масло и воск:каплей, на памятине отражаясь ничьей,канет во пламенисолнца, лампад и свечей…Давняя, данная,манной меня не маня,обетованнаяэта земля не моя.Но на прощаниев очередную волнуМедитерранеамедную лепту метну.

III

Я – только ячея,зерно земного проса…Какая толчеяна виа Долороза!Искать нетленный следзачем, скажи на милость,где всё переменилосьза двадцать сотен лет?За лавкою – лабаз,исполненный соблазна,и муэдзин намазвещает громогласно.За древние делане ведают позорасумятица базара,мечетей купола…Высок и не багровнад головою полдень.Во храме вправду гроб,да вправду ли Господень?Не лжёт ли вещество,означившее обокцепочку остановокмучительных Его?Что грудью уловлю,что вырастет в итоге?Чем жажду утолюна каменной дороге?..И снова путь Христа —на веру и во имя.Во Иерусалиметакая суета…

IV

Пахли миро и ветки мирта,но сказал ожидавший их:– Не ищите Его средь мертвых,а ищите среди живых…Поэтическая омерта,звон оружий сторожевых:иногда поминают мёртвых,а живых – на три ножевых.Но – афера или оферта —растворяется в дождевых:не ищите меня средь мертвых,а ищите среди живых…