— Надо было мне выбросить эти запонки, ей-богу. Но Беспалому очень хотелось насолить, хоть чем-то уязвить, напугать. Хоть немного сделать больно, чтобы он почувствовал, как это — обманываться насчет чужих чувств… Знаешь, Эльза, я так их обоих ненавижу! Особенно мужа.

— Понимаю тебя…

— Никому, кроме тебя, сказать не могу, но эта ненависть распирает меня прямо. Надо бы простить, но я ничего не могу с собой поделать. Я заставила себя позвонить ему лишь тогда, когда поняла, что он может обратиться в полицию. Заговорила о разводе… Знаешь, что он мне сказал? Что теперь, когда Беспалый мертв, причин для развода нет. Представляешь? Меня так накрыло… Я так на него орала, как никогда и ни на кого в жизни. А в ответ получила: «Я пытался быть нормальным, мне хотелось жить, как все. Я пытался, но не смог. Я вообще трус, ты же знаешь… Настолько, что даже не могу наложить на себя руки. А ведь сейчас это было бы выходом».

— Боже, какой ужас! Надеюсь, он ничего не сделает… Еще этого тебе не хватало.

— Черт его знает, что лучше: быть вдовой или вновь видеться с ним, все обсуждать, разводиться… Мы, кстати, договорились о разводе, но он попросил, чтоб я никому не говорила о причине. Но я не знаю, смогу ли… Знаешь, если бы я тебе не рассказала все это тогда, в поезде, я, наверное, сошла бы с ума… Спасибо тебе. Я тебя очень люблю.

— Я тоже, Оля. Я так хочу увидеться, так скучаю… Но ты не приезжай пока, не надо рисковать.

— Думаю, я уеду и отсюда. Дам тебе знать, как только решу — куда именно.

— Буду ждать. Не грусти. Обнимаю тебя.

В ответ из трубки раздался всхлип и короткие гудки. Эльза отложила телефон и взяла в руки книгу. Но читать уже не хотелось. Как было бы здорово, если бы в жизни все было запутано ровно так, как в книгах. Один сюжет, точные роли… Все они с Олей правильно решили! Но что ей теперь сказать Стефану?