— Не только Лили Поттер, но и я, сам того не понимая, участвуя в ритуале, дал Гарри Поттеру свою защиту. А теперь представь, какой получился резонанс от того, что я, после проведения ритуала, поспособствовав снятию клейма Предателя Крови и отчистив его практически от всех родовых проклятий, в следующий миг посылаю в него Аваду.

— А ведь никто не задумывался о том, почему от Вашей Авады произошёл столь разрушительный взрыв. Ведь Авада Кедавра не оставляет следов.

— А в результате, от моего тела остался только пепел. Я даже почувствовал, как родовая магия рвёт мою душу.

— Значит, Вы подозреваете, что Гарри Поттер не только лорд Слизерин, но и лорд Певерелл.

— Может, да, а может, и нет, — пробормотал Волан-де-Морт, — но одно мы знаем теперь точно. Гарри Поттер — лорд Слизерин, и отныне он неприкосновенен.

— Что? Но как же пророчество?

— Относительно пророчества у меня так же много вопросов. Не забывай. На тот момент у меня была только часть его содержания.

— У меня есть его полный текст.

— Что?!

— Опекун Гарри Поттера, этот новый директор Тревор, рассказал его полный текст.

— Он мог солгать, выдумать или изменить его.

— Дамблдор был вынужден признать его подлинность.

— Я вижу, в Англии произошли просто исторические события. Но об этом позже. Каков полный текст пророчества? И, Барти, мне нужно его содержание слово в слово. Скинь это воспоминание в омут памяти.

Через пять минут Волан-де-Морт вынырнул из омута памяти и по комнате разнеслись ругательства на парселтанге.

— Мой Лорд. Мне нужно возвращаться. Я скину копии всех воспоминаний о событиях последних дней.

— Количество вопросов к Питеру Петтигрю стремительно возрастает. Как, впрочем, и к Снейпу. Если бы я знал раньше полное и дословное содержание пророчества. Мерлин всемогущий! Теперь всё встало на свои места. Каким же я был идиотом. Радует только одно. Этот всезнайка Дамблдор тоже ничего не понял, хотя всё это время у него под носом был полный текст пророчества. Если бы он только знал!

— О чём Вы?

— Барти, кто ещё слышал полный текст пророчества?

— Весь Попечительский Совет и профессора Хогвартса.

— И никто ничего не понял? Изумительно! Насколько же мозги волшебников заплыли жиром. Даже у этого Тревора. Хотя нет. Вот он как раз-то мог понять. Именно поэтому он озвучил его для меня.

— Для Вас?

— Потом объясню. Барти, как вернёшься в Хогвартс, пришли мне кровь Аластора Грюма, и проследи, чтобы он не помер. До начала ритуала, он должен быть живым.

— Кровь Аластора Грюма? Но ведь для ритуала Вы хотели использовать кровь Поттера.

— Слишком опасно. Я не знаю, какое количество его крови хранит у себя Дамблдор. Уж как ею может распорядиться старик, я знаю не понаслышке. Кроме того, неизвестно, как теперь ко мне относится Гарри, узнав, что я его кровный родственник.

— Кровь врага, — понимающе кивнул Крауч.

— Верно.

— Тони, то, что сказал Волан-де-Морт о крови Гарри Поттера…?

— Не беспокойся. Гоблины провели необходимые ритуалы. Сколько бы Дамблдор не выкачал крови из Гарри Поттера, теперь она бесполезна.

— Мой Лорд. Что с Поттером?

— Слушай меня внимательно. Немедленно возвращайся и следи за Гарри Поттером и его женой. Постарайся начать говорить с ними о политике, которую мы проводили. То, к чему на самом деле мы стремились и чего хотели добиться.

— Но для чего это? Чего Вы хотите добиться?

-Ты задаёшь ненужные вопросы, Барти! Любой другой пожиратель на твоём месте уже бы корчился у моих ног в муках.

— Извините, мой Лорд. Просто я подумал…

— Что, зная конечную цель, ты сможешь лучше справиться с заданием? Да, Барти. Я это знаю. Ничто не может быть вечно скрыто от Лорда Судеб! Именно поэтому ты мой самый приближённый и ценный сторонник, в отличии от тех ленивых недоумков, что окружали меня в прошлом. Именно поэтому я тебе так доверяю. Мне нужно будет поговорить с Поттером. И самое главное. Мне нужно, чтобы он меня выслушал. А для этого мне нужно, что бы он был хотя бы относительно вменяем после тех бредней, что насовал в его голову Дамблдор. Теперь возвращайся в Хогвартс к Гарри Поттеру и к его жене и помни. Ни единого волоса не должно упасть с их драгоценных голов. Слышишь! Ни единого. Умри сам! Выжги весь Хогвартс. Но Гарри Поттер и его жена должны жить! Род великого Салазара Слизерина не должен прерваться!

— Мой лорд, я слышал, что присутствие моего отца в Хогвартсе обязательно.

— Не переживай. Волшебникам, как всегда, на всех наплевать. Его заместитель, этот Перси, из выводка Уизли, настолько рад, что дорвался до власти, что не желает замечать очевидное. Более того, он в своих письмах чуть ли не напрямую советует своему начальнику болеть подольше.

— Предатели Крови, — скривился Барти. — Но я по-прежнему считаю, что моего папашу следует прибить. Во избежание, так сказать.

— Наберись терпения. Смерть главы Департамента международного магического сотрудничества может привлечь ненужное внимание. Придёт время, и собственноручно разберёшься со своим отцом.

— Благодарю Вас, мой Лорд!

Фадж и Тревор задумчиво смотрели на кристалл.

— Ну, надо же? — удивился Тревор, — А этот…

— Барти Крауч-младший. Был сторонником Тёмного Лорда. Участвовал в пытках супругов Лонгботтомов вместе с Беллатрисой Лестрейндж и её мужем, Родольфусом Лестрейнджем.

— Невилл Лонгботтом…

— Это их сын. Всем показалось странным, что они запытали Лонгботтом до состояния овощей. Непонятная ненависть. К тому моменту уже всем было известно, что Тёмный Лорда погиб от рук Гарри Поттера. Причём здесь Лонгботтом?

— Как они объяснили свои действия на допросе?

Фадж нахмурился и сказал:

— А вот это как раз-то и странно. По непонятным причинам следствие не стало углублённо расследовать эти события. У меня к Краучу-старшему много вопросов, и чем больше я думаю об этом, тем больше их становится. Смерть Поттеров, арест Блэка, Лонгботтомы и нелогичное поведение Лестрейнджей. Теперь уже и его сынок воскрес из мёртвых. В силу последних событий я уже подумываю об аресте Крауча-старшего.

— Из того, что я услышал, я сделал вывод, что…

— В его доме прячется Волан-де-Морт. Можно попытаться захватить его.

— Не советую.

— Но почему?

— Волан-де-Морт уже не первый месяц проживает в том доме. Только представь, как он за это время окопался. Я не говорю о том, что шансов поймать его на его территории, мизерны. Я беспокоюсь о тех, кто пойдёт на штурм. Сколько волшебников должно погибнуть ни за что?

Фадж согласно кивнул головой и задумчиво сказал:

— А ведь Тёмный Лорд наверняка предвидел подобный ход событий. Да, Тревор. Ты прав. Штурм – это плохая идея. Да и то, что мы видели в воспоминаниях Гарри о событиях первого курса. Демоны! Да он же просто улетит бесплотным духом.

— Нам повезло, что у нас есть эти воспоминания, которые так старался спрятать Дамблдор. Благодаря им мы не совершим роковой ошибки со штурмом особняка Краучей. Я предлагаю подождать и нанести удар в момент, когда Тёмный Лорд будет наиболее слаб.

— То есть?

— Кровь врага. Это часть ритуала при создании гомункула. После ритуала он будет слишком слаб, но в тоже время его душа будет привязана к гомункулу. Это единственный шанс. Главное хорошо подготовиться к его захвату.

— А что с Лжегрюмом? Кстати, где оригинал?

— Меня больше интересует, почему Дамблдор не раскрыл самозванца.

— А вот тут ты прав. Аластор Грюм — его ближайший соратник.

— Неужели старик решил им пожертвовать?

— После того, что он заставил пережить Гарри Поттера? Не удивлюсь. Но, на мой взгляд, Лжегрюма нужно изолировать.

-Нет, – Тревор отрицательно покачал головой, — Наш Лжегрюм пока неопасен. Он наша единственная ниточка к Тёмному Лорду. Кроме того, ты же слышал прямой приказ Волан-де-Морта. Теперь скорее Крауч-младший пожертвует своей собственной жизнью, чем позволит навредить Гарри Поттеру.

— Тони. Ты понял о чём говорил Волан-де-Морт, говоря о пророчестве? Чего это он услышал и понял такого, чего не услышали и не поняли мы?

— Без понятия.

— Я загружу Отдел Тайн. Это их епархия.

— В крайнем случае, спросим Волан-де-Морта, когда скрутим его. Корнелиус, нам действительно пора.