— Ну что, друг, как ощущения? – Проницательно посмотрел на меня Невилл, угадав мое настроение.

            — Средне, — честно ответил я. – Как будто вернулся в какое-то болото, уж прости. После года интенсивных тренировок с Маховиком Времени обычная учеба будет казаться несколько пресной.

            — Это да. – Невилл кивнул и, к моему удивлению, продолжил. – А нет ли у тебя еще одного маховика?

            — Хочешь повторить мой опыт? – Уточнил я.

            — Почему бы и нет. – Усмехнулся друг, — твой пример, и твой прогресс, о котором мне рассказал Сириус, говорит о том, что без Маховика я потрачу больше времени на подготовку.

            — Ну… Имей в виду, что кроме самого Маховика тебе понадобится еще множество зелий, которые вряд ли купишь в Англии – тут они внесены в список подозрительных или вовсе запрещенных.

            — Мда, — Невилл поморщился, — Я невольно начинаю ненавидеть политику радикалов вроде Дамблдора. Запрещать все, что только возможно, это преступление.

— Кстати, — сменил тему мой друг. – Что заставило тебя вернуться в Англию?

            — Во Франции стало жарковато, — я покачал головой. – За последнее время меня дважды чуть не обнаружили, так что я решил перебраться ближе к месту событий, к тому же особняк Поттеров защищен не в пример надежнее дома Делакуров, которые не могут себе позволить осадное положение из-за политической деятельности моего тестя. Сириусу же и мне на политику наплевать, никто из нас не занимает высоких постов в министерстве и возможно закрыть особняк от посторонних наглухо.

            — И к тому же… Я буду меньше бояться за Флер, когда она находится в моем доме, где помимо нее обитают авроры, преданные лично мне, вдобавок защищенный Фиделиусом и проклятьями Блеков и Поттеров. Если однажды министерские чиновники сумеют вскрыть Фиделиус, то я сяду в Азкабан только за то, какие чары были наложены по моему заказу на особняк.

            — Ты серьезно относишься к вопросам безопасности, — хмыкнул Невилл.

            — У меня нет выбора, — я опустил голову и стиснул кулаки. – Родители понадеялись на Фиделиус Дамблдора, и в итоге погибли…

            — Да… — протянул Невилл. – Убивай или будь убит.

            — Именно,  — в моем голосе звучала грусть. – К концу этой войны, как говорит Киаран, у нас у всех будут руки по самые плечи в крови.

            Бросив взгляд на Флер, я увидел, что они с Луной уже что-то вовсю обсуждают, загадочно улыбаясь, и порадовался, что наши девушки нашли общий язык. Впрочем, познакомившиеся на свадьбе девушки уже в то время обнаружили темы для разговора..

            — Невилл, когда будет первое занятие твоего клуба?

            — Думаю, через неделю после начала учебы, — подумав, ответил Невилл. – В воскресенье в Выручай-комнате соберется основной состав. Хочешь присоединиться? (посмотреть, как эта сцена будет прописана дальше)

            — Да не то чтобы присоединиться… — Я потер рукой подбородок. – Скорее, попросить тебя осторожно выяснить, кому из нас они верят больше – мне или директору.

            — Хорошо, — друг кивнул, и я успокоился, зная, что в этом могу положиться на рано, как и я, повзрослевшего Лонгботтома.

            С громким гудком поезд наконец-то тронулся. По перрону пробежали в последний раз машущие руками провожающие. Я с невольным отвращением смотрел, как машет рукой Молли Уизли, к моему величайшему счастью, не заметившая меня при посадке в вагон, иначе не миновать бы мне попытки «материнских» объятий, приглашений в гости и прочих «нежностей», обильно сдобренных приворотными зельями на благо единственной дочери этого плодовитого семейства. После того, как мне сняли блоки с памяти, я вспомнил довольно много эпизодов того, как мне пытались подлить приворотное, как Джинни развлекалась с парнями со всех четырех факультетов, даже притом, что параллельно охотилась за моим скальпом. Так что семейство Уизли теперь не вызывало у меня ничего, кроме некоего брезгливого недоумения – как врагов этих верных сторонников Дамблдора я не воспринимал, уж слишком неравными были теперь весовые категории.

            С резким хлопком двери купе отворились, и в мою руку невольно скользнула палочка, уже направленная на входящих в купе Дина Томаса и Симуса Финнигана.

            — Гарри? – С удивлением выпалил Дин, обнаружив меня сидящим в углу с вытащенной палочкой.  – Ты вернулся?!

            — Да, Дин, — я крепко пожал протянутые руки.

            Томас и Финниган закинули чемоданы на полки и расселись рядом с Невиллом и Луной. По их обмену приветствиями с моим соратником я понял, что неуклюжий ранее юноша теперь пользуется у них немалым авторитетом, и мысленно порадовался за друга.

            Оба парня с любопытством покосились на сидевшую рядом со мной Флер, но, прежде чем они сказали хоть слово, я опередил их:

            — Любимая, позволь представить тебе Дина Томаса и Симуса Финнигана. Дин, Симус, позвольте представить вам мою жену, Флер Поттер.

            Я позволил себе откровенно наслаждаться произведенным эффектом. Отвисших челюстей у прошедших в прошлом году все издевательства, придуманные Сириусом и Невиллом людей не было, но общее потрясение витало в воздухе.

            — Гарри! – Буквально крик души от Симуса. – Ты чертовски везучий человек!

            — Я знаю, — улыбнулся я. Вытащив из чемодана бутерброды, я выставил на стол бутылки с соком.

            — За встречу, господа и дамы, — Отсалютовал всем открытой бутылкой Невилл, сделав добрый глоток сока.

            В этот момент дверь в очередной раз отворилась, пропуская внутрь купе Гермиону и Рона. Я ощутимо напрягся, несмотря на весь прошедший год, желание дать бывшему лучшему другу в веснушчатую морду было невероятно велико, как и проклясть Грейнджер каким-нибудь неопасным, но неснимаемым заклятьем.