Судов слишком много в одном месте. И это их просчет. Они не смогут маневрировать, чтобы отплыть от пожара, и значит, пострадают сами. Кроме этого, после первой череды обстрелов, крайние в ряду требушеты нужно будет развернуть под углом, так, чтобы максимально достать по сторонам. Если огонь разгорится, то вести обстрел три раза камнями, и только один огнем. И главное! Лекс поднял вверх палец, обращая особое внимание на свои слова. Берегись огня! Отправляй испачканных воинов отмываться с песком на берег, засыпай песком пролитое горючее и будь внимателен, чтобы люди не уставали в колесах и успевали выходить из барабанов до того, как механизм будет спущен. Не забывать проверять веревки после каждого двадцатого выстрела. Если услышат треск лучше остановить выстрел и найти возможную поломку до того, как все сломается. Сменные запчасти держать в безопасном от огня месте. И если что-либо сломалось, посылать сразу за новым.

Сканд велел поставить на берегу, помимо мечников и пехоты, еще и лучников, и приматывать к древкам стрел паклю с маслом, чтобы обстреливать суда, которые окажутся на расстоянии выстрела. У военных засверкали глаза, люди поверили в возможную победу и настроение в таверне сразу поднялось. Потом к столу со Скандом сел Пладий и недовольно пробурчал, что моряки просят разрешения участвовать в морском сражении. Крупные капитаны стояли за его спиной и ждали решения Сканда. У них в командах были крепкие бойцы и, главное, у них были старые счеты к пиратам.

— Мы будем рады любой помощи, — Сканд пригласил ближайшего капитана сесть за стол, а Лекс вцепился в ложку с таким видом, как будто он тут ни причем и вообще, просто покушать забрел, — мы постараемся, сколько сможем, удержать корабли армады от входа в акваторию порта. Но когда они прорвутся, то на счету будет каждый корабль. Мы просим принять на борт наших мечников и, главное, слушать команды капитана Пладия. У нас есть стратегия предстоящей обороны, и мы настаиваем на вашем послушании. Нельзя, чтобы нетерпение одного капитана испортило все наши планы.

Капитан похмыкал, он помнил фальшивое затопление и показательно покрашенные известью буйки, которые перекрывали большую часть пролива. Он сказал, что говорит от лица всех капитанов, они будут рады принять дополнительных бойцов на свои корабли и будут исполнять все команды Пладия, как свои собственные. Сканд протянул руку капитану и они, довольные друг другом, закрепили договор рукопожатием. После этого генерал отправил Пладия и одного из командиров мечников посмотреть на суда и определить, по сколько человек могут подняться на борт.

— Парламентеры возвращаются! — посыльный вбежал в таверну и вытянулся перед Скандом.

Все сразу заторопились на улицу. Там возвращался большой шлюп. Сканд сказал Лексу, что Пладий посоветовал отправить своих парламентеров именно на шлюпе. Для начала, он маневреннее, чем галера, и глубина его киля позволит пройти над мачтой затопленного судна, тем самым подтвердив, что именно там безопасный проход в порт. Лекс покивал головой и посмотрел на возвращающийся шлюп. Там стоял наместник императора и был совершенно бордовый от возмущения. Сканд подошел к пирсу и поинтересовался:

— Ну что, «поцелуй меня в зад»?

— Они требуют, чтобы мы им выплатили дань не только за Старый город, но и за столицу! Они!… Они, уверены, что в этот раз смогут прорваться сквозь башни и взять столицу в осаду! Они посмели требовать…

— Не важно… — Сканд махнул рукой, а потом посмотрел на своих офицеров, — начинаем!

— Тургул, ты направо, я налево! Стрельба по готовности! — Лекс попытался рвануть в сторону ящеров, чтобы быстрее добраться на позицию, но его остановил Сканд, просто схватив за пояс. — Отпусти! Мне надо проинструктировать второго центуриона.

— Пообещай, что не полезешь в бой, если пираты все же прорвутся! И вообще, вернёшься после того, как проинструктируешь.

— Обещаю! Только отпусти! — Лекс пытался расстегнуть ремень на тунике, но Сканд подхватил его на руки и посадил в седло рядом с Бэлом.

— Головой за него отвечаешь. — Сканд сверкнул глазами, а Бэл коротко поклонился и толкнул пятками ящера.

Бэл домчал Лекса до оборонительных заграждений. На левом берегу требушеты были поставлены на песчаном берегу и, кроме разрушенной башни, рядом не было никаких зданий. Воины сделали ограждение по всему периметру требушетов, чтобы никто не мог подойти к ним с тыла. У Тургула было естественное укрепление в виде скал и, кроме этого, он использовал старую башню для обороны механизмов. Лекс сразу принялся инструктировать второго центуриона и по ходу дела отдавать приказы лучникам, чтобы они приготовились стрелять огнем.

Требушеты Тургула дали первый залп и флот заполыхал, как сухая растопка. В этот раз вместе с ветками в бочки с маслом засовывали всевозможные тряпки, и они, запутавшись в снастях, поджигали паруса, капая горящим маслом на палубы кораблей. Требушеты на втором берегу дали слаженный залп огня и над морем раздался рев. Пираты такого явно не ожидали и растерялись. Кто-то попытался убрать паруса, чтобы обезопасить себя от попадания искр, но без парусов не получалось маневрировать и начались первые столкновения в море. Хаос нарастал с каждым выстрелом. С каждым мешком песка, брошенным в корзины требушетов, огонь распространялся все дальше и дальше, захватывая все новые суда.

Первыми под огонь попала далеко не первая линия судов, пираты пытались подойти к берегу, спасаясь от огня, и сразу становились целью для лучников. Вскоре из-за дыма уже не было видно, кто горит и куда попадают выстрелы. Поскольку ветер был с моря, то вскоре дым плотной пеленой прилетел на берег. От дыма стало тяжело дышать, слезились глаза, и Лекс только с ужасом мог представить, что же происходило на самом море. Центурион дал команду, крайние требушеты остановили для того, чтобы развернуть, стали выгружать мешки из корзин, чтобы снять веревки.

Именно этот момент выбрали пираты, чтобы напасть. В деревянное ограждение вцепились крючья кошек* и заграждение, похожее на связанные противотанковые ежи, растаяло в удушливом дыму, а на воинов набросились вооруженные пираты. Лекс только растерянно оглядывался по сторонам, пытаясь сообразить, что же произошло, и уже оказался в гуще боя. Кто-то махал мечом, из кого-то хлестала кровь, а Лекс только растерянно оглядывался. Его за шиворот схватил Бэл и засунул в снятую корзину требушета, крикнув, чтобы не высовывался.

Лекс опомнившись, схватился за кинжал, но у него на боку висели пустые ножны. Кажется, это Бэл выхватил у него клинок. Снаружи корзины слышались крики и удары металла, как о наковальню. Слышались стоны раненых и ругань на каком-то гортанном языке. В корзину воткнулся клинок, пробив дерево на несколько сантиметров, и замер. Лекс растерянно присмотрелся, клинок был железным. Потом раздался свист и топот, а потом опять крики.

— Ты живой? — в корзину заглянул Сканд, — давай руки. Ну чего ты такой непослушный? Ты должен был вернуться в таверну.

Сканд вытащил Лекса и усадил к себе на ящера. Рыжик огляделся. Повсюду валялись трупы и пиратов, и воинов. Бэл стоял возле группы монахов, у него в руках были кинжал Лекса и бронзовая фомка. Монахи были в потеках крови, но судя по тому, как спокойно они стояли, это была не их кровь. Кроме этого, здесь же стояли ящеры, их всадники вытирали клинки, а ящеры тем временем разрывали тела пиратов. Лекс оглянулся на мужа, тот, увидев его замешательство, решил пояснить:

— Ящеров не кормят перед боем, и они приучены есть тех, кто не пахнет казармой. Не переживай, своих они не тронут, но перекусить никогда не откажутся. Они такие же обжоры, как и ты.

Шу, как будто услышав хозяина, наступил лапой на тело в кожаных штанах и откусил у него голову. Лекс сглотнул, борясь с тошнотой. И стал оглядываться, пытаясь оценить ущерб. Требушеты стояли целые. Первый и четвертый были почти разобраны, у второго перерубили веревку, и он стоял, задрав рычаг к небу, как средний палец в известном жесте, но кроме этого, все было в норме. Центурионы наводили порядок. Мечники добивали раненых пиратов и перевязывали своих. Центурион Тургула отдал команду продолжить перенос крайних механизмов и Сканд приказал, чтобы наездники отвели ящеров в сторону.