— ЭКСПЕРТ?

— Что? — вскочил, протирая глаза эксперт.

— Корабль обвиняемого — боевой?

— Ээээ…ну… Модель Питон, она как бы многофункциональная в своей основе, — начал рассказывать эксперт.

— В данном конкретном случае я могу утверждать, что корабль находится в транспортно-торговой модификации. Модуля перехвата есть, но его не активировали уже более пяти лет. Броня — военная, это факт. Есть дроны сборщики.

— Так он пират? Это боевой корабль?

Эксперт пожал плечами.

— Убить можно и ручкой. Корабль вполне боевой, но…

— Ваша честь! — вскочил неугомонный старикашка.

— Боевая броня! Оружие! Модуль перехвата! Дроны для сбора награбленного! Вам этого мало?!

— Эксперт! Что вы можете сказать?

— Оружие на борту имеется. Активировалось менее суток назад, но стрельба не производилась.

— Точно?

— Я — эксперт, Ваша честь. Это моя работа. Стрельб Питон не вёл.

— Спасибо, — судья кивком разрешила ему сесть и эксперт тут же плюхнулся на место и заклевал носом.

— Что у вас ещё есть, прокурор?

— Есть запись камеры наблюдения — он выходит из бара после стрельбы, убирая пистолет!

— Пистолет мы уже обсудили. Отклоняю. Свидетели?

Обвинитель развёл руками.

— Описание внешности не совпадает.

— Хорошо! Обвинитель! — он стукнула коротким церемониальным жезлом в маленький гонг на своём столе, показывая, что время на выслушивание обвинений законченно.

— Я вас выслушала. Обвиняемый!

Я встал.

— Вы признаёте свою вину?!

— Нет, Ваша честь! — я твёрдо решил следовать советам Агнуса.

— Вы готовы говорить под присягой?

— Да, Ваша честь.

— Какую религию вы исповедуете?

— Я — атеист, Ваша честь.

— У нас есть Библия для атеистов? — судья наклонила голову к помощнику, но тот только развёл руками.

— Ладно.

— Вы готовы сотрудничать со следствием, говорить правду и ничего кроме неё?

— Да. — конечно я соврал. Что я псих что ли на себя наговаривать?!

— Это ваш пистолет? — она подняла пакет над столом.

— Мой, Ваша честь.

— Вы из него стреляли?

— Много раз, Ваша честь.

— А вчера?

— Стрелял, Ваша честь.

— В баре?

— Нет. На планете, в соседней системе. — я сознательно не стал добавлять Ваша честь. Стрелял — да. Не здесь. А где — так это не в вашей юрисдикции. Ваша. Честь. И это только моё дело — в кого и куда.

— Эксперт? — она повернулась к дремлющему за своим столиком мужчине.

— Да? — зевая поднял голову он.

— Питон садился на планету вчера?

— Садился. И взлетал.

— И тут совпадает, — вздохнула судья.

Кивком головы отпустив эксперта, она развернулась ко мне.

— Вы утверждаете, что совершили посадку на планете что б просто пострелять?

— А почему бы и нет? Ваша. Честь. Имею право.

— Ну да, ну да… А потом вы прилетели сюда, зашли в бар… Вот тут у нас непоняточка… Потом вышли, помахивая пистолетом, и пошли к своему кораблю, намереваясь покинуть Станцию. А верно излагаю?

Ловушку я почуял пятой точкой. Скажи я да — сразу вопрос — а почему вы торопились покинуть Станцию? Да ещё в пьяном виде — за штурвал? Вы хотели скряться?

— Никак нет, Ваша Честь. Я не собирался покидать станцию. — ладно, держись, тётка.

— Вы собирались остаться? — и хотя её глаз не было видно, было похоже, что она удивилась.

— Да, Ваша Честь.

— С какой целью?

— Ранее, в тот же день, я встретил на ангарной палубе одну даму и захотел попытаться найти её.

— С какой целью, — она снова повторила свой вопрос и я мысленно потёр руки…ща.

— Вообще-то это личное и к делу отношения не имеет, но я всё же под присягой, — рышил я сыграть в добропорядочного гражданина.

— С целью принести ей свои извинения.

— Вы её оскорбили? — теперь в голосе судьи послышалось удивление и извечное женское любопытство, смешанное с самолюбием.

— Не знаю, — я виновато потупил глаза изображая раскаянье. Изображая — на деле я опасался, что они выдадут моё враньё. Так…надо собраться.

— Видите ли, Ваша Честь… Та дама, та незнакомка… — я замялся как бы в смущении.

— Продолжайте, — голос выдал её волнение и я мысленно возликовал — попалась!

— Помните! Вы под присягой. — с волнением она справилась быстро, слишком быстро, чёрт возьми.

Я поднял голову и глядя прямо на судью выпалил.

— Ваша Честь! Как на духу — понравилась она мне жутко! Вот и искал… А нашёл… — потерянно опускаю голову и печально вздыхаю.

— Ваша Честь! — вскочил со своего места прокурор.

— Эта романтика и сопли к делу отношения не имеют!

Дзиньк! — судья раздражённо треснула жезлом по гонгу.

— Обвинитель! Выношу вам крайнее предупреждение!

Прокурор тут же сел, бросив на меня злобный взгляд.

— Продолжайте, — она благосклонно кивнула в мою сторону.

— Так нечего больше, Ваша Честь, — я развёл руками.

— Совсем…ничего? — как-то чувственно, по-женски, глубоко вздохнув спросила она.

— Сейчас — ничего. Вот при встрече…

— И что — при встрече? — начала было она, но тут же спохватилась — уж это точно к делу отношения не имело.

— Суд вопросов к… К обвиняемому не имеет! — на середине фразы она всё же споткнулась, но смогла продолжить, сохраняя сухой и деловой тон.

Дзиньк! — ударив по гонгу в очередной раз она передала жезл помощнику.

— Тишина! Суд принимает решение! — провозгласил помощник, воздев жезл над головой. С него можно было бы писать картину — Триумф Маршала, так он был горд.

Минут пять в зале царила абсолютная тишина — всё это время судья сидела сложив руки и откинувшись в своём резном и высокоспинном кресле. Наконец она пошевелилась и подала рукой знак помощнику.

— Суди принял решение! — всё так же высокопарно произнёс он и, с поклоном, вернул жест судье.

Дзиньк! Дзиньк! Дзиньк! — три коротких удара слились в один и судья встала. Встали и мы все.

— От имени Федерации я признаю обвиняемого невиновным в многократном убийстве в силу отсутствия прямых улик. Однако принимая во внимание наличие улик косвенных я приговариваю его к немедленному изгнанию со Станции! Приговор окончательный и обжалованию до получения прямых улик не подлежит!

Возможно мне показалось, но вторую часть приговора она произносила с эдаким сожалением.

Я поклонился и направился к выходу. Едва я вышел из зала как меня кто-то схватил за плечо и грубо развернул — это был прокурор.

— Ещё ничего не кончено, пилот. — прошипел он мне на ухо.

— Мы ещё встретимся, найду я тебя. Найду ведь!

— Ой, да пожалуйста, — я стряхнул его руку с плеча.

— Я даже не сомневаюсь — найдёшь. Вот тогда и поговорим. Без судей и экспертов.

Он отскочил, сверля меня ненавидящим взглядом, но смолчал. Ладно…поговорим в пространстве, если ты так хочешь.

До самого ангара я добрался спокойно, а у самих дверей меня поджидал шериф.

— Ну что, отбился? — отлип он от стены на которую облокачивался.

— Угу. — я наоборот — прислонился спиной к стенке.

— Это твое, — шериф протянул мне пакетик с пистолетом.

— И вот ещё, — на его ладони лежала горка патронов для револьвера.

— Спасибо, — я взял пистолет и принялся заряжать барабан.

— А что много-то так?

— Ну… Мы с экспертом постреляли малость — знатный ствол, грех не поиграться было, — тепло рассмеялся он.

— И ещё пять — компенсация за потраченные.

Я вопросительно поднял бровь, но шериф не обратил на это никакого внимания.

— Будешь? — он протянул мне раскрытую пачку сигарет и я взял одну.

— Скажи, — я затянулся и выпустил длинную струю дыма параллельно полу.

— А этих пятерых, их чего не было в суде?

— А их ещё не откачали.

— Как это?

— Не реснули. Ты думаешь чего прокурор такой злой был?

— Ну…

— В медблоке какой-то хитрый реагент кончился, вот и в накопители они всё ещё.

— Да давно бы привезли, делов-то?! — я натурально удивился. Надёжность воскрешения уже давно стала привычной и подобные сбои воспринимались как нечто из ряду вон выходящее.

— Федеральная медицинская служба, — он назидательно покачал пальцем перед моим лицом.

— Это серьёзная организация имеющая плановые поставки. Вот её и ждём. — он широко улыбнулся.

— Хм…

— Да и надоели эти козлы уже всем, — как-то в сторону пробормотал он и встрепенулся, услышав шаги вдали.

— Ну, чего стоим?! Пилот, — он вытащил дубинку и ткнул ей меня в грудь — несильно.

— Вам предписано немедленно покинуть Станцию. Быстро, быстро, пшёл вон!