В 18 час. 50 мин. 28 июня в районе станции Приямино шестерка Як-9 66-го гвардейского иап под командованием штурмана полка гвардии майора И. К. Головатюка на высоте 2000 м обнаружила на пределе видимости две большие группы вражеских бомбардировщиков, шедших под прикрытием «фокке-вульфов». Силы были далеко не равны, но перед нашими летчиками стояла задача не допустить ударов бомбардировщиков противника по наступающим войскам 5-й гвардейской танковой армии, и они преградили путь фашистской армаде.

Головатюк не стал делать сложного маневра для занятия выгодного положения, а лишь набрал высоту, развернул все три пары «яков» фронтом и решительно атаковал бомбардировщики противника сверху. Решительная атака вызвала панику среди «юнкерсов». Строй их нарушился. «Фокке-вульфы» ошалело метались вокруг своих бомбардировщиков, но не могли им помочь. Наши летчики продолжали разить врага метким огнем и закончили бой полной победой. Бомбардировщики противника не достигли цели, сбросили бомбы куда попало и поспешно ушли на свою территорию. Несмотря на более чем пятикратное численное превосходство фашистов, наши летчики сбили семь самолетов, не потеряв ни одного своего. В этом бою отличились гвардии майор Головатюк, сбивший три самолета противника, гвардии лейтенант А. П. Замула, уничтоживший два ФВ-190. Гвардии старший лейтенант Козлов и гвардии лейтенант В. А. Антонов [178] записали на свой боевой счет по одному «фокке-вульфу».

Но радость одержанной победы омрачила гибель при выполнении боевого задания одного из лучших летчиков соединения командира эскадрильи 32-го гвардейского ордена Ленина истребительного авиаполка Героя Советского Союза гвардии майора Михаила Александровича Гарама.

Весь личный состав тяжело переживал гибель Михаила Гарама. Героя знали и любили не только в своем полку и дивизии, но и во всех полках корпуса. Перед Великой Отечественной войной по личному разрешению Маршала Советского Союза К. Е. Ворошилова три брата — Николай, Михаил и Виктор Гарамы — были приняты в Одесскую авиационную школу летчиков. Успешно закончив ее, братья служили во 2-м истребительном авиаполку ВВС Киевского Особого военного округа.

В 1941 г. братья Гарамы — три летчика и один механик, — как и сотни тысяч советских патриотов, ушли на фронт. Верные сыны Отчизны с полной отдачей своих сил и ратного умения защищали родную землю. С каждым днем пребывания на фронте братья Гарамы набирались опыта, пополняли боевой счет.

Но война жестока. В сентябре 1941 г. не вернулся из полета Виктор. Через год в воздушном бою под Сталинградом погиб старший брат Николай, а в феврале 1943 г. сложил голову младший брат механик Павел. Михаил тяжело переживал свалившееся на него горе. И все же эти переживания не сломили волю советского летчика. Сильный духом, до конца верный своему воинскому долгу, беззаветно преданный Родине, Михаил поклялся отомстить немецко-фашистским захватчикам за гибель своих братьев, за страдания и слезы советских людей.

Летчик сдержал свою клятву. В сентябре 1941 г. Михаил в воздушном бою сбил первый бомбардировщик противника Ю-88, экипаж которого нашел могилу на нашей земле. А спустя две недели произошел случай, который вошел в боевую историю советских Военно-Воздушных Сил как пример доблести и героизма.

В памятный день Михаил Гарам в составе пятерки вылетел на боевое задание. Летчикам было приказано нанести штурмовой удар по аэродрому противника. Штурмуя аэродром, Гарам обстрелял из пушек и пулеметов [179] стоянку фашистских самолетов и поджег четыре машины.

В другой раз он встретил девятку истребителей противника. Михаил не растерялся и один вступил в бой против девяти гитлеровских пилотов.

Первым на него ринулся в атаку ведущий Ме-109. Михаил перевел свой самолет в набор высоты и принял лобовую атаку, а это не для нерешительных и малодушных — ее выдерживают люди с сильной волей и железными нервами. И фашистский летчик не выдержал, отвернул первым. Этим мгновением воспользовался Гарам. Оказалось достаточно одной прицельной очереди, и «мессершмитт» камнем пошел к земле.

Два других вражеских истребителя пытались взять самолет Михаила в клещи, рассчитывая разом покончить с русским летчиком, но Гарам умело сманеврировал и вырвался из клещей, а те, кто уже предвкушал легкую победу, столкнулись и грудой обломков рухнули на землю. Но и Гарам был тяжело ранен, самолет получил повреждения, кончились боеприпасы. А враг продолжал наседать. Не подавая виду, что у него нет боеприпасов, Михаил попытался выйти из боя, но машина стала плохо слушаться рулей. Сказывались сильные повреждения и то, что силы покидали Михаила. А фашистов было еще шесть, и атаки их не прекращались. Михаил подумал: если он теперь и погибнет, то не напрасно, враг уже потерял три самолета: один сбит в воздушном бою, два сами столкнулись. Раненый летчик сделал несколько эволюции и, к своему удивлению, оторвался от противника. «Мессеры» прекратили его преследовать — то ли у них горючее было на исходе, то ли они убедились, что с советским летчиком им не сладить. Но для Михаила Гарама бой еще не кончился. Самое трудное испытание было впереди.

Возвращаясь после этого тяжелого неравного боя на поврежденном самолете, временами впадая в полуобморочное состояние, Гарам встретил немецкого разведчика «Юнкерс-88». Михаил вновь ощутил прилив ненависти, руки налились силой. Он решил уничтожить воздушного лазутчика. Но как? Нет ни одного снаряда. И тут пришла мысль — таранить! Михаил собрал последние силы и бросил свой самолет на «юнкерс». Что произошло в следующую секунду, летчик не мог вспомнить. Он только [180] на минуту очнулся и увидел, как быстро приближается земля. Ему удалось вырвать самолет из пикирования и перевести в горизонтальный полет, но сознание опять померкло. Очнулся Михаил только в госпитале. Позже очевидцы рассказывали, что он винтом своего самолета отрубил хвост «юнкерсу». Обе машины стали падать, но у самой земли советский самолет вышел из пикирования и неуклюже приземлился.

Так в одном боевом вылете Михаил Гарам уничтожил четыре самолета противника, при этом один таранным ударом. За этот выдающийся подвиг Михаил Гарам был награжден орденом Ленина.

В дальнейшем мужественный летчик был еще несколько раз ранен, но, едва подлечившись, снова возвращался на фронт. С присущей ему стойкостью и отвагой он бил ненавистных врагов, мстил за своих братьев. К июню 1944 г. он довел счет сбитых немецко-фашистских самолетов до девятнадцати. В феврале 1943 г. одному из первых в корпусе старшему лейтенанту М. А. Гараму было присвоено звание Героя Советского Союза. Кроме Золотой Звезды его грудь украшали два ордена Ленина, ордена Красного Знамени, Отечественной войны I степени и многие медали.

Командуя эскадрильей, Михаил Гарам личным примером учил своих подчиненных побеждать врага.

На траурном митинге при похоронах героя прозвучали такие слова: «Пусть будет земля тебе пухом, дорогой Михаил. О подвигах, совершенных тобою во имя нашей победы, мы будем помнить вечно». В памяти воинов 1-го гвардейского истребительного авиакорпуса Михаил Гарам навсегда остался верным сыном Коммунистической партии и советского народа.

* * *

29 июня 1944 г. 5-я гвардейская танковая армия, продолжая успешное наступление, к исходу дня вышла к реке Березина, но ворваться на плечах противника на противоположный берег не смогла из-за недостатка переправочных средств. Через Березину части и соединения армии переправлялись в течение трех суток.

Находясь в районах сосредоточения для переправы, танковые части армии были заманчивыми объектами для ударов вражеской авиации. Летчики 1-го гвардейского [181] иак, понимая сложность положения своих боевых друзей, надежно прикрывали их с воздуха. Даже при ведении воздушной разведки они стремились не допускать ударов вражеских бомбардировщиков по частям 5-й гвардейской танковой армии.

Так, 30 июня четверка истребителей 65-го гвардейского Краснознаменного истребительного авиаполка, возглавляемая гвардии капитаном А. Н. Килоберидзе, вела разведку войск противника в районе Борисов, Ручашковичи, Дукарь, Смиловичи. Летчики встретили девять Ю-87 под прикрытием четырех Ме-109, шедших к району переправ 5-й гвардейской танковой армии. Бой с бомбардировщиками противника не входил в задачу разведчиков, но разве могли гвардейцы допустить, чтобы вражеские самолеты бомбили наши войска! Килоберидзе принимает дерзкое решение атаковать врага. Подав короткую команду «Атакуем!», он повел свое звено в бой.