В момент отхода штурмовиков от цели появилась шестерка «Мессершмиттов-109г» и два «Фокке-Вульфа-190».

Хотя «илы» уже уходили, без прикрытия их оставлять было все равно нельзя. Лейтенант Скорук принял решение частью сил атаковать и связать боем вражеские истребители. По его команде первым вступил в бой с фашистами старший сержант Г. Г. Гуськов в паре с сержантом А. И. Поповым (впоследствии они оба были удостоены звания Героя Советского Союза). Два Ме-109, отделившись от группы, одновременно атаковали Гуськова справа. Но старший сержант перехитрил врага — он резко убрал газ, и немцы проскочили мимо. Затем пилот круто развернул самолет на 180° и зашел «мессеру» следующей пары в хвост. С дистанции 50 м дал по нему очередь из всех своих огневых точек. Фашист, распустив шлейф темного дыма, камнем свалился вниз.

Второй «мессершмитт» со снижением стал уходить. Гуськов бросился было его преследовать, но вовремя оглянулся назад и заметил, что третий Ме-109 заходит ему в хвост. Гуськов мгновенно оценил обстановку, резко развернулся на обратный курс и пошел в лобовую атаку. Ведя встречный огонь, противники проскочили мимо друг друга и стали в левый вираж, стараясь зайти один другому в хвост.

Сержант Попов зорко следил за своим командиром. До сих пор он не вмешивался в бой, видя, что командир в помощи не нуждается. Но тут наступила минута, когда во время виража «мессершмитт» подставил ему свой живот. Сержант Попов длинной очередью расстрелял фашиста.

Ведущий второй пары старшина М. С. Ворожейкин, потеряв своего ведомого, дрался один с тремя «мессершмиттами» и двух из них сбил. По одному фашистскому истребителю уничтожили сержант А. Г. Кулиев (впоследствии ставший Героем Советского Союза) и ведущий [73] группы лейтенант Скорук. Всего было уничтожено шесть из восьми самолетов противника. Ни штурмовики, ни группа истребителей потерь не имели.

Следующий день был еще более напряженным. Авиация противника настойчиво продолжала наносить удары по наступающим войскам Северо-Западного фронта.

Весь день над полем боя шли ожесточенные воздушные бои. Полки 1-го иак 7 марта 1943 г. провели 10 воздушных боев, в результате которых сбили 24 самолета гитлеровцев{26}. Понесли потери и части корпуса.

На земле в эти дни также шла напряженная боевая работа. Офицеры штабов собирали, изучали данные о противнике, своевременно информировали об обстановке штабы подчиненных соединений и частей, вели постоянный контроль за выполнением боевых задач, организовывали всестороннее обеспечение боевых действий частей и соединений. Поддержание непрерывной связи с подчиненными и взаимодействующими частями и соединениями, передача боевых приказов и распоряжений, доклады по инстанции о результатах боев и много других вопросов, связанных с обеспечением управления боевыми действиями подчиненных частей и соединений, также входили в круг их задач. Особенно много приходилось работать заместителям начальников штабов истребительных авиаполков офицерам Д. И. Гордиенко, С. П. Терещенко и другим. Каждый раз они опрашивали летчиков о деталях и результатах боя, оформляли боевые донесения, схемы и описания воздушных боев.

Как всегда, самоотверженно трудился инженерно-технический состав.

Зимой подготовка самолета к боевому вылету не простое дело, особенно если учесть, что до применения разжиженного бензином масла запуск моторов приходилось производить после предварительного подогрева их специальными средствами. Это заметно увеличивало время на подготовку самолета, так как средств подогрева на все самолеты одновременно не хватало.

В этих условиях многое зависело от организаторской работы старших инженеров полков.

Не меньшими трудностями сопровождалась работа технического состава во время подготовки самолетов к [74] повторному вылету, так как времени для этого было крайне мало. Порой оно не превышало 20—25 минут. За эти минуты требовалось произвести послеполетный осмотр самолета, мотора, вооружения и специального оборудования. Кроме того, нужно было дозаправить самолет горючим, воздухом, пополнить боекомплект. Естественно, в течение 20—25 минут выполнить все это можно было только при отличной организации труда.

Большую работу проделал технический состав по ремонту поврежденных в бою самолетов. Инженеры, техники, механики, мотористы проявляли поистине трудовой героизм. Вот лишь несколько примеров.

В 32-м гвардейском истребительном авиаполку на двух самолетах вышли из строя валы редуктора. Замена их выполнялась обычно только в стационарных условиях. Нужно было снять моторы и отправить их в ремонтные мастерские. Но самолеты нужны были срочно: их ожидали боевые летчики. И вот гвардии старший сержант Новиков взялся произвести замену валов редуктора в полевых условиях.

Подготовив рабочее место и нужный инструмент, Новиков принялся за работу. Кончился день, наступила ночь, а Новиков не покидал самолетной стоянки. Превозмогая усталость и сон, он работал бессменно трое суток. Через трое суток валы редукторов в обоих моторах были заменены — и два самолета вошли в боевой строй.

В том же полку гвардии младший лейтенант А. А. Поляков после воздушного боя на подбитом самолете произвел вынужденную посадку на озеро, толщина льда на котором не превышала восьми сантиметров. К тому же наступила оттепель, прошел дождь. Лед под самолетом потрескался, и машина стала тонуть. Прибывший к самолету техник эвакуационной команды пришел к заключению, что спасти его невозможно. Но механик самолета гвардии старшина Б. К. Карабанов не согласился с таким выводом. Он понимал, что самолет — дорогостоящая машина, а в боевых условиях ему вообще нет цены. Нужно было найти возможность спасти самолет.

Карабанов остался один возле машины. Осмотревшись кругом, он увидел неподалеку бревенчатый сарай. В голову пришла мысль: «А что, если под плоскости подложить бревна и попытаться эвакуировать самолет на берег?» Он быстро договорился с председателем сельского совета, [75] попросил разрешения разобрать сарай. Колхозники охотно помогли механику. Сарай быстро разобрали, бревна перенесли к самолету. Под руководством гвардии старшины Карабанова были сделаны проруби, в дно забиты из бревен сваи и уложены под каждую плоскость двери. Таким образом, самолет оказался на своеобразных козелках. После Б. К. Карабанов стал искусственно наращивать под самолетом лед, поливая на ночь водой настланную солому.

И так несколько суток механик Карабанов боролся за спасение дорогостоящей машины. Работать ему приходилось в воде, в мокрой одежде и почти без сна. Когда снова приехала эвакуационная команда, толщина искусственного льда с соломой позволила поставить на деревянные щиты треногу с талями, поднять самолет на шасси и вытащить по бревенчатому настилу на берег. Самолет был доставлен в часть, восстановлен и введен в боевой строй. Молодой коммунист гвардии старшина Борис Ксенофонтович Карабанов за этот подвиг был награжден орденом Красной Звезды.

Подобных примеров в полках корпуса было немало.

9 марта 1943 г. войска Северо-Западного фронта усилили натиск на противника, непрерывно атакуя его.

1-й штурмовой авиационный корпус в течение дня наносил удары по гитлеровским войскам, поддерживая наступающие войска 1-й ударной армии.

32-й гвардейский, 169-й и 875-й истребительные авиаполки 1-го истребительного авиакорпуса в течение дня вели напряженные бои с авиацией противника. В воздушных боях советские летчики уничтожили 21 самолет.

Успешный бой с бомбардировщиками на глазах у командующего ВВС Красной Армии генерал-полковника авиации А. А. Новикова провели летчики 32-го гвардейского истребительного авиаполка.

У землянки командного пункта на аэродроме Заборовье собралась группа генералов и офицеров. В центре находился генерал-полковник авиации А. А. Новиков. Командир корпуса генерал-майор авиации Е. М. Белецкий докладывал ему об итогах дня. Временами он посматривал на запад, откуда с минуты на минуту должна была возвратиться последняя группа истребителей 32-го полка, прикрывавшая войска 1-й ударной армии. [76]