1 вслушаться. Трудный глагол для перевода. Он означает слушать чутким ухом, сосредоточиваться на том, что говорится, прилагать все возможное внимание.

XLIX

   Архивны юноши толпою    На Таню чопорно глядятъ,    И про нее между собою  4 Неблагосклонно говорятъ.    Одинъ, какой-то шутъ печальной    Ее находитъ идеальной,    И, прислонившись у дверей,  8 Элегію готовитъ ей.    У скучной тетки Таню встрѣтя,    Къ ней какъ-то В.... подсѣлъ    И душу ей занять успѣлъ. 12 И близъ него ее замѣтя,    Объ ней, поправя свой парикъ,    Освѣдомляется старикъ.

1 Архивны юноши. Прозвище, данное другом Пушкина Соболевским (согласно пушкинскому черновику — МБ 2387 А, л. 22 — критических заметок осени 1830 г.), для обозначения его, Соболевского, коллег — молодых людей из дворянских семейств, получивших теплые местечки в Московском архиве коллегии иностранных дел (см. также коммент. к главе Второй, XXX, 13–14). Пушкинисты делали неуверенные попытки объяснить отношение пушкинских юношей к Татьяне тем, что Архив приютил группу литераторов (таких, как князь Одоевский, Шевырев и Веневитинов), погруженных в туман немецкой идеалистической философии, Пушкину чуждой. Однако в черновике (1–4) Пушкин заставил архивных юношей говорить о «милой деве» с восторгом.

Напомним, что педант и низкопоклонник Молчалин в «Горе от ума» Грибоедова тоже «числился по Архивам» (дейст. III, строка 165) или, как написал английский комментатор «Горя от ума» Д. Ф. Костелло, «состоял на службе в Государственном архиве» (Оксфорд, 1951, с. 177).

Пушкинский зоил — второстепенный поэт Михаил Дмитриев (см. коммент. к XXXVII, 2) — также служил там.

Служба эта была весьма условна; и выбор данного вида гражданского поприща молодыми людьми, не желавшими идти в армию, объяснялся тем, что из всех невоенных учреждений лишь Коллегия иностранных дел (к которой в Москве в то время относились только Архивы) считалась в 1820-е годы достойным местом службы для дворянина.

5 шут печальный. В черновике (2368, л. 31 об.) — «Московских дам поэт печальный», а в зачеркнутых строках — «поэт печальный и журнальный» и «поэт бульварный».

«Шут» имеет много значений; основные из них: придворный шут, клоун, паяц, а также игривый эвфемизм для обозначения «черта» и «домового», породивший (фамильярный и добродушный) эквивалент понятия «негодяй» в разговорной речи пушкинского времени (галлицизм la drôle <чудак>; см. коммент. к XLIX, 10).

10 В[яземский]. Полностью имя написано в черновике (2368, л. 31 об.).

Есть нечто очень привлекательное в том, что Пушкин заставляет своих лучших друзей развлекать своих любимых героев. В главе Первой, XVI, 5–6, Каверин ждет Онегина в модном петербургском ресторане, теперь же Вяземский в Москве своей милой беседой смягчает Танину скуку, доставляя ей впервые, после того как она покинула дорогие ее сердцу леса, минуты удовольствия. Старик в парике, очарованный новой знакомой Вяземского, — это, конечно, не князь N., бывший онегинский приятель-повеса, а теперь толстый генерал, которого вскоре встретит Татьяна, но в некотором роде его предшественник.

Вяземский в письме к жене из Петербурга 23 янв. 1828 г. пишет в связи с опубликованным в «Московском Вестнике» отрывком из этой главы: «Есть описание Москвы Пушкина, не совсем ознаменованное талантами его. Как-то вяло и холодно, хотя, разумеется, есть много и милого. Он, шут, и меня туда ввернул».

Критик Н. Надеждин, рецензируя главу в «Вестнике Европы», 1830, находил, что стиль описания — «истинно Гогартовский».

L

   Но тамъ, гдѣ Мельпомены бурной    Протяжный раздается вой,    Гдѣ машетъ мантіей мишурной  4 Она предъ хладною толпой,    Гдѣ Талія тихонько дремлетъ    И плескамъ дружескимъ не внемлетъ,    Гдѣ Терпсихорѣ лишь одной  8 Дивится зритель молодой    (Что было также въ прежни лѣты,    Во время ваше и мое)    Не обратились на нее 12 Ни дамъ ревнивые лорнеты,    Ни трубки модныхъ знатоковъ    Изъ ложъ и кресельныхъ рядовъ.

LI

   Ее привозятъ и въ Собранье.    Тамъ тѣснота, волненье, жаръ,    Музыки грохотъ, свѣчъ блистанье,  4 Мельканье, вихорь быстрыхъ паръ,    Красавицъ легкіе уборы,    Людьми пестрѣющіе хо́ры,    Невѣстъ обширный полукругъ,  8 Всѣ чувства поражаетъ вдругъ.    Здѣсь кажутъ франты записные    Свое нахальство, свой жилетъ    И невнимательный лорнетъ. 12 Сюда гусары отпускные    Спѣшатъ явиться, прогремѣть,    Блеснуть, плѣнить и улетѣть.

1 Собранье. Вигель так описывает его вид в начале девятнадцатого века; «Записки» (Москва, 1928), I, 116: «Чертог в три яруса, весь белый, весь в колоннах, от яркого освещения весь как в огне горящий… и в конце его, на некотором возвышении, улыбающийся всеобщему веселью мраморный лик Екатерины». Полное название клуба (основанного в 1783 г.) было с 1810 г. — Русское благородное собрание. Он был известен так же, как Дворянский Клуб или Дворянское собрание.

13–14 Спешат явиться… Блеснуть… и улететь. Хорошо известная в поэзии Запада интонация. Ср.: Мур, «Лалла Рук: Огнепоклонники» (5-е изд., Лондон, 1817, с. 184):

На день блеснул он опереньем, Пленил наш взор и улетел!

LII

   У ночи много звѣздъ прелестныхъ,    Красавицъ много на Москвѣ.    Но ярче всѣхъ подругъ небесныхъ  4 Луна въ воздушной синевѣ.    Но та, которую не смѣю    Тревожить лирою моею,    Какъ величавая луна  8 Средь женъ и дѣвъ блеститъ одна.    Съ какою гордостью небесной    Земли касается она!    Какъ нѣгой грудь ея полна! 12 Какъ томенъ взоръ ея чудесной!....    Но полно, полно; перестань:    Ты заплатилъ безумству дань. вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться