6–14 В этом калейдоскопе впечатлений есть некий отзвук сна Татьяны.

9 Бухарцы. Жители Бухары (Бохара), русской Азии, к северу от Афганистана. В Москве они торговали восточными товарами, такими как самаркандские ковры и халаты.

13 львы на воротах. Львы из железа или алебастра, выкрашенные в гадкий зеленый цвет и водруженные, обычно парами, на воротах дома или перед ними в качестве геральдического знака. В пасти они часто держали внушительные железные кольца, бывшие, однако, чисто символическими, поскольку не имели ни малейшего отношения к открыванию ворот.

В романе Писемского «Тысяча душ», своего рода русском «Красном и черном» — и таком же ничтожном в смысле литературного стиля, есть забавный пассаж о львином орнаменте (ч. IV, гл. 5): «Каждый почти торжественный день [действие происходит в провинциальном городе] повеса этот и его лакей садились на воротные столбы, поджимали ноги, брали в рот огромные кольца и, делая какие-то гримасы из носу, представляли довольно похоже львов».

XXXIX

Вероятно — воображаемый пропуск, создающий ощущение некоторой неопределенной повторяемости обыденных впечатлений.

XL

   Въ сей утомительной прогулкѣ    Проходитъ часъ, другой, и вотъ    У Харитонья въ переулкѣ  4 Возокъ предъ домомъ у воротъ    Остановился. Къ старой теткѣ,    Четвертый годъ больной въ чахоткѣ,    Онѣ пріѣхали теперь.  8 Имъ настежь отворяетъ дверь    Въ очкахъ, въ изорванномъ кафтанѣ,    Съ чулкомъ въ рукѣ, сѣдой Калмыкъ.    Встрѣчаетъ ихъ въ гостиной крикъ 12 Княжны, простертой на диванѣ.    Старушки съ плачемъ обнялись,    И восклицанья полились.

3 У Харитонья. Москвич определял свое местожительство по близости его к той или иной церкви. Упоминаемый здесь святой мученик пострадал на Востоке при Диоклетиане около 303 г.

Пушкин поселил Лариных в том же месте проживания «высшего света», где сам провел в детстве несколько лет. Приход св. Харитонья располагался в восточной части Москвы, поэтому Ларины, въехавшие в западные ворота, должны были пересечь весь город.

Наш поэт родился (26 мая 1799 г.) в арендовавшемся, ныне не существующем, доме в Немецкой улице (переименованной в улицу Бауманскую в честь молодого революционера, убитого в 1905 г. в столкновении с полицией). Осень и зима 1799 г. прошли в Михайловском — имении матери в Псковской губернии. После короткого пребывания в С.-Петербурге семья Пушкина вновь жила в Москве с 1800 по 1811 гг., переезжая на лето в Захарьино (или Захарово) — имение, купленное в 1804 г. (и проданное в 1811 г.) бабушкой поэта по линии матери — Марией Ганнибал — в Звенигородском уезде, милях двадцати пяти от Москвы. Пушкины жили (с 1802 по 1807 гг.) в доме № 8 по Большому Харитоньевскому переулку. Дядя нашего поэта — Василий Пушкин жил в Малом Харитоньевском переулке. Этими сведениями я обязан отчасти господам Левинсону, Миллеру и Чулкову, соавторам книги «Пушкинская Москва» (Москва, 1937), и Н. Ашукину, автору исследования «Москва в жизни и творчестве A. C. Пушкина» (Москва, 1949).

XLI

   Княжна, mon ange! — Pachette! — Алина!    — Кто бъ могъ подумать? — Какъ давно!    На долго ль? — Милая! Кузина!  4 Садись — какъ это мудрено!    Ей Богу, сцена изъ романа...    — А это дочь моя, Татьяна. —    Ахъ, Таня! подойди ко мнѣ —  8 Какъ будто брежу я во снѣ....    Кузина, помнишь Грандисона? —    Какъ, Грандисонъ?... а, Грандисонъ!    Да, помню, помню. Гдѣ же онъ? — 12 «Въ Москвѣ, живетъ у Симеона;    Меня въ сочельникъ навѣстилъ:    Недавно сына онъ женилъ.

12 у Симеона. Симеоновский переулок — того же прихода (см. коммент. к XL, 3). Св. Симеон Столпник старший (390?—459) был сирийским отшельником, проведшим тридцать семь унылых лет на столбе высотой около шестидесяти шести футов и шириной в три фута.

13 По Сочельнику определяется дата приезда Татьяны и ее матери в Москву (январь или февраль 1822 г.).

XLII

   А тотъ... но послѣ все раскажемъ.    Не правда ль? Всей ея роднѣ    Мы Таню завтра же покажемъ.  4 Жаль, разъѣзжать нѣтъ мочи мнѣ;    Едва, едва таскаю ноги.    Но вы замучены съ дороги;    Пойдемте вмѣстѣ отдохнуть...  8 Охъ, силы нѣтъ...устала грудь...    Мнѣ тяжела теперь и радость,    Не только грусть...душа моя,    Ужъ никуда не годна я... 12 Подъ старость жизнь такая гадость...»    И тутъ, совсѣмъ утомлена,    Въ слезахъ раскашлялась она.

1 А тот. «Тот» здесь может означать «последний». Действительно, не вполне ясно, говорит ли тетя Алина еще о сыне прежнего поклонника ее кузины или имеет в виду того, «другого Грандисона», ухаживавшего ранее за ней, Алиной.

XLIII

   Больной и ласки и веселье    Татьяну трогаютъ; но ей    Не хорошо на новосельѣ,  4 Привыкшей къ горницѣ своей.    Подъ занавѣскою шелковой    Не спится ей въ постелѣ новой,    И ранній звонъ колоколовъ,  8 Предтеча утреннихъ трудовъ,    Ее съ постели подымаетъ.    Садится Таня у окна.    Рѣдѣетъ сумракъ, но она 12 Своихъ полей не различаетъ:    Предъ нею незнакомый дворъ,    Конюшня, кухня и заборъ. вернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернутьсявернуться