– Что за тип? Ты его знаешь?

– Встречалась. У него с моей тренершей заморочка вышла. Она хотела пятьдесят процентов за каждую фотку. Пятьдесят процентов! Теперь, когда она в Монреале поправляет здоровье с каким-то самцом-одиночкой, он сюда прискакал. Знаешь, сколько будет дважды два? – И сама ответила. – Дважды два – четыре, но только в твоей квартире. А в моей квартире, сколько раз захочу, столько и будет четыре.

Она захохотала.

В буфете появился новый клиент, существо мужского пола, что можно было заключить только по небритой физиономии, всё остальное: мятые джинсы, рубашка и длинные волосы до плеч могли принадлежать и особям другого пола.

– Мистер Мария, – приветствовала вновь пришедшего Дарья.

– Владик, – представился он. – Можно к вам за стол? – И, не ожидая разрешения, сел.

– Сергей, – назвал себя Андрей и уточнил: – муж Анны, Дашиной сестры.

– Тоже катаешь?

– Нет, я журналист.

– Что пристал? – возмутилась Дарья. – Лучше начни как всегда. Спроси, не запишу ли я на свою кредитку твой завтрак и скажи, что не ел два дня. – Потом повернулась к Андрею: – Он всегда так говорит, чтобы меня разжалобить.

Владик не спускал глаз со стола с едой:

– Последний раз я ел вчера утром, когда ты меня покормила.

– Ладно, ешь.

Не успела она закончить фразу, как Владик вскочил и кинулся к столу с едой.

– Голубой? – поинтересовался Андрей у чемпионки.

– Нее… Розовый.

– Что это такое?

– Не знаешь? Спроси у него. Он расскажет. Спроси. Он не опасный. Мне его жалко, кормлю завтраками. Он в России, чтобы откосить от армии, поменял пол, стал девицей. А теперь собирает деньги, чтобы снова стать мужчиной.

– Кретин!

– Кретин, – согласилась чемпионка.

Розовый Владик вернулся с двумя наполненными до краев тарелками.

Ел он аккуратно, не спеша, не как умирающий с голоду бродяга, а как очень проголодавшийся интеллигент, ел вилкой с ножом, иногда вытирая рот бумажной салфеткой. И вел светскую беседу:

– Завтрак съешь сам, обедом поделись с другом, ужин отдай врагу.

– Это он намекает на то, чтобы ты его покормил обедом.

– Дарья, ты меня компрометируешь перед своим родственником. Однако, если у него возникнет такая идея, я буду признателен. Вы знаете, – он повернулся к Андрею, – я не испытываю чувства унижения, когда меня кормят. Я считаю, что помогаю людям чувствовать себя благодетелями. Если бы у меня было много денег, мне было бы тоже приятно кого-нибудь накормить. Если Аня такая же добрая, как и Даша, тогда вам повезло. Кто она по профессии?

– Филолог, – ответил Андрей.

– О…о… – обрадовался розовый Владик. – Я тоже был бы филологом. Но меня выгнали из Университета. Я политический диссидент.

– Какой диссидент?! – встряла Дарья. – За двойки выгнали.

– Формально да. Но я счел ниже своего достоинства изучать произведения лиц, которых презираю. Презираю.

По тому, как вытянулось лицо Дарьи, Андрей понял, что в буфете появился новый посетитель. И не ошибся.

Новым посетителем оказался Зайцев Александр Николаевич. Андрей его знал. В первый раз он встретил его много лет назад на Московском кинофестивале. Андрей тогда был молодым переводчиком, а Зайцев ставил какие-то короткометражки. Скорее всего, Зайцев его не узнал.

– Это муж моей сестры Анны, – кокетливо проверещала Дарья. – Его зовут Сергей.

Андрей встал, подал руку:

– Сергей.

– Я не знал, что у Даши есть сестра. Надеюсь, такая же красивая, как Даша.

– Они очень похожи.

– А меня зовут Зайцев Александр Николаевич. Я фотограф.

– И очень известный, – пояснила Дарья. – Я тебе говорила о нем.

– Говорила, говорила, – согласился Андрей. – Я хотел бы присутствовать при съемках. Это можно?

Ответила Дарья:

– Анька блюдет мою невинность. И наказала Сергею, чтобы он следил за мной.

– У тебя очень заботливая сестра. Вы можете присутствовать, я не возражаю.

– Только не сегодня, – снова вмешалась Дарья. – Сегодня ты отправишься домой и уберешь там. Я не хочу, чтобы Аня приехала и увидела, какой у нас дома бардак.

Вошла в роль!

– Мне кажется, Сергей, я где-то вас видел. Я не ошибся? – спросил Зайцев.

– Мир тесен, – ответил Андрей. – Может быть.

Зайцев заторопился:

– Сейчас солнце. Самое время проехать к озеру.

Дарья повернулась к Андрею:

– Я буду дома после часа. Отгони мой «Мерседес» к дому. Александр Николаевич меня довезет. Если будет звонить Аня, скажи, что у меня всё в порядке. Понял, о чем я говорю?

Андрей не понял, но ответил:

– Как договорились.

Они ушли.

– Красивая девка!

Это произнес Владик; во время разговора с Зайцевым он как-то вжался в стул и почти растворился. Теперь он снова возник.

– Она вам оставила свою машину. Вы меня не довезете до дому? Она меня довозила.

Это входило в планы Андрея. Ему хотелось побеседовать с этим розовым Владиком с глазу на глаз.

Они проехали пару миль по Мейн-стрит, у кафе «Олимпия» свернули сначала налево на Марси-роуд, потом направо и сразу же оказались на улице, по обе стороны которой стояли трехэтажные серые домики, построенные, наверное, еще к первой олимпиаде.

– Вот здесь.

Они остановились у одного из этих домов. Никакого желания звать к себе Владик не выказал.

– Не приглашаешь? – спросил Андрей.

– У меня вообще-то… И мне надо еще зайти к…

– Ладно, ладно. Ну, так что? Пригласить тебя пообедать?

Владик оживился:

– Если вам не трудно, то…

– Я к тебе заеду через полтора часа. Будь дома. Ты на каком этаже живешь?

– На третьем. Только не в этом доме, а вон в том, – он указал на дом в конце улицы.

– А зачем выходишь здесь? – Андрей сделал вид, что не понял его простенькой хитрости.

– Хотел прогуляться, – соврал тот.

– Смотри, будь дома, когда я приду. А то и без обеда останешься, и кучу неприятностей огребешь. Врубился?

– Буду, буду, – заторопился конспиратор. – Я на последнем этаже. Там четыре квартиры. На моей написано Владислав.

– Запомню.

Андрей вернулся в Дашин таунхаус и, усевшись в кресло в холле, набрал номер телефона, который дала ему Наташа.

И сразу же бодрый голос по-русски:

– Я вас слушаю.

– Мне нужен Вадим.

– Это я.

– Я вам привез из Вашингтона посылку от Наташи. Меня зовут Андрей.

– Ой, спасибо. Она такая заботливая. Как я вас найду?

Андрей объяснил.

– Буду через полчаса.

Теперь самое время внимательно осмотреть дом.

В нечистую силу Андрей перестал верить еще в третьем классе московской вполне материалистической школы. И, полный решимости извести эту нечистую силу, начал осмотр со второго этажа.

Все окна плотно закрывались на солидные запоры, с внешней стороны сетка от комаров. Конечно, можно спуститься по веревке с крыши, снять сетку, но как открыть окно?! Та же история с дверью на веранду.

Андрей хорошо знал, что фантазия американских архитекторов подталкивается вкусами или, точнее, привычками потребителей. А они у них на удивление однообразны. Он уже посетил с сотню домов и ни разу не нашел чего-либо не укладывающегося в общие правила.

Значит, должен быть выход на чердак. И он нашел его.

В одной из душевых в углу располагался сервер. Там были полки от пола до потолка. А потолок, если на него слегка надавить, поднимался.

Поднимался-то он поднимался, но пролезть в такую щель даже не очень крупногабаритному субъекту, как он, было трудновато. Его чемпионка, конечно, пролезет. Но ведь делали этот вход для нормальных людей. Впрочем, он не первый год в Штатах и привык к тому, что среди хорошо продуманного, удобного, может неожиданно оказаться невесть что. У него самого для того, чтобы поменять поплавок в унитазе, надо было снимать унитаз.

Нет. Надо искать, что попроще. И он нашел. Под самым засовом, на который он вчера закрыл дверь, обнаружилась щель, через которую, если просунуть что-нибудь тонкое, вроде пилки для ногтей, засов можно открыть. Щель была прикрыта навесной планкой, и он ее сразу не заметил.