– Поняла. Сейчас пойду переоденусь. Потом возьму чековую книжку, выпишу вам аванс. Одну тонну, согласны?

«Либо у нее денег невпроворот, либо ее действительно здорово напугали», – подумал Андрей.

– Согласен.

– Вода в холодильнике, напитки в баре, – она ткнула пальцем в сторону катающегося бара и удалилась.

Холодильник был набит большими бутылками кока-колы и спрайта. В баре сиротливо красовалась начатая бутылка «Джонни Уокер». Андрей взял бутылку спрайта.

Вернулась она минут через десять. На ней было длинное атласное темно-серое почти бальное платье на узких бретелях, серые туфли на высоченных каблуках, в руках сумочка. Она открыла сумочку, вытащила чековую книжку, пару минут колдовала над чеком.

Все в порядке, одна тысяча. Завтра Андрей отошлет чек в свой «Bank of Falls Church» и через пару дней позвонит, узнает, принят ли он к оплате.

– Об остальном договоримся утром. Я пошла.

– Я с тобой. Теперь это моя обязанность.

– Вы хотите всю ночь стоять со свечкой?

– Во-первых, не вы, а ты, я ведь Анин брат, Сережа, а во-вторых, я должен знать, где тебя искать в случае чего.

– Это дело. У меня стрелка с одним рыжим. Это за углом. Номер 2388.

– Что за рыжий?

– Ничего, кроме чмок-чмок. Идем, я тебе покажу твою комнату.

Обыкновенная комната для гостей, американский стандарт.

– Я уйду, ты закройся на засов. Он открывается только изнутри. И никому не открывай.

Прямо мама-коза.

– Ты спишь крепко? Услышишь, когда я приду? Нет, лучше сначала я позвоню тебе по мобильнику. Положи свой мобильник около подушки.

Андрей проводил ее до машины. Белый «Мерседес».

Она не обманула; проехала до конца дома, повернула налево и остановилась у следующего кондоминиума. Позвонила, ей открыли.

Андрей вернулся в дом, зашел в ее комнату.

На прикроватной тумбочке зарядное устройство для телефона и сумочка. Он туда заглянул. Ему можно, он телохранитель. Внутри чековая книжка, какие-то бумаги, кошелек с деньгами, три купюры по десять баксов, две кредитных карточки и две пачки презервативов.

Тот, кто думает, что спальное место дивы похоже на ложе любви, ошибается. Кофты, джинсы, топы, разбросанные на незастеленной и вряд ли в последние дни застилавшейся кровати, выглядели картиной абстракциониста. Тот же нехитрый гардероб по полу. В углу спортивная сумка и какие-то флакончики. В сумке синяя с позолотой кофточка и коньки.

Словом, ничего особенного.

– Надо спать, – решил Андрей. – От рыжего вернется она нескоро.

Проснулся он среди ночи. Было жарко. Влажно и жарко. Спускаться на первый этаж и подвинуть стрелку кондиционера не хотелось. Он снял пижамную рубашку и в пижамных шортах завернулся в простыню.

Разбудили его крики. Исходили они из милых уст юной чемпионки. Та стояла около его кровати, и слова ее в его адрес лучше читать в переводе на английский. Самые приличные из них характеризовали его как «horseradish detective» (хреновый детектив). Юная леди кричала и размахивала руками:

– Пока ты дрых, «horseradish detective», жулики обчистили дом!

– Где? Когда?

Андрей соскочил с кровати.

– Иди сюда.

Действительно сумка, где хранились коньки и ее синяя кофточка, была пуста.

– Да кофточка ладно! Хотя, между прочим, она от Пако Рабана для номера «Кармен». Я в ней получила золотую медаль в Калгари. Коньки они украли! Коньки, пока ты… Лучше бы я тебе бабу на ночь привела… Что я буду делать!

Она вся тряслась и, если бы груди ее были хоть сколь значительного размера, они непременно бы вывались из надорванного декольте.

Кошмарная мысль пришла Андрею в голову. Он ринулся в комнату, где спал. Его брюки, хоть и не от Пако Рабана, но свои, исчезли. Он поднял подушку. Бумажника тоже не было.

Свою реакцию на произошедшее он сформулировал в одной короткой фразе на русском языке, которую интеллигентные мужчины обычно произносят в таких случаях.

Однако горести продолжались недолго. Дарья пошла на кухню и сразу же закричала:

– Иди сюда, детектив несчастный!

Когда Андрей спустился на кухню, она сидела на полу и хохотала. Дверца холодильника была открыта. На верхней полке лежали ее коньки, ее сумка и его бумажник. На нижней – его штаны и ее кофта.

Денег воры не взяли, только ее презервативы оказались в его бумажнике. Кроме того, у его штанов была отрезана одна штанина, а у ее кофты отрезаны оба рукава.

Это уже походило не на воровство, а на издевательство.

– Как они проникли в дом?

– Не знаю. Когда я подошла к дому, дверь была приоткрыта. Ты закрыл засов?

– Да.

– Это точно?

– Точно.

Андрей начинал верить в чертовщину.

– Жарко.

Она расстегнула пуговицу на спине, платье упало. Она осталась в одних трусах c розовыми кружавчиками, которые даже при богатом воображении трудно назвать трусами. Отсутствие бюстгальтера ее, очевидно, не волновало. Впрочем, Андрея оно не волновало тоже.

Ни плечи, ни мускулы не выдавали в ней спортсменку. Загорелое тело, загорелое даже в районе грудей, бюстгальтер, видимо, давно уже рассматривался юным дарованием как обременительное излишество. Обычная девчонка. Только ниже спины шрам.

– Постой. Я хочу внимательнее рассмотреть твой шрам.

– Ты что, чокнулся?

– По нему я смогу узнавать, что ты это ты. Откуда он у тебя?

– Ревность одной негодяйки. Вместе тренировались, она вроде бы случайно. Три года назад.

– И еще. Покажи мне зубы.

– Будешь смотреть, как цыган на лошадь?

Две пломбы слева.

– Вообще-то у меня еще шрам. – Чемпионка решительно спустила трусы.

Действительно на мягком месте был небольшой шрам.

– Производственная травма. О борт катка. Выпить хочешь?

«Хороша будет картина! – подумал Андрей. – Длинный дурак в пижамных шортах и совсем голая девица утром пьют виски. Успех на любом вернисаже гарантирован».

– Одевайся, иди в магазин, купи мне штаны.

Она натянула трусы, надела платье. Андрей заметил, что платье порвано не только спереди, но и сзади.

– Приставал?

– Если бы!

Через полчаса чемпионка вернулась в джинсах и голубой футболке «Lake Placid». Андрею она купила джинсы и такую же футболку. Теперь они будут как из одной команды.

155. В Ледовом дворце. Глава из романа А. Рогаликова

Подъехали они шикарно. На белом «Мерседесе». Оба в одинаковых джинсах и одинаковых голубых футболках.

– Это Большой ледовый дворец, – Дарья показала на здание из бетона и стекла. – Он построен к Олимпиаде восьмидесятого. Есть еще старый дворец. Он построен к олимпиаде тридцать второго. Но мы все тренируемся в Большом. Что сейчас в старом, не знаю. Но туристов туда водят. А это бюст Сони Хени. Видел «Серенаду солнечной долины»?

– Да. Ее снимали здесь?

– Да нет. В Скво Велли. Это в Калифорнии. Я там была. Отлично откатала. Первое место. Китаянку обогнала почти на два с половиной балла. Хотя в произвольной упала в двойном акселе.

Вошли в здание. Дарья подвела Андрея к тете, с трудом уместившей свои сто килограммов на вращающийся стул.

– Это муж моей сестры. Ему нужен постоянный гаджет, – на совсем не дурном английском распорядилась чемпионка. – Расходы на мой счет.

Толстая леди грузно повернулась и ткнула пальцем на стоящий рядом стул.

– Садись и не улыбайся, – скомандовала Дарья. – Сейчас тебя сфотографируют на гаджет.

Через минуту запечатанный в пластик гаджет висел у Андрея на шее.

– А где твой гаджет? – спросил он Дарью.

– Вот, – она провела пальцем вокруг своего лица. – Перекусим? Здесь есть нечто.

Нечто оказалось вполне пристойным кафе. Андрей взял пару кусков жареной ветчины и две сосиски, налил себе кофе. Чемпионка ограничилась двумя бананами и йогуртом, принесла из буфета стакан с апельсиновым соком.

– У меня через полчаса стрелка. Здесь, в буфете. Придет один тип. Будет меня на фотку брать.