Она так не узнала, что Николай помчался на машине вслед за ними, но превысил скорость, патрульные попытались его задержать, он оказал сопротивление, притом врезался на своём джипе в патрульную машину, патрульные пострадали. Морозов получил 5 лет колонии. В опустевшую квартиру к растерянному Савве приехала сестра отца. Она не стала терпеть выходки избалованного мальчишки и отправила его в детдом, подальше от родного города.

Сегодня с утра Вера Ивановна уже успела повидаться с отцом Саввы. В том сибирском городке, где он жил на вольном поселении, время на четыре часа опережало московское. Вера Ивановна встретилась с Николаем Морозовым в 10 часов утра местного времени. Узнав, как жил Савва эти четыре года в детском доме, Николай содрогнулся. Срок его наказания заканчивался через год, но он уже несколько месяцев находился не в колонии, а в соседнем с ней городке, куда заключённых освобождали условно-досрочно. В этом городке Николай познакомился с молодой женщиной, у которой была маленькая дочка. Так что Николай намеревался жениться на ней и обустраиваться здесь, в Сибири. Возвращаться в центральную часть России он не хотел.

— Я, конечно, виноват, что создал этого урода, — так отозвался отец о некогда любимом сыне, — но брать его к себе не хочу. У меня тут было время, чтобы переосмыслить всю мою жизнь, — невесело усмехнулся Николай. — Хочу теперь постараться хоть что-то исправить. Мне скоро 50, но это не значит, что на моей жизни можно поставить крест. Нет, у меня ещё есть время изменить свою жизнь, наполнить её смыслом. Вы уж извините, Вера Ивановна, но в моих планах не предусмотрена возня с, как вы их называете, трудным подростком. Я хотел воспитать сильную личность, но не получилось. Каяться не буду, смысла не вижу. Я просто зачеркнул своё прошлое, начал с чистого листа, — закончил он.

Дальше им разговаривать было не о чем.

И сейчас Вера Ивановна задумчиво глядела на сидящего перед ней подростка. О чём говорить с озлобленным на весь мир мальчишкой?

— Я сегодня встречалась с твоими родными, — печально сообщила она Савве.

Тот удивлённо посмотрел на Веру Ивановну. Он ожидал выговора, взываний к его совести, в крайнем случае, угроз и наказания, но не этого сообщения.

— С какими родными? — осторожно спросил Савва.

— Сначала с твоим отцом, — ответила Вера Ивановна.

— А он что, уже здесь? — встрепенулся Савва. — Ему ведь ещё год оставался. Отпустили?

— На поселение его отпустили уже несколько месяцев назад, — сообщила Вера Ивановна. — Но и после окончания срока он возвращаться из тех мест не собирается.

— Так что, я к нему поеду? — спросил мальчишка.

— Нет, Савушка, — вздохнула Вера Ивановна. — Отец от тебя отказался.

— Я Вам не верю, — возмущённо вскинулся подросток. — Вы всё врёте, чтобы я под Вашу дудку плясал. А я не собираюсь. Вот вернётся папа, и мы заживём по-прежнему.

Савва запальчиво перечислял, как папа учил его быть сильной личностью, как Савва старался оправдать его ожидания. А Вера Ивановна отчётливо поняла, что Савве нельзя показывать ту запись, которую она сделала, побывав в доме у матери Саввы. Нельзя показывать ожесточившемуся подростку, как счастлива в семейной жизни презираемая им мать. И особенно счастливую жизнь Леночки. Девочка обожала отца и трёхлетнего братишку, и семья опять ждала пополнения. На известие о Савве мать отреагировала так:

— У меня нет сына Саввы. Он умер шесть лет назад, когда вселившийся в его тело монстр избил меня на глазах дочери и бабушки. Бабушка ведь у меня шла на поправку, а после этого случая состояние её ухудшилось. Да и Леночку мы с мужем эти четыре года лечили у психологов, пока она пришла в норму. Слава Богу, теперь она счастлива и не вспоминает о первых шести годах своей жизни. Простите меня, может, это и жестоко, я же мать, я его и вынашивала и рожала. Но любовь к сыну умерла в побоях, и её не воскресить.

Это показывать Савве не стоило. Он не раскаиваться будет и просить прощения у матери, а ещё больше ожесточится и начнёт строить планы мести. Лучше, если он вообще не узнает, где теперь живёт его мать.

— Из всех родственников, — прервала Вера Ивановна бурную речь Саввы, — тебя согласилась принять только двоюродная тётя отца. Она живёт в селе, в Калужской области. Анастасия Сергеевна ещё крепкая женщина, к тому же Целительница от Бога.

— Вы что, выгоняете меня? — осторожно спросил Савва, ещё не решив, как ему действовать в таких обстоятельствах.

— Нет, Савушка, ты можешь оставаться в детдоме до выпуска, — спокойно ответила Вера Ивановна. — Решать тебе. Только ведь здесь сейчас совсем другая жизнь. Прежде всего, ты никого больше не сможешь обижать. Да, да, — ответила она на недоверчивый взгляд Саввы. — Даже самые маленькие находятся под охраной Дома после того, как надели браслеты. Ты вот свой выкинул в унитаз, — мягко посетовала Вера Ивановна. — Браслет, конечно, туда не попал, он просто развеялся, когда ты его не принял. И другие твои подельники, которые тебя послушали и тоже выкинули свои браслеты, остались незащищёнными. Не боишься их мести? Они ведь тебя прежде всего обвинят, когда поймут, чего лишились.

— Бояться этих шакалов? — по-взрослому презрительно изумился Савва. — Да что они могут?

— Вот как ты к ним относишься, — огорчилась Вера Ивановна. — А ты подумай о том, что стая шакалов может и более крупного хищника растерзать, если объединится. В общем, думай, мальчик, у тебя ещё есть время. После десятого класса можешь поехать на летние каникулы к бабушке Насте. Если не хочешь ехать к ней, оставайся в доме. Здесь ты можешь жить ещё год, пока не сдашь выпускные экзамены.

— А если я их завалю? — задал провокационный вопрос Савва.

— К тому времени тебе уже будет восемнадцать лет, — напомнила Вера Ивановна. — Выпустим тебя из детдома, дадим квартиру, поможем с трудоустройством. А потом сам, сам, мой милый. Из тебя же отец готовил сильную личность, — напомнила она. — А пока думай, решай.

— Вера Ивановна, — окликнул Савва, когда Вера Ивановна уже открыла дверь, собираясь уходить, — а браслет новый я могу получить?

— Нет, Савушка, — с сожалением оглянулась Вера Ивановна. — Создание и привязка браслетов было одноразовым действием, больше не получится.

И она тихо закрыла за собой дверь.

Пройдя после разговора с Саввой в свой кабинет, Вера Ивановна сначала полюбовалась на весёлое оживление, царящее на велодроме. Воспитанники младших классов, которые не ходили в школу по субботам, осваивали катание на велосипедах, роликах и скейтбордах. Душа радовалась, видя столько счастливых мордашек. Кирилл Свиридов на время забыл свою агрессию и увлечённо слушал объяснения Олега Васильевича, который показывал ребятишкам, как лучше осваивать те средства передвижения, которые они выбрали.

Потом Вера Ивановна подошла к столу и нажала клавишу коммуникатора:

— Зоя Петровна, зайдите ко мне, пожалуйста.

— Сейчас? — послышался недовольный голос воспитательницы 4-й группы.

— Сейчас, — подтвердила Вера Ивановна.

Спустя несколько минут послышался стук в дверь, и в кабинет заглянула, хмурая как всегда, Зоя Петровна.

— Присаживайтесь, — пригласила Вера Ивановна. — У меня к вам разговор.

— Какой ещё разговор, — буркнула Зоя Петровна, усаживаясь в кресло перед столом Веры Ивановны. — Вроде претензий ко мне у Вас не может быть, не трогаю я Ваших воспитанников, — с презрением выплюнула она последнее слово.

Вера Ивановна осталась сидеть за столом вопреки своему обычному поведению. Обычно, когда она кого-то приглашала для разговора, она усаживалась рядом с посетителем на диван, отчего разговор проходил в дружеской атмосфере. С Зоей Петровной такое бы не подействовало.

— Воспитанников действительно не трогаете, — подтвердила Вера Ивановна. — Но и любви и понимания они от Вас не получают, в отличие от других воспитателей. Но не об этом речь. Я не собираюсь заставлять Вас притворяться. Просто у меня к Вам другое предложение. С понедельника Вы можете уйти в оплачиваемый отпуск, поскольку Вам сейчас нужно, прежде всего, сынишкой заниматься. Юлия Константиновна говорит, что Женечка быстро идёт на поправку. Ему ведь скоро семь лет исполнится? — показала свою осведомлённость Вера Ивановна. — Вот Вам и надо с ребёнком позаниматься. К сентябрю в детдоме снова откроется своя школа, можете приводить Женю в первый класс.

— Куда приводить? — не поняла Зоя Петровна. — Он же дебил! — с ожесточением добавила она.

— С чего Вы взяли? — теперь опешила Вера Ивановна. — Вы что, не слушаете рекомендации Юлии Константиновны, не занимаетесь с ребёнком? Вполне нормальный мальчик. Много страдавший, да, но физически он будет скоро полностью здоров. Теперь надо усиленно заниматься с ним, чтобы по развитию он догнал сверстников. В общем, так, — хлопнула ладонью по столу Вера Ивановна. — Отпуск мы Вам даём на три календарных месяца. За это время приведёте своего ребёнка в норму, причём Вы должны пообещать, что полностью будете следовать рекомендациям Юлии Константиновны. Каждую неделю Вы будете приводить Женю к ней на обследование. Сами договоритесь, на какой день это обследование назначить. И ещё, — остановила она попытавшуюся подняться Зою Петровну. — Отпуск Вам даём на три месяца ещё и для того, чтобы Вы за это время окончили заочные курсы в Интернете по обучению на бухгалтера. Мы уже Вас на них зарегистрировали. Когда через три месяца Ваш отпуск закончится, у Вас уже должно быть свидетельство об окончании этих курсов. Курсы двухмесячные, занятия начинаются через неделю. Ноутбук для занятий получите у завхоза, Михаил Иванович в курсе. А когда выйдете на работу, будете работать в бухгалтерии. Воспитателем работать Вы больше не будете. Обдумайте всё, что я сказала. Если Вас что-то не устраивает, я готова выслушать Ваши возражения и конструктивные (выделила она голосом) предложения. А сейчас я Вас больше не задерживаю.