Я заметила Фауну в толпе; ее коричневая кожа значительно побледнела под маской. Моя подруга оглядывалась, словно пытаясь найти способ отвлечь собрание и остановить этот кошмар до того, как он начнется. Анир стоял рядом с ней, выражение его лица излучало достаточно гнева, чтобы быть достойным его приемного Дома Греха.

Он, казалось, был готов схватить клинок, который, как я знала, был спрятан под его вечерним нарядом, и пробиться ко мне. Его жесткий взгляд обещал, что любой, кто попытается остановить его, пострадает от его ярости. Он и Фауна оба знали, что из этого ничего не выйдет, но им это не должно было нравиться или облегчать жизнь королевским особам. Несмотря на обилие беспокойства, охватившего меня, их демонстрация дружбы подняла мне настроение.

Я оттолкнулась от протянутой руки Зависти и огляделась в поисках Гнева. Мне нужен был его знакомый хмурый взгляд, чтобы успокоить нервы. Я приподнялась на цыпочки, глядя поверх плеч и голов на внушительную фигуру принца демонов.

Конечно, он снова пропал без вести.

Я также не видела в толпе ни Похоти, ни Жадности. И Лень, должно быть, присутствовал — раньше было семь принцев в волчьих масках, — но он также заметно отсутствовал. Или бездельничает где-нибудь. Возможно, была игровая комната, в которую они удалились. Часть меня хотела метаться по замку, пока я не найду их. Что только оттягивало неизбежное. Может быть, это было благословением, что все семь принцев не будут посвящены в мой самый большой страх.

Гордыня выскользнул из ниши, где мы заключили нашу сделку, и неторопливо направилась к колонне, оставив меня наедине с этим испытанием. Не то чтобы я была удивлена.

— Пойдем. — Зависть не потрудился сдержать волнение в своем голосе.

— Позволь мне представить тебя церемониймейстеру.

Я последовала за ним сквозь расступающуюся толпу, пульс учащался с каждым шагом, который мы делали ближе к возвышению, которое было установлено. Синекожий демон с красными глазами ждал, держа в руке зловещий кинжал. Это было чудо, что мое сердце не выскочило из груди. Я придерживала обе стороны своих расшитых бисером юбок, когда поднималась по лестнице, чтобы встать рядом с демоном. Он кивнул один раз, затем поднял клинок над головой, демонстрируя вырезанные на нем руны, и толпа зашумела при виде этого.

— Без дальнейших церемонностей, если нет возражений, мы избавим нашего

гостя от самого большого страха — Церемониймейстер протянул мне руку. — Леди Эмилия. Если вы будете так любезны предложить свое запястье. Я должен взять немного крови, чтобы магия сработала.

Паника гудела в каждой из моих клеток. Я едва могла видеть сквозь маленькие белые пятна, плавающие перед моим взором, когда медленно подняла руку. Всю нашу жизнь бабушка Мария хотела, чтобы мы хранили нашу кровь от наших врагов. И вот я стояла здесь, свободно предлагая ее. К клинку, на котором выгравированы магические руны, которые украдут мои секреты.

Я крепко держала руку, борясь с желанием отдернуть ее и убежать.

К его чести, церемониймейстер не излучал радости или триумфа. Он бросил сочувственный взгляд и прошептал:

— Одна крошечная капля, и все скоро закончится.

Лезвие казалось ледяным на моей коже. Меня охватила паника. Это происходило на самом деле. Я зажмурилась, молча молясь богиням, чтобы это…

— Остановись. — Глубокий голос отозвался эхом. — Я буду тем, кто пожертвует

тайной сердца.

Металл сразу же исчез с моей кожи. Я открыла глаза, переводя взгляд с церемониймейстера на толпу. Как один, зрители повернулись, с нескрываемым шоком уставившись на демона, который заговорил. Я проследила за их взглядами, пока не нашла его.

Гнев стоял, скрестив руки на груди, его внимание было приковано ко мне.

— При всем уважении, ваше высочество, вы не можете заменить собой…

— Я выиграл охоту. Я претендую на это как на свой приз.

Церемониймейстер покачал головой, словно тщательно обдумывая свою фразу.

— Я… Я не верю, что это может быть совершено без больших последствий для

вас.

— Я хорошо осведомлен о цене.

Я с недоверием наблюдала, как Гнев прошел по проходу и поднялся по лестнице на помост. Неужели он боялся, что мой самый большой страх будет иметь худшие последствия, чем раскрытие его правды? Гнев научил меня противостоять демоническому влиянию, но он, казалось, никогда не беспокоился об этой части пира. Он всегда знал, что будет заступаться за меня?

Он что-то замышлял, но я понятия не имела, какова его цель.

Не отрывая от меня взгляда, он выскользнул из пиджака и закатал рукав левой руки. При виде наших одинаковых татуировок в толпе поднялся ропот. Очевидно, не все знали, что наша помолвка была вынужденной.

Для них было одно дело ухаживать за принцем, и, очевидно, совсем другое — магически связать его узами брака. Возможно, они беспокоились, что его неожиданное проявление героизма было вызвано магическим заклинанием. Церемониймейстер уставился с открытым ртом на принца демонов. Я сомневалась, что этот принц когда-либо предлагал что-то подобное раньше. Даже я не могла в это поверить. Гнев, демон, который ценил свои секреты больше, чем кто-либо из моих знакомых, предлагал один из них.

Для меня. Перед каждым вражеским двором. Это не было признанием в любви, но это было близко.

Гнев, наконец, оторвал свое внимание от меня.

— Достань кинжал.

— Я… — церемониймейстер нащупал лезвие, явно испытывая неловкость от того,

что вырезал одного из правителей Ада. — Прежде чем мы начнем, все еще остается вопрос о том, чтобы ваши братья проголосовали за то, чтобы это был ваш приз.

— О, ради всего святого. Достаточно. — Гордыня взлетел с того места, где он

прислонился к колонне, его серебристые глаза предупреждающе сузились. — Это невероятно скучно. Наверняка есть какой-нибудь другой более увлекательный приз, на который можно претендовать? Я нахожу секреты утомительными. — Он с вызовом уставился на своего брата. — Возможно, в этом году жертва будет принесена в форме запрещенного свидания. Я уверен, что мы сможем найти добровольца, готового лечь в постель с почетным гостем. Тогда мой брат может выбрать другой приз.

Собравшиеся демоны незаметно перевели взгляд с Гнева на своего короля, затаив дыхание.

— Нет.

Тон Гнева был достаточно холоден, чтобы соперничать со льдом. Он взглянул на меня, вероятно, чтобы посмотреть, не заинтриговала ли меня эта идея, и он заговорил слишком быстро. Я представила, что если скажу «да», он отступит и не произнесет ни слова протеста, если я решу переспать с Гордыней. Не важно, как сильно он это возненавидит.

А ты он возненавидел бы это. Маска безразличия Гнева соскользнула, и он не вернул ее обратно.

— Похоже, здесь какое-то недоразумение. — Дьявольская улыбка была греховной,

когда Гнев бросил настороженный взгляд в его сторону. Гордыня был практически прихорашиваясь, довольным, что он положил идеальную приманку, и Гнев попал в его настоящую ловушку. — Я не имел в виду, что буду предлагать услуги. Поскольку леди Эмилия — твоя нареченная, я считаю, что именно ты должен переспать с ней, брат. -

Я напряглась. Если бы мы с Гневом делили постель…

…мы были бы намного ближе к закреплению наших брачных уз. И Гордыня знал это. Он выглядел невозмутимым от этой идеи; во всяком случае, он, казалось, страстно желал, чтобы я вышла замуж за его брата. Что означало, что его никогда не волновал контракт, который я подписала, и я никогда не была его суженой. Так что же, во имя семи кругов ада, происходило на самом деле? Если проклятие дьявола было разрушено нашим с Витторией рождением, я все еще не могла понять, почему демоны солгали о невестах.

Зависть, которая сердито смотрел на то, что его прервали, внезапно оживился.

Тогда Гнев посмотрел на меня, выражение его лица было пустым, за исключением небольшой складки вокруг рта. Это был единственный признак того, что он не был доволен таким поворотом событий.

Что бы он ни увидел на моем лице, его тон стал жестким, когда он снова обратился к своему брату.

— Выбери другой вариант или отойди, и давайте проголосуем за завершение

церемонии.

— Я же говорил тебе, — протянул Гордыня, — мне уже порядком надоели секреты.

Пришло время для новой традиции. Я уверен, что наш хозяин готов оказать нам услугу.

Гордыня кивнул Чревоугодию. Принц этого круга потер руки.

— Действительно. Я действительно люблю нарушать правила. У вас есть два

варианта. Либо вы переспите друг с другом в одной из здешних стеклянных комнат. — Он отступил в сторону и величественным жестом дернул золотой шнур, удерживавший занавески. Внутри мягко светилась незанятая спальня, освещенная свечами.

— Или…

— В твоих королевских покоях, — предложила я, ошеломив всех, и себя больше

всего.

— Мои покои? — Гнев уставился на меня, когда я кивнула. — Нам не нужно менять

правила, Эмилия. Если я захочу претендовать на страх как на свой приз, я это сделаю.

— Только если ты наберешь достаточно голосов. — Ухмылка Чревоугодия стала

шире, когда ярость Гнева прогремела по бальному залу. — Возможно, ты и выиграл охоту, но это больше не твой приз, на который ты можешь претендовать. Мы заменяем жертву почетного гостя. И она приняла свое решение. Ты можешь выбрать королевский люкс, стеклянную комнату или, что еще лучше, вы можете остаться прямо здесь. Отведи ее на возвышение или к колонне. Тогда мы можем быть уверены, что вы выполните задание.

— Если только вы не хотите отойти в сторону и пригласить кого-нибудь другого

добровольно, — предложил Заивисть, его слишком невинная улыбка указывала на то, что он использовал грех, которым он управлял, чтобы насмехаться над своим братом. — Мой голос был бы за Чревоугодие. Он хозяин.

— Нет.

Тон Гнева указывал на то, что в этом круге Ада не было никаких шансов, что он превратит это в зрелищный спорт и пойдет на войну, если его братья попытаются что-либо предпринять.