– Поступай, как знаешь. Все равно ты меня не слушаешь. Я бы на твоем месте пошла к Марку и рассказала ему о том, что тебе известно. И поставила бы условия… Но ты не хочешь…

– Не хочу. Даже если Марк согласится и будет иметь связь со мной, мне придется делить его с Ксю, а я не желаю! Марк должен быть только моим!

– Но ты можешь поставить условие бросить Ксю!

– Он этого не сделает. Марк любит Ксюшу. Лучше я все расскажу, пусть их заставят расстаться! И пусть Ксю страдает!

– Как хочешь, – устало сказала Алина. – Тебя не убедить. А мне, в общем-то, все равно. Мне плевать и на Марка, и на Ксюшу, и на то, что у них любовь.

Карина думала предъявить в качестве доказательства Ксюшин дневник. Наверняка там должно быть хоть что-нибудь о ее отношениях с Марком. Нужно всего-то найти этот дневник. Карина знала, что Ксю всегда берет дневник с собой.

Ей повезло. Ксюши у бабушки не было, и Карина смогла порыться в вещах сестры. Она быстро нашла то, что искала. С дневником, конечно, сложновато – в семье люди совестливые, в чужие личные вещи лезть стремятся не особенно… но это ничего. Машинально перелистала страницы толстой тетради, значительная часть которых была исписана почерком Ксю. И на одной из страничек Карина заметила фотографию, которая была приклеена.

– Какая дура! – вслух сказала Карина о сестре. – Додумалась!

Фото изображало Марка и Ксюшу под час страстного поцелуя. У Марка был фотоаппарат, который мог снимать без фотографа, если его специальным образом настроить. Наверное, эта фотография была сделана именно так. Но глупее поступка не придумаешь! Сами, собственноручно, создали на себя компромат. Тут и дневника Ксюшиного не надо, фотки вполне хватит. Карина отклеила фото, дневник положила на место и торопливо вышла из комнаты.

По дороге домой Карина думала, как бы лучше все преподнести. Рассказать родителям Марка, придя к ним домой? Рискованно, там может быть сам Марк, а при нем говорить будет… не очень просто. Подбросить фотку? Тоже не выход, опять же она может попасть в руки Марка. Может, сообщить своим родителям, а уж они пусть решают, как поступить? Нет, тоже не то. Папа и мама вряд ли станут выносить все на суд семьи. Самое большее, что они могут сделать – это серьезно поговорить с Ксюшей и, пожалуй, с Марком. А толку? Нужно ведь чтоб узнали все родственники, чтобы был взрыв, как от бомбы! Может, просто прийти, когда в сборе будет почти вся семья, и при всех объявить? Рискованно. В открытую на Ксению нападать все же не стоит, неизвестно, как она себя поведет. Мало ли, вдруг Ксю тоже догадалась о влюбленности Карины в Марка, как догадалась Карина о Ксю? В чем – в чем, а в проницательности Ксюше не откажешь, разбирается она в людях и в тонкостях людских отношений. Так что лучше быть в тени. Пусть Ксюша не знает, кто ее выдал, так будет безопаснее.

Но как же рассказать?

Все сложилось как нельзя лучше. Придя домой, Карина застала там редких гостей: тетю Марину и дядю Юру. Они разговаривали о чем-то с Кариниными родителями, а Ксюши и Лерки не было.

– Отлично! – сказала Карина, делая перепуганное и расстроенно-взволнованное лицо. Убедившись, что выглядит как нужно, девушка вбежала в комнату и, не здороваясь с гостями, воскликнула: – Мам, пап, я только что узнала что-то ужасное! – И словно только что заметив дядю и тетю, добавила: – Тетя Маша, дядя Юра, думаю, вам тоже стоит это узнать. Это касается Ксюши… и Марка…

И Карина опустила на стол фотографию. Последовала тишина. Все по очереди посмотрели на фото. Побледневший дядя Юра поднял глаза на племянницу.

– Что это значит?

45.

– Впервые за много недель мой старший брат выглядит если не довольным, то вполне удовлетворенным жизнью, – заметил Лешка, увидев, что Марк улыбается каким-то своим мыслям. – С чего бы это? Случилось что-то новое и приятное?

– А может я просто сдвинулся по фазе от многочисленных проблем, и у меня просто истерический смех? – отозвался Марк.

– Узнаю Марка! – довольно сказал Леша. – Ты наконец-то снова шутишь! Явно что-то произошло. Что? Давай, говори!

– Нечего здесь говорить, абсолютно нечего, – ответил Марк, стараясь отгородиться от вопросов брата. Но это было делом нелегким.

– Уж не в Ксюше ли дело? – предположил Алексей. – Мелкая так хорошо на тебя влияет, что своим приездом подняла тебе настроение?

– Ничего подобного, покачал головой Марк. – Я вспомнил кое-что, потому улыбнулся, а ты тут же комментарии начал! Уже и улыбнуться нельзя?

– И что именно ты вспомнил? – продолжил дознание Лешка.

– Ну и приставучий ты, брательник! – раздраженно сказал Марк. – Приставучий, как клещ! Вцепился – так не отодрать тебя! Ну, сон я сегодня видел эротический, так что – его пересказывать?

– Всего-то сон? Стареешь, наверное, Марк, – поджал Леша губы. – Раньше ты улыбался, вспоминая реальности прошлой ночи, а не сны.

– Отвали, сытый голодному не товарищ.

– А все-таки, Марк, что случилось? – совсем другим тоном спросил Лешка – как-то мягче и доверительнее. – Ксюша точно здесь ни при чем?

– А при чем она должна тут быть?

– Не знаю, потому и спрашиваю у тебя. Между вами какие-то особые отношения, Марк… это не просто дружба брата и сестры…

– На что ты намекаешь? – Марк насторожился.

– Ни на что. Просто ты часто развлекаешься, завязывая отношения с разными девушками, умеешь обольщать, а Ксюша очень наивная…

– Думаешь, я соблазнил ее? – резко спросил Марк.

– Нет, нет! – Леша замахал руками. – Понимаешь, Ксю к тебе очень привязана… Ты не думал, что она может быть влюблена в тебя! Ты мог привлечь ее не нарочно… просто забыв отключить обаяние… а Ксю ребенок еще… могла и повестись…

– Ну, знаешь ли, не такой уж Ксю ребенок, ей восемнадцать лет, Леш, и она далеко не так проста, как кажется. Это первое. А второе… Ты хочешь знать, не влюблена ли в меня Ксю? Да, влюблена. И, по-моему, я в нее тоже.

– Что? – Лешу словно камнем по голове ударили.

– Это хотел услышать? – зло спросил Марк. – Услышал. А теперь катись колбаской – задолбал.

Но Леша не обратил внимания на посыл.

– Это правда, Марк? Не шути, это серьезно…

– Когда я шутил серьезными вещами, а? Надоело мне от тебя отмахиваться как от мухи, вот и говорю, как есть. Надеюсь, трепаться не будешь…

– Нет, конечно… но, Марк, у вас было что-нибудь?

– Что-нибудь? Было, – Марк сам себя удивлял, так честно отвечая на вопросы брата.

– Ну и… как? – не придумав ничего лучше, спросил Леша. Марк расхохотался.

– Оригинально, Леша! Я говорю, что затащил в постель двоюродную сестру, а ты спрашиваешь «Ну как?» Подробностей ждешь? Или хочешь узнать, понравилось ли мне?

– Ты шокируешь меня ответами, ну, а я задаю глупые вопросы, – пожал плечами Лешка и, успокоившись, сверкнул лукаво глазами: – Где ты такой прикол вычитал?

– Какой? – не понял Марк.

– Да ты же меня разыгрываешь!

– Вовсе нет. Леха, мамой клянусь, что правду говорю. Никто этого не знает, а ты меня довел – вот, как на духу, рассказываю.

Леша побледнел.

– Ну, братан, ты офонарел! – воскликнул он.

Хлопнула входная дверь, и через секунду в комнату не вошли, а вбежали родители. Глядя на их взволнованные лица, Лешка насмешливо заметил:

– Сейчас кому-то будет разборка. Знать бы только, кто из нас с тобой согрешил… Как думаешь, Марк?

– Марк, нам нужно серьезно с тобой поговорить, – переводя дыхание, сказала мама.

– Насколько серьезно? – усмехнулся Марк.

– Прекрати кривляться! – воскликнул отец с раздражением и даже злостью.

– Юра, успокойся… – попыталась урезонить мужа Марина.

– Как я могу успокоиться, когда мой сын таким мерзавцем вырос!

– Не надо… Марк, папа взволнован, прости его…

– Успокойся, мама, я уже понял, что великий Юрий Николаевич зол на меня. Но я не понимаю, что я натворил, – холодно посмотрев на отца, сказал Марк.

– Ах, ты не понимаешь? Тогда я тебе сейчас все объясню… – угрожающе ответил Юрий. В мгновение ока он вытащил злополучную фотографию и протянул сыну. – Вот, надеюсь, ты дашь мне вразумительные объяснения на счет этой фотографии.