– Люди, кто-нибудь видел Карину? – спросила Лерка.

– Я не видел и благодарю за это Бога, – сказал Антон. Все засмеялись.

– Я видел ее примерно в районе часа ночи, – ответил Марк. – А потом куда она делась – не знаю. Может, дома…

– Одолжите мобильник кто-нибудь, я ей позвоню, – попросила Лера.

– Я могу дать телефон, только ты лучше сообщение отправь от своего имени, а то по моему номеру Карина может и не ответить, – сказала Ксю.

– Лучше у Марка телефон возьми, Лер, – посоветовала Катя. – Марку Каринка обязательно ответит.

– Сожалею, у меня в мобильном разрядилась батарея, – криво усмехнулся Марк. – Свою пропавшую ищите как-нибудь по-другому.

Пока Лерка с Ксюшиного мобильника звонила Карине, Ксю потихоньку спросила Марка:

– Что с тобой?

– А что? – лучезарно улыбнулся Марк. «Даже чересчур лучезарно», отметила про себя Ксюша.

– С тобой что-то не так.

– Да нет, просто меня бывшая женушка развеселила с утречка. У нее с любимым что-то не ладится, а я оказался крайним. Ерунда, в общем.

Карине Лерка не дозвонилась. И дома ее не было. Лера начала было волноваться – не случилось ли чего с сестрой, но Карина неожиданно пришла, причем не в лучшем расположении духа.

– Все нашлись, все здесь? – уточнил Марк. – И у всех на месте их обычные эмоции, и Каринина злость на месте… Значит, тут мне ловить нечего.

– Что это с ним? – спросил Антон у Ксюши, глядя, как Марк торопливо ушел.

– Без понятия… – пожала плечами Ксю.

– Да он проснулся злой как черт, – вмешался Олег. – Я думал, что убьет кого-нибудь… Потом вроде как отошел немного… Бывшая его вчера заявилась, когда Марк Кристину спать уложил уже. Нет, чтобы оставила с ним! Забрала, муж, видите ли, за ней приехал, и Кристине лучше дома спать, чем тут! Так чего ты, спрашивается, раньше ребенка не увела? Самой погулять хотелось на халяву? Такая стервозина – убить мало! И как это Марк любил ее – не пойму.

– Свете не стоило ее приглашать, – сказал Антон.

– Алина Светина подруга, – возразила Ксю. – И потом, Света спрашивала у Марка – не будет ли он против. Он сказал, что не будет.

– И Марк тоже блаженный какой-то! – настаивал Антон. – Я бы на его месте заявил, что не появлюсь на свадьбе, если там будет она!

– Марк не блаженный, Антон. Просто он не хочет избегать ее и создавать проблемы Светке.

– Ну и глупо! Теперь вот пускай мотается где-то, а Алина тут развлекаться будет!…

– А она уже здесь?

– Конечно. С Каринкой о чем-то шушукается… змеюка.

– Ты про кого, Антон? Кто змеюка: Карина или Алина? – спросил Олег.

– Да обе.

Ксюша задумалась. Карина и Алина действительно о чем-то разговаривают. Что у них общего? Странно все это как-то.

Тревога Ксю была вполне оправданной. Но девушка даже не подозревала, какая опасность для нее самой и для Марка кроется в этом сближении двух «змеюк».

А Карина в этот момент заканчивала рассказывать Алине об увиденном вчера в доме соседей. Ей было нужно с кем-то поделиться терзающим ее секретом. А Алина была единственным человеком, который не любил Ксюшу.

– А ведь это очень даже хорошо… – протянула Алина задумчиво в ответ на услышанное. – Ксюше ведь нет пока восемнадцати… и она, как ты говоришь, сопротивлялась сначала… Если заявить в милицию, то Марка могут посадить на весьма приличный срок… за изнасилование несовершеннолетней и совращение… Как считаешь? Тюрьма, по-моему, самое место для Марка…

– Нет, – Карина помотала головой. – Я не хочу, чтобы Марк оказался в тюрьме из-за этой… Ксю…

– Вот как? Тебе его жалко? Брось, мужчин, нельзя жалеть. Их можно только использовать, – тоном ожесточившейся одинокой волчицы сказала Алина, но, взглянув в лицо собеседницы , резко спросила: – Ты что – влюблена в него?

Щеки Карины вспыхнули. Отрицать очевидного она не могла.

– Только никому не говори! – взмолилась она.

– Спрос на Марка, однако… – хмыкнула Алина и, понимающе кивнув, успокоила: – Ну, не тушуйся, не выдам я твою тайну… А я ж подумала, что ты сестру защищаешь…

– Я? Эту дуру? Да я ее ненавижу!

– Понятно… Ну, тогда, конечно, Марка милиции сдавать нельзя. А такая идея хорошая была…

Алина задумалась. Похоже, сама судьба послала ей эту дурочку. Пока еще трудно понять, какую пользу можно извлечь из этого Карининого сообщения, но в любом случае – оно пригодится. Никогда не помешает иметь компромат на Марка. И какой компромат! Подумать только, такой правильный в вопросах моральных устоев – и спутался со своей маленькой кузиной! А сама кузина, эта Ксю – такая милая, честная, чистая, наивная… и вдруг Маркова любовница! Ну, за такие внештатные отношения их не похвалят! Особенно Юрий Николаевич – он-то Марку ни единого промаха не прощает!.. Да и другие будут в ужасе… Вот только как и когда лучше это использовать? Когда все рассказать? Сейчас или позже? Или еще помучить Марка при помощи шантажа? Ведь он, похоже, любит свою Ксюшку… а ведь он умеет любить… Какое же огромное влияние Алина получит над Марком! Марк же не допустит, чтобы пострадала Ксю… Он может рискнуть собой и своим благополучием, он на это способен, но никогда не позволит причинить боль тем, кого он любит.

Хотя… может, Карина ошиблась? Она могла неправильно расслышать голоса, может, Марк и не с Ксюшей был вовсе? А если и с Ксюшей…мало ли Ксюш на свете? И Карина могла придумать все, что рассказала… Но не стоит говорить ей о сомнениях, Карина может быть очень даже полезной. Алине с некоторых пор сильно не нравилась Ксю, а ее собственная когда-то чистая и искренняя влюбленность в Марка давно превратилась в ненависть и злость. Неплохо бы, используя Карину, отомстить Марку, а заодно и Ксюше. Главное – не отпугнуть Карину. Пусть рассказывает все, пусть доверяет, пусть… Это выгодно, это удачное стечение обстоятельств. Надо лишь заставить Карину играть по Алининым правилам. Это будет нетрудно сделать – Карина глупа и слепа от чувств к Марку. Только пусть не раскрывает рот до поры до времени…

42.

Прошел месяц. Начавшаяся учеба странным образом сильно утомила Ксю – для нее было в новинку снова ходить на занятия, делать по вечерам уроки. Пропущенный год достаточно много стоил ей – некоторые вещи из школьной программы она основательно призабыла. К тому же за первый год учебы предполагалось пройти курс десятого и одиннадцатого классов, поэтому нагрузки были немаленькие.

Зато жизнь в общежитии была веселой. Нельзя сказать, что комната номер сто сорок пять на втором этаже корпуса, в которой жила Ксюша в компании еще двух девушек, была уютной. Несмотря на проведенный ремонт, во время которого были заново оклеены стены и покрашены полы, выглядело все весьма убого. Занавески на окнах были не новые, изрядно полинявшие, на трех кроватях лежали одинаковые тускло-коричневые покрывала. В комнате было еще три стола – каждый около соответствующей кровати, и шкаф стоял у стены. Когда-то лаковое покрытие этого шкафа теперь почти облупилось, а на дверцы кто-то наклеил постеры своих кумиров: Брэда Питта, Дженнифер Лопес и Бритни Спирс.

Но, несмотря на скромность обстановки, в этой комнате да и вообще во всем общежитии витал дух свободы. Здесь каждый делал, что хотел и когда хотел. Человека могли разбудить ни свет, ни заря включенной прямо с утра громкой музыкой, могли в полночь зайти за спичками или учебником, могли без спроса одолжить какую-то вещь из одежды, могли во время сна стащить одеяло… Но делалось это не со зла, а от избытка сил.

Соседками Ксюши по комнате были Даша и Анжела. Именно с этими девушками Ксю общалась чаще всего. Знакомых у нее, конечно, хватало: и из соседних комнат, и среди однокурсниц. Но живя бок о бок очень трудно избежать общения.

Даша, как и Ксю, училась первый год по той же специальности. Но Ксюша собиралась, в основном изучать визаж, а Даша хотела стать парикмахером. В Гродно она приехала из Корелич. Веселая, смешливая, способная на любые выходки и глупости, Даша больше напоминала мальчишку-сорванца, чем девушку. И внешность ее довершала это впечатление: среднего роста, худая, не отличавшаяся пышностью форм, с короткой «под мальчика» стрижкой, озорными зелеными глазами и постоянно улыбающаяся. Даша никогда не носила юбки или платья – всегда предпочитала прямые джинсовые брючки и комбинезоны. Домой Дарья ездила редко и почти ничего оттуда не привозила. Но почему так было, она не объясняла.