Перебираю в памяти вновь я Всё, что из прошлого бьет горячей: Жизнь пронизавшие светлые копья, Стрелы — ресницы спящих очей. <1928>

312. Радуга. Перевод В. Шаламова

Водоворот воды турбинной Окрашен в радуги цвета. Вся в ярких перышках павлиньих Бежит нарядная вода. И солнце, что огромным диском Уже скатилось на закат, Вдруг опускается так низко На разноцветный водопад. <1928>

313. Будь открытым и искренним и голосу жизни внемли. Перевод М. Синельникова

Не озирайся вокруг так униженно, жалко, согбенно, Словно узник… Друзьям ты доверься, Не раз и не два Исповедуй себя. Ежечасно и ежемгновенно Обнажай свою боль, Разрушая плотины и стены, Чтобы хаос ушел, Как вода из притихшего рва. Сам в себе заточенный, Как джинн, пригвожденный к сосуду Одиночества, Знай, Что не вечна темница твоя. Будь же честен с собой и с друзьями. Как вещему чуду, Внемли голосу жизни, Что ропщет везде и повсюду, Отыщи, если сможешь, Конечную цель бытия. <1928>

314. Буре — все краски. Перевод М. Синельникова

Бурю, красную бурю, которая чуть побледнела От ярости и накала, как пламенное литье, Ты приветствуешь песней сердца, и славишь открыто и смело, И песней, песней сердца, отнимаешь у смерти ее, И звонкие брызги красок рассыплешь ты кистью дивной, Чтоб спящий проснулся, чтоб нищий сбросил железо оков. И грянут гимны твои, грянут гимны, И грянут гимны — во веки веков! <1928>

315. День морщины разгладил. Перевод В. Леоновича

Время живое Колеблется — крепнет и рвется. Славу восславь, Бесславье его замоли. В сердце вмести Белую магию солнца С черною магией Безглагольной земли. Помни: Мельчайшая неоценима крупица Искренности, добра, простоты, красоты. Их сохрани: Чем иным откупиться Завтра У вечности трезвой Думаешь ты? День морщины разгладил И блещет, покоясь На основании мощном: Новый Атлант, Твердь подымая, В землю ушел по пояс, — Где с головой уходил Неприкаянный Дант. <1928>

316. «Волна изнемогла в бессилье…» Перевод Г. Цагарели

Волна изнемогла в бессилье, И, взвыв, сирена замерла, И крейсера в дыму застыли, Цветные зыбля вымпела. И ты стоишь, в туман взирая, И даже шороха не ждешь. Повсюду тишина такая, Что день с младенцем спящим схож. Вы страны видели другие И сны, скитальцы-корабли, Но для того ль, чтоб в летаргии Узнать покой чужой земли? <1928>

317. «Ложится первый луч зари…» Перевод Д. Беридзе

Ложится первый луч зари На стены Нарикалы древней. Гасите фонари! Гори, Свет солнечный, свет вдохновенный! Излей свою печаль, Тифлис! У арфы звук исторгни верно, Моей души рукой коснись. И ночь умрет. Заря бессмертна. <1928>

318. «Волны Мтквари журчат, как эклоги…» Перевод Д. Беридзе

Волны Мтквари журчат, как эклоги. Вдохновенья непризнанный бог На Военно-Грузинской дороге На чело мне роняет венок. Я — поэт. Ни награда, ни травля Моего не загасят огня. «Но куда унести эти лавры?» — Искушает былое меня. Мне ли, всаднику новой эпохи, Мирно дни коротать, не спеша?.. Словно ветра недолгие вздохи, К волнам Мтквари несется душа. <1928>

319. «Магия солнца, магия вод…» Перевод Д. Беридзе

Магия солнца, магия вод — Скоропостижна — или живет?.. Путь к этой магии странен и долог! Вот в темноте Чародей-рентгенолог Ищет, к экрану прижавшись лицом, Боль, нанесенную телу свинцом. Вот она — магия нашего века! Солнце, товарищ,                           жизнь Человека… <1928>

320. «С углом привычным разлучает…» Перевод Г. Цагарели

С углом привычным разлучает Под грохот пушек грозный век. В огне закалку обретает Металл, а в бурях — человек.