1960

ПИГМАЛИОН

Была невидная девчонка, Но и не так что бы урод. Бездумно взвихренная челка, И зверски выкрашенный рот. И всякий хлам на ней нанизан, Что не подступишься к нему. И вся она была–как вызов, Быть может, богу самому. И ведь нашелся смелый парень, Как говорят, средь бела дня Он расхрабрился и ударил И высек искру из кремня. И осветил девчонку эту, И сам горит на том огне, Который год неся по свету Любовь, заказанную мне.

1960

 * * *

Что я знаю? Только ваше имя. Постояв немного у крыльца, Бродим переулками ночными… Я не вижу вашего лица. Лунный след на Волге не дробится, Но могу я, ночи вопреки, Как слепой, по голосу влюбиться, По прохладным линиям руки. У меня такое состоянье, Будто я всю зиму проболел И весной впервые расстоянье В три шага вдоль стенки одолел. У меня такое состоянье, Будто я впервые разгадал, Что никчемно звездное сиянье, Если так любви не увидал. У меня такое состоянье, Будто жизнь немыслимо легка, Будто все имеет обаянье — Нежный голос, легкая рука. Что в нем — в вашем голосе, не знаю, Что в ней — в вашей маленькой руке? Темнота редеет… Начинаю Различать предметы вдалеке. В нашей жизни так еще бывает — Не скажу, конечно, что с любым, — Что один с рассветом прозревает, А другой становится слепым. Так и я, собравшись на свиданье В парк, где ночью свищут соловьи, Вдруг попал в просторы мирозданья, В завихрения звездной колеи.

1960

ТЫ ГОВОРИШЬ МНЕ ПРО НЕГО

Ты говоришь мне про него:　 Он предал дружбу и слукавил,　 А я не знаю ничего И обвинить его не вправе.　 Я не могу никак с тобой,　 С твоим решеньем согласиться... Ведь мы втроем ходили в бой, Сражались мы с одних позиций. Давай же встретимся втроем И выскажемся откровенно,　 И вдруг случится, что споем,　 Как прежде пели вдохновенно,　 Я должен выслушать его,　 И если вправду он виновен,　 Я буду прям и хладнокровен И тверд не меньше твоего.

1960

ЧУВСТВО ЯКОРЯ

Утро крепнущей непогоды… Мимо редких в порту огней, Где качаются пароходы На причалах у пристаней, Мимо длинного «Экспортлеса», Где слышнее всего сосна, Мимо ржавых громад железа, Летом поднятого со дна, Шел я в горы… Блестел булыжник, Брызги с моря, лимонный свет. Окатило волной, хоть выжми. Это утренний мне привет. А потом накатил прибоем Трубный голос: «Идем со мной! Направленье возьмем любое, — Перед нами весь шар земной. Забирайся и обогрейся С кочегарами у огня». Пароход был готов для рейса, Это он и позвал меня. Нет, спасибо, останусь дома, Не скучаю в родной стране. Чувство паруса мне знакомо, Но не меньше знакомо мне Чувство якоря и причала — Чувство выстраданной земли. Море нас хорошо встречало, Все равно мы домой пришли. Ты отвалишь, а я останусь… Пусть пока подождут моря. Люди славят веками парус, Забывая про якоря. Передо мною земля лежала, Я ей дорог, я — вместе с ней. Все знакомое окружало, Прижималось ко мне тесней, Доброй преданностью встречало, Земляку открывая путь, Эти пристани и причалы, — Им и в бурю море по грудь! — Кольца крепкие над водою, Якоря под водой на дне, — Все могучее, все литое Было так благодарно мне, Так устойчиво под ногами, Что, казалось, камни легли Не мостами, не берегами, А опорою всей земли.

1960

* * *

Одним кажусь я молчаливым, Другим — наоборот, болтливым. Одним загадочным кажусь, Зато другим — давно понятным И до того уж неприятным, Что и в соседи не гожусь. Одним кажусь весьма серьезным И легкомысленным — другим. Всегда, под взглядом самым грозным, Я, не боясь, отвечу им: Бывал подчас и тем и этим, И первым, и вторым, и третьим. Но все ж, каким бы ни бывал, Я никогда не забывал, Что, подвергаясь переменам И чувствам часто не простым, Остаться надо неразменным И неподдельно золотым.

1960

НАГРАДА

Я нынче всех охотно награждаю, Награды никакой не утаю, Не пожалею, но предупреждаю, Что звезд счастливых я не раздаю. Предупреждаю!.. И пускай мужчина, Стремясь достигнуть новой высоты, Не ожидает ордена и чина, А женщина не просит красоты. Я награждаю истинной любовью, Ее неугасимым огоньком. И, вопреки мещанскому злословью, Я заявляю русским языком: Любовь к труду — награда не простая, Кто награжден — преобразится тот: И женщина красавицею станет, И свой талант мужчина обретет. Вдвоем пойдут, счастливейшие люди, Завидной наделенные судьбой… Любите труд, а остальное будет, Оно, друзья, придет само собой.