В ночном сумраке влажно поблескивает красная гвоздика. Она покачивается от легкого дуновения ветерка и все растет, растет, становится огромной и уже не умещается в воображении девушки. Но вот перед Эмине другая, давно знакомая гвоздика — цветок надежды, тот, который ей еще девочкой хотелось посадить подле домиков из песка. Гвоздика — это лицо и глаза прежней, маленькой Эмине. Гвоздика — это старая песня, далекая пора, воспоминания о которой навевают грусть. Гвоздика — на окне, гвоздика — в мечтах, гвоздика — в страданиях.

Отец с матерью крепко спят. Стараясь не разбудить брата, Эмине тихонько поднимается с постели, подходит к зеркальцу, висящему на стене. Долго всматривается в свое отражение, улыбается, склоняет набок голову, мысленно ведет разговор с Халилем, снова стараясь вспомнить его. Однако зеркало заполняется лицами, которых она никогда не видела. Но вот одно лицо вроде бы похоже на лицо Халиля, она наклоняется и, зажмурившись, целует его прямо в губы.

Халиль…

Девушка вытаскивает из сундука узелок с приданым, и вещи вдруг оживают в ее воображении, играя всеми красками. Эмине чувствует себя невестой.

Халиль…

Эмине повязывает голову своим любимым платком, черным с двумя ветками роз. Края обшиты кружочками из ленты солнечного цвета. Какая темень! Девушка подкручивает фитиль лампы и испуганно смотрит на мать и отца. Они крепко спят. И вдруг все будто стало чужим: и ночное безмолвие, и зеркало, и пустая постель… Тихо, едва слышным шепотом она произносит:

— Халиль!

Ремзи проснулся от запаха свежеиспеченного хлеба. В окне покачивалась веточка красной шелковицы. А на деревьях — воробьи, воробьи, воробьи… Сквозь листья виднелось пасмурное небо.

Стоя к Ремзи спиной, мать пекла лепешки. На огне лепешка румянилась, вспучивалась, края ее, обгорая, чернели. В воздухе аппетитно пахло. Вдыхая запах хлеба, воробьи чувствовали себя счастливыми и дружно чирикали. Ремзи не раз замечал: стоит в воздухе разлиться запаху хлеба, как со всех сторон слетаются воробьи. Они садятся у окон, на ближайших ветвях, на карнизах. Одни взъерошатся и чистят перышки, другие, пугливо озираясь, скачут с места на место. Воробей — бедняк. Оперение у него серо-бурое, не яркое и нарядное, как у иных птиц. Он не мечется по свету в поисках лучших мест, а проводит зиму и лето в родных краях. Ремзи жалел этих птиц, таких пугливых, что казалось, живут они в вечно враждебном им мире.

— Мама!

— Ты уже проснулся, сынок?

— Мама, почему птицы слетаются на запах хлеба?

— Птицы? Не знаю… Наверно, потому, что голодные.

— А если накрошить им хлеба, они будут есть?

— Конечно, будут.

Ремзи быстро встал, натянул штаны и, отломив кусок лепешки, выбежал во двор. Он раскрошил лепешку под деревом и отошел в сторонку.

Вот с ветки слетел воробей, схватил крошку и улетел. Вслед за ним прилетело еще несколько воробьев. Потом еще и еще. Ремзи смотрел на воробьев и радовался вместе с ними.

Умывшись, Ремзи сел завтракать, а после завтрака сунул под мышку учебники и побежал в школу.

Начальная школа Енидже ютилась в одной-единственной комнате. Два окна, черная доска, войлочная тряпка, несколько старых парт и один учитель — вот и всё на три класса. Первый класс сидел в первом ряду, второй — в середине, третий — у задней стены.

Биби-ходжа[10], высокий, худой учитель, единственный в Енидже носил брюки, а не шаровары. Он окончил сельский институт в Харуние, вернулся в деревню и теперь за нищенское жалованье делал все возможное и невозможное для обучения детей.

Собравшись до начала уроков на школьном дворе, дети играли вокруг тополя. Ремзи очень любил этот тополь. Другие ребята грелись на солнце. Ремзи подошел к ним и сел рядом. Его знобило. Положив книжки на колени, он стал дышать на руки, пытаясь их согреть.

— Учитель идет!

Дети, бросив игру, с шумом и гамом побежали в класс. Заскрипели парты, зашелестели тетради и книжки. Вошел учитель, и все встали.

— Здравствуйте, дети!

— Сагол![11]

Ни одно слово не выражает столько оттенков почтения и любви, как «сагол». Потому что каждый, произнося это приветствие, вкладывает в него то, что чувствует.

Учитель внимательно оглядел учеников.

— Сегодня все пришли?

— Все!

Учитель развернул сложенный вчетверо лист бумаги и кнопками прикрепил его к доске.

— Взгляните на эту картинку. На ней изображен трактор. С помощью трактора можно выполнять самые разнообразные сельскохозяйственные работы: и пахать, и сеять, и перевозить тяжести, словом, все, что хотите. Вам теперь надо хорошенько присматривать за нашими лошадьми и волами, потому что эта машина их не любит…

Дети зашушукались, а учитель отошел к окну и долго задумчиво смотрел на деревенские улицы. Потом повернулся к ученикам и стал опять рассказывать о машине, которая не любит лошадей и волов.