– Возможно. Кто бы не… Хотя он в это даже не верит.

– Его проблемы. Его дядя – детектив в отделении шерифа, да? Даже если он не верит, его стоит предупредить. Может, дядя обеспечит защиту, – Мелисса задумчиво поджала губы. – А девочка? Вряд ли это я, ведь они сказали бы: «Он придет за твоей сестрой», да? – она посмотрела на Дану. – Дом был настоящим или как во сне?

– Настоящий, думаю. Адрес был Сэндпейпер Лейн, дом 313.

Мелисса напряглась.

– Думаю, я…

Она замолчала, вскочила на ноги, убрала стул с пути и поспешила к телефону в коридоре. Она звонила, а Дана подошла и слушала.

– Дейв? – спросила Мелисса, когда ей ответили. – Позови сестру. Это серьезно. Хорошо. О, привет, Эйлин… Ты знаешь Карен Алленби? Да, кузину Мейси. Знаешь? Хорошо. Они живут на Сэндпейпер? Какой адрес? Так я и думала. А телефон? – она щелкнула пальцами, Дана побежала и принесла блокнот и ручку. Мелисса записала номер. – Спасибо, – сказала она и повесила трубку. Дана пыталась задать вопрос, но Мелисса принялась звонить снова. Ответили на четвертом гудке. – Здравствуйте, миссис Алленби. Это Мелисса Скалли из школы. Карен дома? О, да, мне так жаль вашу племянницу… Да она нам всем нравилась. Нет, не думаю, что шериф прав. Мейси наркотики принимать не стала бы. Она была хорошей. Да. Хорошо, я подожду.

– Что ты делаешь? – прошептала Дана.

Мелисса прикрыла трубку.

– Карен Алленби – кузина Мейси, помнишь? Ее ты встречала в школе и рассказывала мне. Это Карен. Она живет в том доме. Думаю, призраки пытаются предупредить тебя, что Карен – следующая жертва. Ее мама сказала мне, что она смотрела телевизор в гостиной. О, погоди, – она убрала руку с трубки. – Привет, Карен, это Мелисса. Скалли. Да, из класса математики. Точно. Слушай, будет звучать странно, но ты знаешь мою сестру Дану, да? Угу. Бешеную. Точно. Ты знаешь, что она думала, как увидела Мейси в раздевалке? Да, ты говорила с ней об этом. Дана шла домой и ощутила кое–что насчет тебя. Она увидела кого–то в твоем дворе. Может, это и ничего, но лучше будь осторожна.

Пауза, она слушала. А потом скривилась.

– Да, я серьезно. Дана кое–что ощутила. Что такого странного? Ты вроде верила ей в школе… Эй, следи за языком, ладно? Это моя сестра. Дана хотела помочь. Не хочешь, твои проблемы. Уж прости, что хотела помочь тебе выжить. Да, и тебе.

Мелисса шумно опустила трубку, сказала недовольно несколько некрасивых слов. А потом пожала плечами и рассмеялась.

– Некоторых не переубедить, знаешь?

Дана сказала:

– Она тебе не поверила?

– Не знаю. Карен тоже немного странная. Я порой вижу ее во «Вне пределов». Она ходит на йогу и некоторые занятия Луча, а еще даже вилась вокруг Анджело пару раз, – она смотрела на телефон. – Думаешь, стоило рассказать ей о нем? О его татуировке?

– Я…

Мелисса подняла телефон и снова позвонила. Карен вернулась к разговору, и Мелисса сказала:

– Эй, прости, я не хотела тебя напугать. Но все это происходит… Да, все хорошо? Вот так. Я хотела кое–что обсудить. Дослушай, ладно? Да? Хорошо, – Мелисса рассказала об Анджело, преследовавшем Дану, о татуировке затмения, связанную с кулонами или татуировками других жертв. Мелисса вдруг скривилась и отодвинула трубку от уха.

– Что случилось? – спросила Дана.

– Она бросила трубку. Громко. Может, и телефон так сломала.

Они ушли в комнату Даны и сели на пол, прислонив спины к кровати. Стул был у двери. Мелисса посмотрела на лицо Даны.

– Что?

– Этану должно быть стыдно, – сказала Мелисса. – Не думала, что он красивый гад.

Грудь Даны сдавило. Она так злилась на Этана, но хотела поговорить с ним. Она не хотела говорить об этом с Мелиссой, так что сменила тему.

– А если я видела видение того, что будет? Не этой ночью, но вскоре. Если ангел нападет на Карен, разве я не должна сделать что–нибудь, что бы ни случилось с Этаном или со мной?

Они сидели и слушали, как снаружи ветер шуршит деревьями.

– Даже не знаю, что сказать, – сказала Мелисса.

– Нужно что–то делать, – настаивала Дана.

Внизу хлопнула дверь, так папа приходил домой.

Мелисса улыбнулась.

– Думаю, пора рассказать ему.

 ГЛАВА 70

Дом Скалли

20:22

Они сидели с родителями за столом на кухне. Чарли был во дворе, прогонял духов, которые, как сказала ему бабушка, там прятались. Телевизор шумел в гостиной, но никто его не смотрел.

Мама заварила чай и достала печенье. Никто не трогал еду, кроме папы, медленно жующего инжир, пока слушал. Он не перебивал, и это Дана посчитала хорошим знаком.

Мелисса только соглашалась со словами Даны.

В рассказе Дана выделяла важные места и мало говорила о видениях.

Она описала сон о Мейси, встречу в раздевалке, раны как у Иисуса. Потом папку с делами и раны апостолов, перечисленные в отчетах о вскрытии, но скрытые среди повреждений от аварий. Она достала копии, сделанные в библиотеке, и указала на совпадающие раны.

А потом она показала им набросок символа затмения, который был в уликах и отчетах.

Родители сидели смирно и без эмоций, как каменные головы на острове Пасхи. Дана взглянула на Мелиссу, сестра слабо улыбнулась.

Дана начала описывать отчеты токсикологии, где отрицалось, что жертвы пили, но что–то другое было в их крови. Вещество, которое она так и не узнала.

Никакой реакции за столом.

Она рассказала им о Луче, но не упомянула астральную проекцию. Она сказала, что он хотел поговорить с шерифом, но еще этого не сделал. Дана настаивала, что нельзя ждать, это нужно сделать сейчас.

Никакой реакции.

Дана вернулась к символу затмения, приближаясь к части про Анджело Луца. Она рассказала о шрамах на его руке, которые Коринда увидела заранее.

Она рассказала, что ее преследовали. И мама впервые отреагировала. Она потянулась к руке Даны, но папа остановил ее взмахом руки. Мама отдернула руку, но Дана видела, как она замкнулась с болью в глазах.

Когда она закончила, Дана рассказала больше, чем хотела. Ее душа была обнажена, она понимала, как странно это звучало. Возраст в пятнадцать лет не помогал.

Когда она закончила, мама смотрела на сестер, потом это сделал папа. Она все время молчала.

Папа дожевал печенье, сделал большой глоток холодного чая, опустил чашку и скрестил руки на столе.

– Что ж, – спокойно сказал он, – вот это история.

Кухня была тихо, было слышно, как Чарли спрашивает бабушку о духах деревьев и смех из телевизора.

– Нужно звонить шерифу, – сказала Мелисса. – Нельзя терять ни минуты.

– Верно, – согласилась Дана. – Что–то плохое могло случиться с Этаном или Карен.

– Что–то плохое могло случиться с Даной, – сказала Мелисса, от этого глаз мамы задергался.

– Нужно, чтобы они схватили Анджело.

– Хватит, – сказал папа очень тихо.

– Но мы… – начала Дана, но отец встал и ударил ладонью по столу так громко, словно выстрелил пистолет. Все сжались, чашки подпрыгнули, одна пролилась.

– Я сказал: хватит! – проревел папа. Его лицо пылало красным огнем, он стоял там, тело дрожало.

– Билл, – начала мама, но он посмотрел на нее так напряженно, что она вздрогнула, словно он поднял на нее руку.

Папа указал на девочек, сначала на Дану. потом на Мелиссу, пронзая воздух пальцем.

– Я достаточно бреда выслушал. Кем вы себя возомнили? За кого меня принимаете? Вы пришли сюда и рассказываете мне это? Как взломала чужой стол и читала конфиденциальные бумаги? Ты врешь о мертвых девушках? Вы делали что–то с теми хиппи и извращенцами в том магазине? Хотите, чтобы я поверил, что какой–то мальчик тебя преследовал? Да как я могу? Что нынче с детьми? Возомнили себя умными, но те, кто поверят вашей лжи, просто дураки. Как вы посмели? Вы обе… как посмели? Где вам разум? Где смысл? И где уважение?

Слова били по Дане и Мелиссе, как пушечные ядра, они вжались в стулья, слова жалили кожу, болели, как удары. Дана собрала всю смелость, чтобы заговорить. Ее голос словно убежал от страха, оставив лишь тишину. Но она попыталась защититься.