В конце концов Мандор решил обратиться за помощью к специалисту широкого профиля, именовавшему себя Владыкой Вселенной. Сперва он описал положение дел, а потом сделал тонкий намек: мол, разве не было бы красивым совпадением, если бы все как-нибудь по-быстрому уладилось? Мефистофель, не долго думая, ответил: а каким прекрасным совпадением была бы определенная сумма, в тот же момент волшебным (или любым другим) образом появившаяся прямо у меня в руках! Когда же Мандор уточнил размер этой суммы, то убежденно сказал: нет, таких совпадений не бывает!
- Да, это проблема, - согласился Сухэ, к которому Мандор пришел за советом. - Я не хочу вмешивать в это дело Силы. Но могу порекомендовать небольшой метод проверки.
- Что тут проверять? - не понял Мандор.
- Посуди сам: что вообще заставило их покинуть Пустоту? Почему они, рискуя остатком жизни, пошли на открытый конфликт со Вселенной в целом и Безымянными в частности?
- Согласен, это интересный вопрос. Спасибо за совет.
Мандор довольно быстро "добыл" одного из бежавших - некогда это был начинающий колдун по имени Джейер. Беглец не хотел говорить, однако Мандор всегда умел добиваться своего. Вскоре сопротивление Джейера было сломлено, а один звук легкого удара металла о металл заставлял его судорожно вздрагивать.
- Итак? - Мандор подбросил в воздух маленький металлический шарик.
Тот завис, а потом мягко упал в его раскрытую ладонь. - Повторяю вопрос: сколько вас бежало из Пустоты?
- Не знаю, - выдавил Джейер. - Я не видел всех. Примерно шестеро; быть может, больше.
- А кого знаешь ты?
- Моего учителя, Сталкаора. Потом, того, кто называл себя Хаосом.
- Помнишь еще чьи-нибудь имена?
- Джелерак… - Пленник нахмурился. - Схиавхей… и еще кто-то.
- Ладно, это может подождать. Теперь подумай как следует, прежде чем отвечать на вопрос. Зачем вы покинули Пустоту? Какова основная цель этой акции?
- Месть, - тут же сказал Джейер.
- И кому же вы собирались мстить? - Мандор вновь подбросил шарик к потолку.
- Повелителю Теней.
Шарик завис в воздухе. Мандор издал неопределенный звук, с трудом сдерживая изумление.
- Повтори.
- Повелителю Теней, - послушно проговорил Джейер. - Я не лгу.
Инеррен закрыл книгу и отложил в сторону. Место, где он находился, - зал Безумного Оракула - нельзя было считать совершенно безопасным, но ввиду его малоизвестности тут можно было расслабиться и как следует отдохнуть от недавних передряг.
Чародей вовсе не собирался задавать Оракулу новые вопросы, хотя по прочтении книг Роджера таковых у него накопилось вполне достаточно. Просто невероятно искаженная архитектура этой комнаты более чем соответствовала его мрачно-ироническому настрою. В сущности, как еще должен чувствовать себя тот, кого приговорили к пожизненному заключению на обратной стороне бытия?
То, что прежние союзники в последний миг пришли на помощь, было весьма неожиданным поворотом событий, Инеррен тогда уже приготовился встретить свою участь. Однако спасение не заставило его измениться. Как и прежде, впечатавшийся в его душу и сознание узор Теневой Тропы устоял против всех испытаний.
Это, возможно, выглядит смешно, но в недавнем разговоре с Призраком чародей - сам того не подозревая - сообщил ему чистую правду. Посвященный Теневой Тропы становится личностью того же уровня, что и Посвященные Логруса и Лабиринта… Кстати, все увертки Дворкина и его нежелание поддерживать разговор о Лабиринте теперь понятны. Тот просто опасался, что Инеррен (как всегда, из чистого любопытства) станет изучать сей "центр Порядка", а к чему бы привело это в дальнейшем, не мог бы сказать даже Его Величество Случай… Интересно, это, случайно, не нынешний король Амбера, Рэндом? Очень вероятно.
Чародей спокойно занимался абстрактными раздумьями, наслаждаясь каждым мгновением выпавшей ему передышки. Да, передышки; он вовсе не тешил себя надеждами, будто вышел из Игры. Предчувствия никогда не обманывали Инеррена, и сейчас они утверждали, что в относительно недалеком будущем его ожидает работа…
Никто не знал, где находится Повелитель Теней. Все, у кого Хаос и его подручные пытались это выведать, либо вообще не знали этого имени, либо искренне уверяли, что он мертв, изгнан Богами Судьбы с этой стороны бытия. Однако это было неправдой: на другой стороне Повелителя Теней не было. Именно это, в сущности, и подвинуло их действовать. Изгои реального мира, они все же имели информацию обо всем происходящем по эту сторону бытия. Узнав о приговоре Суда Равновесия, они подготовили Повелителю Теней соответствующий прием… только вот он не явился туда.
Кто-нибудь менее уверенный в себе мог бы уже предположить, что Повелитель Теней из двух возможных выборов сделал третий - невозможный. Но только не Хаос!
Он знал: с каждой секундой риск возрастает. Он знал: силы Безымянных и всех прочих приведены в полную боевую готовность и ждут лишь сигнала, чтобы атаковать их и заставить убраться прочь - или уничтожить окончательно. Он знал также, что этот конфликт отзовется по всей Вселенной всплеском небывалой силы.
И Отец Богов плевал на это, равно как и на собственную участь. Не беспокоили его и судьбы союзников. Имело значение только одно: завершение дела. Никто не может ускользнуть от мести Хаоса!
Самое интересное, что все беглецы были согласны с такой постановкой вопроса. Их не волновала собственная судьба, главное - отплатить обидчику.
Повелитель Теней должен уйти в Пустоту!
Так думали все. Кроме одного.
Имя его было известно во Вселенной. Упоминалось вслух оно довольно редко, однако забыть его не могли себе позволить даже всемогущие Боги - потому что им было доказано, что не такие уж они и всемогущие. Доказано наглядно и убедительно. (Правда, те Боги на самом деле не были богами.
Зато остальные считали именно так; а ведь только искренняя вера многочисленных поклонников делает Бога истинно могущественным.) Имя его упоминалось подобно проклятию, зачастую в нарицательном смысле, обозначавшем предательство самого святого.
Это был Бранд. Бранд из Амбера, вошедший в союз с Лордами Хаоса и едва не уничтоживший Вселенную. Бранд, предавший свою семью ради честолюбия и желания стать Владыкой Всего Сущего. Бранд, даже после смерти заставляющий людей нервно содрогаться при упоминании своего имени.