Сказав так, он собрал клириков и велел в течение трех дней петь псалмы имолить господа о милосердии. Оба хора с трех часов дня шли с пением псалмов кцеркви, возглашая на улицах: «Kyrie eleison!»[27] . Бывший же при этом наш диакон рассказывал, что в товремя как народ произносил слова молитвы, обращенные к господу, за один часвосемьдесят человек упали на землю и испустили дух. Но будущий святитель непереставал увещевать народ не прекращать моления. От него, как мы сказали, нашдиакон получил мощи святых[28] еще в товремя, когда Григорий был диаконом. И когда Григорий тайно готовился к побегу[29] , его схватили и привели к базиликеблаженного апостола Петра и там посвятили в сан епископа; и так он стал папой вгороде Риме[30] . И наш диакон не успокоилсядо тех пор, пока не вернулся из Порта[31] нарукоположение Григория в епископы и не увидел это посвящение собственнымиглазами.

2 . Грипон, возвратившись от императораМаврикия[32] , рассказал следующее. Впрошлом году, когда он и его спутники приплыли на корабле в некий африканскийпорт, они попали в великий[33] Карфаген .Пока они ожидали указания находившегося там префекта, каким образом им подобаетявиться на прием к императору, один из слуг, а это был слуга Евантия,прибывшего с Грипоном, обокрал какого-то купца и принес краденое в гостиницу.Тот же, кому принадлежали эти вещи, последовал за ним и потребовал вернуть емуего собственность, но тот отпирался. И так как скандал день ото дня все большеразгорался, то купец, однажды встретив этого слугу на улице, задержал его,схватив за одежду, и сказал: «Я не отпущу тебя до тех пор, пока ты невозвратишь мне вещи, которые ты нагло украл у меня». А тот, пытаясь вырватьсяиз его рук, не раздумывая, обнажил меч и сразил им купца, а затем тотчасвозвратился к себе, но не рассказал своим спутникам о случившемся.

В то время там были послами, как мы сказали[34] , Бодигизил, сын Муммолина из Суассона, Евантий, сынДинамия из Арля, и сам Грипон, родом франк. Все они, закончив трапезу, леглиотдохнуть и заснули. Когда же градоначальнику сообщили о том, что совершилслуга послов, он, собрав воинов и вооружив весь народ, направился к ихгостинице. Неожиданно разбуженные, послы удивились при виде того, чтопроисходило. Тогда тот, кто был главным, воскликнул: «Сложите оружие и выйдитек нам, и мы спокойно разберемся, как совершилось убийство». Услышав это, послыиспугались, так как до сих пор они еще не знали о случившемся, и попросили датьим честное слово, что, когда они выйдут без оружия, те не причинят им никакоговреда. Те поклялись, но нетерпение не позволило им соблюсти клятву.[286]

Как только Бодигизил вышел, они сразили его мечом; та же участь постигла иЕвантия. Когда они были повергнуты перед дверьми гостиницы, Грипон, схвативоружие, вместе со слугами, которые были с ним, вышел к ним и сказал: «Чтопроизошло, мы не знаем, но вот спутники мои, которые были посланы к императору,пали от меча вашего. Бог смертью покарает вас за поругание наше и за их гибель,ибо, убивая нас, вы убиваете неповинных и пришедших с миром. Не будет большемира между нашими королями и вашим императором. Ведь мы прибыли, чтобызаключить мир и оказать помощь государству[35] . Ныне же „Бога призываю во свидетели“[36] , что это вы повинны в том, что между нашими правителями небудет соблюден обещанный мир». После того как Грипон произнес эти и подобные имслова, боевой пыл у карфагенян остыл, и они разошлись по домам. Префект жепришел к Грипону и принялся утешать его, огорченного случившимся, советуя ему,как явиться на прием к императору. Прибыв к императору, Грипон изложил дело,ради которого он был послан, и рассказал о гибели своих спутников. Императорбыл сильно огорчен этим и обещал наказать виновных за смерть послов согласнотому приговору, который вынесет суд короля Хильдеберта. После этого, приняв отимператора дары, Грипон с миром возвратился домой.

3 . Когда Грипон рассказал об этом королюХильдеберту, тот приказал немедленно двинуть войско в Италию и направил тудадвадцать полководцев для ведения войны с лангобардами. Я не почел нужным даватьв рассказе перечень их имен. Но когда герцог Авдовальд и Винтрион[37] с людьми из Шампани дошли до города Меца,лежащего на их пути, они подвергли его таким грабежам, совершили столькоубийств и насилий, что казалось, будто они врагами пришли в собственную страну.Но так же поступили и другие герцоги вместе со своими отрядами, так что онинанесли вред собственной стране и населению прежде, чем они одержали победу надвражеским племенем.

Приближаясь к границе Италии, Авдовальд с шестью герцогами устремился вправои подошел к городу Милану[38] . Неподалекуот него они расположились на равнине лагерем. А герцог Олон совершил неудачноенападение на Беллинцонскую крепость, расположенную близ города в долинеТессина[39] , был ранен дротиком в грудь,упал и умер. Когда же они предпринимали вылазки, чтобы добыть что-нибудь иапропитания, на них нападали лангобарды и повсюду уничтожали их.

А в области самого города Милана было некое озеро, называемое Церезием, изкоторого вытекала какая-то река[40] ,маленькая, но глубокая. Франки узнали, что лангобарды устроили засаду по тусторону этого озера. Когда франки подошли к нему, еще прежде, чем им перейтиреку, о которой мы упоминали, один из лангобардов, защищенный панцирем ишлемом, с шестом в руке, стоя на другом берегу, обратился к войску франков:«Сегодня станет ясно, кому господь дарует победу». Из этого следовало, чтолангобарды решили принять исход поединка за знак победы для себя. Тогданекоторые [из франков] перешли реку и, сразившись с этим лангобардом, убилиего. И тут все войско лангобардов обратилось [287] в бегство.Франки же, перейдя реку, никого из них не нашли, а обнаружили у врагов тольколагерные приспособления для очага и крепления для палаток. И так как они никогоиз врагов не настигли, они вернулись в свой лагерь. И туда к ним прибыли гонцыот императора с вестью о том, что к ним на помощь идет войско. «Через три дня,– сказали они, – мы придем с ним, и вот вам знак[41] : когда вы увидите, что горят дома виллы, расположенной нагоре, и пламя пожара поднимется до самого неба, знайте, что это мы, какобещали, идем с войском». Но франки, прождав, согласно уговору, шесть дней, таки не увидели, чтобы кто-нибудь пришел.