Однако когда умер епископ города Бордо Бертрамн[144] , она возвратилась к себе и сказала: «Горе мне,послушавшей совета негодной матери! Вот умер мой брат, вот я оставлена мужем,отстранена от детей. Куда я, несчастная, пойду и что мне делать?». Затем,приняв решение, она направилась в Пуатье. Мать хотела оставить ее у себя, ноне сумела. Тогда между ними возникла вражда, и они часто ходили на прием ккоролю: одна желая получить имущество отца, другая – состояние мужа[145] , при этом Бертегунда, показывая что-либоподаренное ей братом Бертрамном, говорила: «Вот это и это подарил мне мойбрат». Но ее мать не сочла нужным считаться с этим и пожелала все присвоитьсебе. Она послала человека, чтобы тот взломал [двери] дома Бертегунды и унесвсе имущество вместе с дарами. Впоследствии сама мать признала себя виновной,когда по жалобе дочери она вынуждена была возвратить кое-что из этих вещей. Нопоскольку я и наш собрат епископ Маровей[146] часто получали письма от короля с просьбой помирить их,то Бертегунда приехала в Тур и предстала перед судом. Мы вынудили ее, насколькомогли, поступать благоразумно. Мать же ее не хотела смириться. Кипя злобой, онаприехала к королю, чтобы лишить дочь отцовского наследства. Когда она вотсутствие дочери изложила суть дела королю, было решено: дочери отдатьчетвертую часть, а третью часть – матери и внукам, детям одного из ее сыновей.Для этого раздела имущества, согласно воле короля, прибыл пресвитер Тевтар,бывший референдарий короля Сигиберта, недавно ставший духовным лицом иполучивший сан пресвитера. Но поскольку дочь не согласилась с решением, тораздел произведен не был и ссора не утихла[147] .

34 . А Ригунта, дочь Хильперика, часто позориламать[148] , говоря, что она, Ригунта, –госпожа и что она вновь отдаст свою мать в служанки[149] . Она часто осыпала ее бранью, и из-за этого они били другдруга кулаками и давали друг другу пощечины. Наконец мать сказала ей: «Почемуты плохо относишься ко мне, дочь? Вот имущество твоего отца, которое находитсяу меня, возьми его и пользуйся им, как тебе будет угодно».

И, войдя в кладовую, она открыла сундук, наполненный ожерельями идрагоценными украшениями. Поскольку мать очень долго вынимала[270] различные вещи, подавая их стоявшей рядом дочери, то онасказала: «Я уже устала, теперь доставай сама, что попадется под руку». И когдата опустила руку в сундук и стала вынимать вещи, мать схватила крышку сундука иопустила ее на затылок дочери. Она с такой силой навалилась на крышку и еенижним краем так надавила ей на горло, что у той глаза готовы были лопнуть.Одна из девушек, которая находилась там, громко закричала: «На помощь, радибога, бегите сюда, мою госпожу душит ее мать!» И в комнату ворвались те, чтоожидали за дверью. Они избавили девушку от угрожавшей ей смерти и вывели ееоттуда. Но после этого между матерью и дочерью еще сильнее разгорелась вражда,и особенно потому, что Ригунта предавалась разврату. Между ними всегда былиссоры и драки.

35 . Находясь при смерти, Беретруда[150] сделала свою дочь наследницей, выделивкакую-то часть основанным ею девичьим монастырям, церквам и базиликам святыхисповедников. Но Ваддон, о котором мы упоминали в предыдущей книге[151] , жаловался, что его лошади были уведенызятем Беретруды. И он решил приехать на одну из его вилл, которую Беретрудаоставила своей дочери и которая находилась в области Пуатье. При этом Ваддонговорил: «Он пришел из другого королевства[152] , похитил моих лошадей, а я отниму у него виллу». Междутем он послал приказание управляющему этой виллы, чтобы тот приготовил к егоприезду все необходимое для пребывания там. Узнав об этом, управляющий собралвсех людей, находящихся в той вилле, и приготовился оказать сопротивление,говоря так: «Пока я жив, Ваддон не войдет в дом моего господина». Когда женаВаддона узнала о том, что ее мужу будет оказано сопротивление, она сказала:«Мой дорогой супруг, не ходи туда. Если же ты пойдешь, то умрешь, и я ссыновьями буду несчастной». И, остановив его рукой, она хотела удержать его. Даи сын тогда говорил ему: «Если ты пойдешь, то мы оба умрем, и ты оставишь моюмать вдовой, а братьев сиротами». Но эти слова нисколько не подействовали нанего, более того, пылая гневом, он назвал сына трусом и неженкой и, бросив внего топор, чуть не разбил ему голову. Но тот, отскочив в сторону, избежалудара, нанесенного отцом.

Наконец, сев на лошадей, они уехали, причем Ваддон вновь послал управляющемуприказание подмести в доме и накрыть скамьи покрывалами. Но тот, не обращаявнимания на его приказание, собрал, как мы сказали, мужчин и женщин, и встал сними на улице перед домом своего господина, ожидая прибытия Ваддона. КогдаВаддон приехал, он тотчас же вошел в дом и сказал: «Почему эти скамьи непокрыты покрывалами и в доме не подметено?» И, подняв меч, он ударил по головечеловека; тот упал и умер. При виде этого сын убитого тоже поднял копье иметнул его в Ваддона. Удар пришелся в середину живота, и копье пронзило егонасквозь. Когда Ваддон упал на землю, подошли люди, которые были собраны, иначали бросать в него камни. Тогда некоторые из тех, что пришли с Ваддоном,прорвались к нему через град камней, накрыли его покрывалом и успокоили народ.Его сын, рыдая, поднял его на лошадь и еще живого привез домой. Но Ваддонтотчас испустил дух под плач жены [271] и сыновей[153] . И вот после столь горестного концажизни Ваддона сын отправился к королю и получил имущество отца.

36 . В вышеупомянутом году своего правлениякороль Хильдеберт с женой и матерью находился в области города, называемогоСтрасбург[154] . Тогда к нему пришливлиятельные люди из города Суассона и Мо и сказали: «Дай нам одного из твоихсыновей, чтобы мы служили ему и чтобы мы, когда у нас будет потомок, твойотпрыск, защищая пределы твоего города, лучше отражали натиск врагов». Корольобрадовался этому известию и решил послать туда своего старшего сынаТеодоберта[155] . Дав ему графов,доместиков[156] , управляющих, а такжевоспитателей и всех тех, кто необходим для несения королевской службы, он,согласно желанию мужей, попросивших у короля направить к ним сына, отправил егов августе месяце этого года. Народ принял его с радостью, молясь о том, чтобыбожественное милосердие даровало ему и его отцу долгую жизнь.