Увидев, какое впечатление его слова произвели на офицеров, генерал чуть смягчился. «Хорошо, хоть человек нашёлся. Будет у старушки могилка, - он вылил тарелку в общий котёл и велел солдатам последовать его примеру, - хорошо, я вовремя сообразил, а то посрывал бы погоны». Офицеры стояли в полном столбняке и не знали, как реагировать на генеральские угрозы, а он тем временем продолжал

- Сначала не понял, думал – издеваются над животными. Уже на свиней ставят дембельские наколки, а потом вспомнил про этого дезертира и сразу понял. А вы о чём думали?

----------------------------------------------------------------------------------------

                                                      MAMAN

Человек недалеко ушёл от животного. Искусство и наука не в счёт. Отстали в биологическом смысле. Там, где зверь чует опасность, мы только розы нюхаем. Никакая тварь не возвратится в разорённое гнездо или берлогу. Туда где притаился охотник.

Зато беглец всегда мчится домой, где попадает в лапы ментовской засады. Если не поймали, значит, розыск облажался, а не его заслуга. Просто пошёл к другой бабе, о которой нет сведений.

С тех мест бегут быстрее чемпионов. Прыгают выше рекордов. Вообще проявляют чудеса изобретательности и воли. Один сварганил геликоптёр из бензопилы, чтобы перемахнуть запретку. Другой проплыл километры канализационных труб. И всё напрасно, наука не заменит утерянное чутьё.

Я не побежал к жене и детишкам. Не потому, что слишком умный. Просто не было того и другого. Не успел обзавестись, а то угодил бы в капкан, как другие. Хорошо, хватило ума не показываться в своём городе. Всесоюзный розыск серьёзная штука, но шарят ближе к зоне обитания. Тоже не от большого ума, а по охотничьим повадкам.

Я укрывался в Грузии. В богом забытой деревне. Заимел личную тюрьму строгого режима. Вокруг птички чирикают, цветы пахнут, а я в комнате со шторами. Только ночью можно пройтись, но не дальше забора. Чтобы в тайне от соседей.

Не потому, что люди плохие. Наверное, не хуже чем в других местах. Даже лучше, но обязательно есть стукач. Или дурак, который сболтнёт по глупости. В деревне все на виду и даже в чужой дом лезут без стука. Спасибо, не ломились в мою комнату. Хотя, если оставить открытой, обязательно просунут любопытную рожу. Ведь самое интересное за запертой дверью. Особенно, если всегда на замке.

Хозяйка не понимала смысла такой конспирации, но терпела. В полном одиночестве, когда соседи вместо семьи. Тяжело, особенно для женщины. Ведь невозможно заменить сына. Даже добрым соседям, но делала вид, будто он рядом. То ли недавно отъехал, то ли скоро вернётся, а они подыгрывали.

Даже писала письма и читала соседям вслух. Вроде от его имени, а настоящие держала в секрете. Так было с моей рекомендацией. Всего несколько строк, которые она прижала к груди, как святую реликвию. Уйма полезной информации на мятом обрывке. Никакая секретная служба не взяла бы столько сведений из грузинских каракулей. Даже запах и цвет чернил имел для неё значение. Со временем, становилось труднее давать комментарии к этому посланию.

Зная свою мать, мог написать аккуратнее и побольше. Но в тюрьме не думают об изящном слоге и каллиграфии. Много других забот эпистолярного свойства. Прежде всего - чем, потом - на чём, а дальше, целая система тайной курьерской службы. Нужно предусмотреть и страховку в случае перехвата.

Она сразу перевела содержание. Амиран отрекомендовал меня в поэтическом стиле. Не ксива, а стишок из восточной поэмы. Что-то вроде: «Это мой брат. Позаботься о нём так, как желаешь, чтобы его мать заботилась обо мне».

Я не написал бы такого, даже располагая именем и адресом своей матери. Женщина всегда знает, кого рожала. Хотя насчёт своей родительницы не уверен. Пусть мои враги попадают в её лапы. В беспомощном состоянии. Вроде меня сорок лет назад.

Тем более неловко, что оказался чуть ли не ровесником. А если сравнить её деревенскую жизнь и мои курорты, то выглядел даже старше. Впрочем, рекомендовать отцом было бы совсем странно. Мы не могли быть братьями, но стали настоящими друзьями. Несмотря на возраст и другие различия.

Когда пацана бросают в камеру, всё может случиться. Первая ходка всегда проблема. Сплошное развлечение для тюремных подонков. Забава по обе стороны решётки. Ведь администрация тоже играет в эти игры. Единственное спасение от скуки в казённом доме.

Я заступился бы за любого в таком раскладе, хотя Амиран не просил защиты. Детдомовская закалка не пропадает даром. Всегда работает инстинкт выживания в сиротской среде. Не заступишься за других и  тебя тоже выдадут с потрохами.

Отделался фингалом и кровавыми соплями. Невелика беда. При сидячей жизни полезно выпустить немного дурной крови. Зато пацана оставили в покое. От меня тоже отступились, но бросали косые взгляды. Испортил им забаву. От нормальных мужиков, сразу почёт и уважение. Но мало радости. От этого контингента ничего не зависит.

Была другая поддержка. Крепче широкой спины и волосатой лапы. Прямой доступ к начальнику тюрьмы и авторитетам. За всё уплачено и договорено. Но только до судебного заседания. До объявления приговора. Пока не называл имён и брал на себя. Единственный виновник по расстрельной статье.

Только в совке, бухгалтера могли раскрутить на вышку. Если хищение в особо крупном размере. Значит, в пределах цены паршивого советского автомобиля. Так вычисляли цифру. По государственным расценкам. Простым людям за такую рухлядь приходилось платить в двойном размере. А по особой статье, штамповали особый приговор. Иногда высшую меру…

На самом деле, никаких хищений, а просто выпуск дефицитной продукции. Трикотаж и прочая галантерея. Государству одна выгода и никакого убытка. Продавалось на ура, лучше любого импорта. Кормили всех, от участкового, до министерства. Себя тоже не обижали. Всё продумано, никаких зацепок, но выход на наличные только у главного бухгалтера. Потому одного меня взяли.

Вымрет поколение и никто не поймёт загадок той жизни. Почему тратили столько времени в очередях. И ради чего? Стыдно вспомнить! Никто не постигнет тайны людского веселья. Откуда столько улыбок на старых фото? Купит советский человек какую-нибудь парашу и доволен, как слон. Во всём мире мечтали что-то продать и только наша жизнь уходила в погоне за всякой дрянью.

В тюрьме дефицит намного круче. Смертельная борьба за все ресурсы. Не только за хлеб насущный, но даже за воздух. Его всегда не хватает. Потому так дорого место у окна. Я отстегнул кому надо и Амиран занял престижную позицию. Глотал кислород на верхней шконке, больше моего.

С едой было проще. Засылали столько, что кормил весь общак. Подельники готовы прокормить всю тюрьму, лишь бы не раскололся. Хотя знали, что стучать не в моих интересах. Личный приговор всегда мягче, чем в составе преступной группы. Даже охрана кормилась от моих щедрот. Я не протестовал, махнул рукой. Пусть обжираются и тащат домой. Только бы не видеть их жадные морды. Амиран даже стал упражняться, чтобы сжечь лишние калории.

Его мать тоже поставила меня на усиленное питание. Опиралась на внутренние резервы. Пока опомнился, перерезала всех кур и опустошила погреб с кладовкой. Кавказское гостеприимство по полной программе. Сами отощают, но гостя откормят на убой. Какие доходы у преподавательницы французского языка? Только несколько частных уроков кроме зарплаты. И от них тоже мало толка. Ещё пару месяцев и залезла бы моя француженка в новые долги, а ведь старые покрыть не успела. Всё для того, чтобы я любовался на свой кейс с деньгами.

Хорошо, успел ободрать должников, прежде чем залёг на дно. Они из подвального цеха уже раскрутили фабричное производство. Штамповали ширпотреб во всесоюзном масштабе. Не от большой мудрости, а по заданию партии. Пока сидел, мир перевернулся. Все мои грехи стали доблестью и геройством. Но только на словах. Советских законов никто не отменял. Посадили, значит сиди или скрывайся от всесоюзного розыска.