ПЕТРА

Истощённая, раненая, выжатая как лимон, большую часть пути я проспала. У меня закрадывается подозрение, что пластыри Зендера, которыми он заклеил мои порезы, пропитаны снотворным, потому что обычно я не сплю так глубоко. Несколько часов глубокого, непрерывного, оздоровительного сна — такое мне даже не снилось. Но сейчас, рядом с Зендером, у меня каким-то образом получилось.

Арт приземляется на безлюдной ферме недалеко от Лимасилла. У звездолёта всесторонняя защита с функцией отражения любых попыток сканирования. То есть обнаружить эту штуковину можно только, если идти-идти и случайно в неё врезаться. Мы по-прежнему не разговариваем, если не считать коротких команд, односложных ответов и ахов с охами. Я, кстати, проспала и саму посадку. Проснулась под внимательным взглядом Зендера, прикусившего нижнюю губу. Но стоило мне открыть глаза, как он отвёл глаза.

В общем, всё идёт хорошо.

У меня нет права злиться на него, даже после произошедшего между нами на Келте. Но я думаю, Тил задолжал нам обоим ответы. А я определённо намерена выбить их из него. Только из него. Версию событий с точки зрения Зендера я как-то слышать не хочу.

Недалеко от места приземления стоит небольшой домик с каменными стенами и крышей из выгнутой красной черепицы. Арт без колебаний направляется туда. Зендер следует за ним, и мне надо бы тоже.

Но сначала я связываюсь по коммуникатору с Томом.

— Петра? — радостно вскрикивает он, и я чувствую огромное облегчение. — Петра, ты цела?

— Мы в порядке. Нам помогли.

Я не уточняю, что это сделал Арт. Это не та информация, которую можно передавать по коммуникатору.

— Где вы?

И тут я понимаю, что голос у него не такой уж счастливый. Напротив, в нём слышится тревога. И даже хуже — страх.

— Я…

Теперь я обеспокоена. Мне не хочется сообщать наше местоположение, но даже не знаю почему. У меня дурное предчувствие. Зендер выглядывает из дома, словно ему тоже чутьё что-то подсказало. Он внимательно прислушивается.

— Том, — вмешивается он. — Мы пока не можем сказать наше местонахождение. Принято?

— Принято, — откликается Том. — Я… Я понимаю. Просто… держитесь подальше от дворца. Вы меня поняли?

От дворца? Бросаю взволнованный взгляд на Зендера.

— Где ты сейчас, Том?

— Я не… — его голос становится тише. — С нами пока что всё нормально. Нас успели предупредить, и мы скрылись. Мы не…

— Где Бел? — требовательно спрашиваю я. — Что, чёрт подери, происходит во дворце?

— Бел? — у него вырывается смешок, но какой-то сдавленный. — С Бел всё хорошо. То есть не совсем, но… Бел… В общем, держитесь подальше. Пожалуйста. И остерегайтесь Серых. Мы вас найдём. Подыщите себе укрытие и не покидайте его. Помни о своей миссии, Петра, и держи Зендера подальше от…

Связь прерывается.

Мы с Зендером переглядываемся: встревоженно, почти отчаянно. Мы переживаем за близких людей: его сестра, наш общий друг… Я не знаю, что делать.

Серые? Та странная религиозная секта? Причём тут они?

И вдруг я вспоминаю про камень и тот день, когда они показали его Кону. Они тогда каким-то образом отключили его ментальную связь с Рондетом. Что они натворили на этот раз? И что там с Бел?

Страх пронзает меня насквозь. Я смотрю в никуда, потерянная.

— Петра? — зовёт меня Зендер успокаивающим голосом, словно убаюкивая младенца. — Мы во всём разберёмся.

Непременно.

Мы вместе заходим в дом. В нём оказывается стол, несколько ветхих стульев, кушетка. В дальней части комнаты стоит кровать или что-то на неё похожее. Здесь явно уже давно никто не живёт.

Арт уже что-то проверяет на тонком планшете, нервно расхаживая из стороны в сторону.

— В Межзвёдной сети никаких данных. И на локальных каналах тоже. Хотя погодите… Антейм заболел, заразившись той самой сонной болезнью, не встаёт с постели. В новостях просят всех помолиться за его здоровье. Бел приняла карантинные меры. Весь Антеес закрыт, особенно Лимасилл.

— Помолиться? — переспрашиваю я. Это какая-то ошибка. Местное население сложно назвать верующим. Не в религиозном смысле. Они не возносят молитв и не просят о помощи предков или неких богов. Это просто не принято на Антеесе. Что-то здесь не так. — А где высадились Том и остальные?

Арт снова погружается в планшет, клацая по экрану.

— Они отклонились от первоначального курса. Бел запросила их координаты. Это была даже не столько просьба, сколько угроза и подкуп одновременно. Совсем не похоже на неё.

Раньше да. Но Арт не знает, как она изменилась. Много воды утекло, с тех пор как она была Беленгарией Меррин, его маленькой сестричкой.

Если бы Джондар заметил что-то странное, он бы предупредил Тома. Но о чём? Что происходит во дворце?

Я не знаю, что мне делать.

— Петра, сядь, — Зендер подходит ко мне, берёт за локоть сильной, горячей ладонью. Как раз то, что мне нужно. Я не хочу опираться на него, но в глубине души немножечко хочу. Часть меня хочет прижаться к нему и никогда не отпускать.

Но так нельзя.

— Генерал Кел, — произносит он твёрже. Срабатывают давние рефлексы, и я резко выпрямляюсь. Ничего не могу с этим поделать. Ненавижу это. Но всё равно делаю.

— Ваше высочество.

— Мы обязательно разберёмся с этим.

Я встречаюсь с ним взглядом и чувствую, как внутри на секунду вспыхнула искра надежды. Он скала, о которую я могла бы опереться, если бы я была из тех, кому нужна опора.

— Зачем он попросил нас держаться подальше от дворца, если там сейчас за главную Бел? — тихо спрашиваю я. — Что случилось с Коном?

— Не знаю, — говорит Арт. — Но я это выясню. Просто подождите здесь.

— Я пойду с тобой, — вызывается Зендер, и Арт смеётся ему в лицо.

— Ты? Прости, брат, но ты слишком заметная фигура.

— А ты, что ли, нет, коротышка?

Плечи Арта опускаются, он склоняет голову. Всё его поведение разом преображается.

— Прошу прощения, милорд. У меня и мысли не было вас оскорбить, сэр, — в голосе смирение, рост будто бы уменьшился на несколько сантиметров, а лицо так исказилось, что в нём вообще невозможно узнать того высокого, уверенного в себе молодого человека, каким мы его знаем.

— У тебя всегда была выразительная мимика, — отмечает Зендер, впечатлённый, но пытающийся это скрыть. Арт всё-таки его младший брат. — Хорошо тогда, иди. Посмотрим, что ты сумеешь накопать.

Арт пожимает плечами.

— Будто мне требуется твоё разрешение, Зендер.

— И найди Тома, — добавляю я. — Нам нужно объединиться.

— Генерал, — он слегка кланяется, снова поменявшись, как ветер, — можете на меня положиться.

И через секунду его уже нет. Вот так просто.

А что мы можем сделать? Я не хочу оставаться сейчас наедине с Зендером. Только не после всего, что он сказал… и сделал… Не хочу думать о нём и Тиле. Полагаю, он тоже старается не думать обо мне и имперском фаворите. Но всё же мы здесь.

Наедине.

Сидим в тишине, стараясь не смотреть друг на друга, слыша дыхание, любое малейшее движение, каждый удар сердца.

О предки, что же мне делать?

***

Арт не возвращается этой ночью. Я позаимствовала несколько медикаментов из его весьма внушительной аптечки. Лекарства и пластыри Арта подействовали намного эффективнее, чем то, что было у нас.

— Набор спецагента, — прокомментировал Зендер. Больше он ничего мне не говорил. Думаю, ему страшно подумать, что это говорит о его младшем брате. Что кронпринц пропустил за последний год.

Как бы то ни было, подростка, каким мы его знали, больше нет. Он стал мужчиной, о котором мне почти ничего неизвестно. Как и Зендеру, хотя тот, наверное, думал, что знает про брата всё. И я вижу, как его это терзает.

Я занимаю спальню, а Зендер располагается на длинной кушетке, лицом к входной двери. Утром я перебираю наши вещи и собираю два набора со всем необходимым для самых разных обстоятельств. После чего выхожу на улицу для утренней тренировки во дворе, чтобы проветрить мозги и занять чем-то руки. Хоть чем-нибудь. Зендер тоже выходит. Я гадаю, присоединится ли он ко мне, но он этого не делает. Просто наблюдает.

Будь на его месте кто-то другой, я бы решила, что он хочет поговорить. Между нами прямо-таки витает огромный образ Велентина Тила. И тот факт, что имперец обвёл меня вокруг пальца. Возможно, нас обоих. Теперь мне, по крайней мере, ясно, как Имперский корабль и те странные мехи нашли нас. Я почти уверена, что это дело рук Тила. Он использовал меня, чтобы отслеживать весь наш отряд. Я пыталась обдумывать другие варианты — может, просто сработала местная сигнализация, и об этом сразу узнали на корабле, может, через мех, которых мы обнаружили. Я хотела убедить себя, что Тил здесь ни при чём.

Но так или не так на самом деле не так уж важно, верно? Это помогло Арту найти меня и Зендера. Это спасло нам жизнь.

Я не обращаю внимания на Зендера. Сосредотачиваюсь на движениях, на дыхании, на отработке всех своих переживаний.

— Петра, — зовёт Зендер, но я не реагирую, ускоряясь, рассекая рукой воздух, будто наношу кому-то удар. — Петра!

Разворачиваюсь к нему.

— Что?

— Бел в опасности. Я не могу здесь оставаться.

Слава предкам. Я ждала этого всё утро. Не знаю, когда вернётся Арт, но я больше ждать не могу. Он прав, Бел под угрозой. Арт, возможно, тоже.

— Рюкзаки у двери, — говорю ему. — Оружие, бронежилеты, еда, лекарства. Берите с собой, ваше высочество, и мы выдвигаемся.

К моему огромному удивлению, он беспрекословно подчиняется. Вот только второй рюкзак сразу бросает мне.

Я ловлю его.

— Нам понадобится какой-нибудь транспорт, — отмечаю я.

Он лишь ухмыляется в ответ.

— А ты в сарай не заглядывала? — спрашивает он с бесящей улыбочкой.

Внутри оказывается шиммер-скиммер — быстрое одноместное транспортное средство, на котором при большом желании можно уместиться вдвоём. Подходит и для сельской местности, и для городской среды. Разумеется, «шиммер-скиммер» — это не официальное название. Сухопутный крейсер А457 или типа того. Но модель получила своё прозвище благодаря манере движения и радужному переливанию двигателя. У них гладкий корпус и своеобразная механическая красота. Явно не антейское изобретение, потому что тогда бы оно было сделано из древесины и латуни и украшено причудливыми узорами. Вероятно, скиммер ещё и вдвое быстрее антейских аналогов. Провожу беглый осмотр. В хорошем состоянии, всё работает, батарея заряжена. Собственность Арта, даже не сомневаюсь. Это шедевр в сфере технологий.