Корбан прищурился, глядя на безоблачное небо, на бледное, водянистое, далекое солнце.

Было холодно,кожа натянулась. Шел снег, густые, тяжелые тучи собирались на горизонте за далекой линией побережья и над железно-серым морем.

Погода была неподходящая для путешествия, но вот он здесь, в шести ночах пути от Дан-Каррега, скачет по гигантской дороге с королем Бренином во главе колонны.

Они направлялись в Бадун, крепость рядом с каменным кругом, чтобы стать свидетелями пророчества, о котором говорила Эдана, когда день сменится ночью. Очевидно, Рин, Королева Камбрена, а также короли Нарвона и Домейна должны были прибыть по зову Бренина, чтобы обсудить расчистку Леса Мрака и другие вопросы, так или иначе связанные с советом в Тенебрале, на котором присутствовал король Бренин.

Они ехали на восток уже пять ночей, огибая избитый прибоем берег с крутыми острыми утесами и скрытыми бухтами. Сегодня дорога повернула на юг, огибая предательское пространство болот и топей. Когда дорога плавно пошла вниз, Корбан увидел раскинувшуюся перед ним фенландию, воду, сверкающую в слабом солнечном свете, как огромная покрытая росой паутина, лежащая на земле, холм и разрушенную башню, стоящую в ее центре. Он бросил взгляд в сторону. Брина ехала рядом с ним, говоря что – то неприятное – если судить по выражению ее лица-Хебу хранителю знаний, который ехал рядом с ней с тех пор, как они выехали на рассвете.

На горизонте появилось темное пятно.

‘Что это такое?- Спросил Корбан.

‘Это Лес Мрака, - сказал Хеб.

Тень, которая была темным лесом, тянулась от берега до самого горизонта, насколько хватало глаз. Брейт там, внутри. И Кэмлин, если им это удастся, подумал Корбан, глядя на далекий лес.

Инстинктивно его глаза отыскали Маррока и нашли его выше по колонне в сером плаще, рядом с Халионом и Коналлом. Не намного дальше, Король Бренин ехал во главе их, неуклюжие фигуры Пендатрана и Талла стояли по бокам от него, его дочь Эдана чуть позади, в тени Ронана, как всегда. ‘Как твой волк справляется с нашим путешествием?- Спросил Хеб, отрывая его от своих мыслей.

Он посмотрел вниз на Бурю, которая скакала рядом с ним, опустив голову и прижав морду к Земле.

‘Для нее это не было проблемой, - сказал Корбан. - Думаю, ей это нравится.’

Волчица бегала рядом с ним каждый день, легко подстраиваясь под их скорость; но это его не удивляло: она все еще росла, ее плечи были всего на несколько ладоней ниже спины его лошади. Он наклонился в седле, кончиками пальцев касаясь жестких волос на ее шее. Он был рад ее обществу. Ночи были холодными, но он был уверен, что каждую ночь ему было намного теплее, и Буря свлрачивалась калачиком рядом с ним.

Он вздрогнул и плотнее запахнул плащ. Когда Принцесса Эдана впервые рассказала ему о путешествии к каменному кругу, он страстно желал отправиться туда и не поверил своей удаче, когда Брина сказала ему, что нуждается в его помощи. Теперь он уже не был так уверен – шесть ночей, проведенных в холоде, и несколько дней в седле сильно подорвали его энтузиазм.

Тем не менее, они были близки к концу их путешествия, и он снова начал чувствовать ту первую искру возбуждения внутри.

Его мать не хотела, чтобы он уезжал, фактически запретила ему, пока Брина не заговорила с ней. Официально Брина собиралась поехать, потому что она была самой известной целительницей короля Бренина, но Корбан знал, что она хочет поехать, так что все было кончено. И как ее ученик, он должен будет сопровождать ее. Как только Брина заговорила об этом с его мамой, Гар внезапно решил уйти, чтобы присмотреть за лошадью Бренина, но он подозревал, что это было больше похоже на заботу о нем. По крайней мере, появление Гара означало, что и Сайвен тоже. Она выглядела так, словно проглотила пчелу, когда Корбан сказал ей, что уходит, а она нет, но внезапное решение конюха дало ей именно тот рычаг, в котором она нуждалась. Гар, в свою очередь, собрал Конюхов для поездки, и Сайвен ухитрилась включить в нее Дата. Корбану казалось, что половина Дан Каррега едет в Бадун.

Он оглянулся через плечо на Гара на своем пегом жеребце, но среди толпы воинов не увидел ни Сайвен, ни Дата.

День тянулся медленно, снег начал падать, и по мере того, как сумерки постепенно сгущались вокруг них, снег становился все гуще, настойчиво цепляясь за землю. Становилось все темнее, зажглись факелы, и Бренин решил ехать дальше, так как их цель была уже близка.

Внезапно раздался звонок из передней части колонны, и очередь остановилась. Впереди на дороге были всадники-двое? теснее прижались к Бренину.

Они постояли немного, снег оседал на плечах Корбана, холод просачивался сквозь его плащ, пока колонна не двинулась вперед. Всадники приблизились к Корбану. Один явно был воином, из-под плаща торчали ножны. Корбан мельком увидел его лицо в капюшоне, бледное, с темными запавшими глазами. Другой, по-видимому, была женщиной, более худощавого телосложения. В свете факелов Корбан уловил намек на рыжие волосы.

Вскоре они увидели вдалеке огни. Бадун, последнее обиталище в Ардане перед Лесом Мрака и царством Нарвона.

‘На это нет времени,-сказал Гар Корбану, увидев, что тот тянется за Медовым пирогом. - Ты можешь прервать свой пост позже, мне нужна еще одна пара рук. Если Брина сможет обойтись без тебя какое-то время?’

Брина фыркнула, пренебрежительно махнула рукой в сторону Корбана, и он обнаружил, что тащится по снегу, следуя за прихрамывающей походкой Гара, а Буря оставляет за ними цепочку следов.

Крепость Бадун стала большой из-за того, что охраняла гигантскую дорогу, ведущую через Лес Мрака в Королевства Нарвон и Камбрен.

Дат и Сайвен стояли у дверей огромного амбара, наполняя ведра водой из бочки. Когда они приблизились, Сайвен улыбнулась Корбану.

‘У тебя есть зрители, - сказала она, заглядывая ему через плечо.

Группа детей собралась и следовала за ними на некотором расстоянии, указывая и перешептываясь.

‘Не меня. Буря, - сказал Корбан. Люди привыкли к волкам в Дан-Карреге и Хаване, но здесь все было по-другому. Только потому, что он ехал с королем, ему даже позволили войти в крепость, многие воины хмурились и делали знак против зла, когда он проходил через ворота. Не все думали, что это так ужасно, включая большинство детей, которые жили в Бадуне, по-видимому.

‘Ты делаешь себе имя, - заметил Гар.

Корбан пожал плечами и начал помогать Сайвен.

Пиршественный зал уже пустел, когда Корбан пришел с сестрой. Но рядом с очагом сидела принцесса, Ронан наполнял для нее тарелку. Эдана поманила их к себе.

‘Я принесу твой, - сказал Ронан, улыбаясь Сайвен

- Отец сердится, - сказала Эдана, кивнув в сторону угла зала. Король Бренин стоял с небольшой группой людей: там были Талл и Пендатран, а также Эвнис и Вонн. Корбан был рад, что почти не видел сына советника с того самого дня в загоне, когда была убита собака Хельфаха. Бренин разговаривал с высоким светловолосым мужчиной, его длинная воинская коса была тронута серебром. У него было открытое, приятное лицо, и он улыбался королю.

‘Заключаться в том . . .’

- Гефин, - кивнула Эдана.

Корбан нахмурился. Гетин был лордом Бадуна, но он также был старшим братом Эвниса, и поэтому Корбан автоматически невзлюбил его, независимо от его внешности.

Ронан поставил перед Корбаном миску каши, ягоды и сливки для Эданы и тарелку горячих овсяных лепешек, бекона и хлеба с толстым слоем масла перед Сайвен. Корбан перевел взгляд со своей миски на другую предложенную награду и нахмурился. Сайвен благодарно улыбнулась Ронану.

- Король Овейн здесь, - тихо сказала Эдана, - со своим сыном Утаном. Остальные еще не прибыли.’

‘Но ведь завтра День Середины Ззимы, - возразила Сайвен.

Принцесса кивнула. - Вот почему отец такой сварливый. Он думает, что Рин играет с ним в игры, хотя король Эремон тоже не прибыл. Но ему предстоит еще много странствий, от самого Домейна до Нарвона и Камбрена. И он, по-видимому, древний.’

‘Как ты думаешь, они согласятся?- Сказала сайвен. - С планом твоего отца?’

‘Даже не знаю. Эдана пожала плечами. - Овейн должен, поскольку Брейт тоже совершает набеги на его границы, но он часто не соглашается с отцом просто ради того, чтобы не согласиться. Что касается остальных: у Рина и Эремона меньше причин связывать себя расчисткой Леса Мрака. В конце концов, Брейт не совершает набегов на их земли.’

‘Но ведь во всем этом есть нечто большее, чем просто расчистка Леса Мрака, не так ли?- Сказала сайвен. ‘Это пророчество . . .’

Эдана кивнула. - Отец сказал, что завтра в полночь день превратится в ночь, что бы это ни значило. Я не могу себе такого представить.- Она поигрывала ложкой ягод на своей тарелке. ‘Это должно означать что-то о войне между Элионом и Азротом, о том, что она ведется здесь, в изгнанных землях.’

‘Кто они такие?- Прошептала Сайвен.

В зал вошли две фигуры, те, что присоединились к ним на обочине. Это был молодой человек с бледным лицом, темными кругами под глазами и воинской косой в волосах. Он обвел взглядом комнату, приглашая сесть свою спутницу – пожилую рыжеволосую женщину с седыми прядями.

‘Я не знаю, кто они такие. Я спросила отца, но он не сказал мне. Эдана заговорщицки наклонила голову ближе. - Я думаю, они попросили у отца убежища.’

Если эти двое пришли к королю Бренину в поисках убежища, то они не были первыми, кого привлекла его репутация. Халион сказал ему, что он и его брат сделали то же самое. Тем не менее мастер оружия держал язык за зубами относительно того, от чего именно они убегали.

‘Итак, мы должны подождать и посмотреть, прибудут ли Рин и Эремон, если надежды твоего отца оправдаются.- Он пододвинул к миске холодную кашу.

- Да, - пробормотал Ронан.

- От них многое зависит, - сказала Эдана.

Из темного леса выехала колонна всадников; Корбан насчитал около четырех десятков, стоя на деревянном частоколе, окружавшем Бадун.