Ревущий гром нарастал, наполняя его уши, заглушая бешеное рычание, исходящее от собаки. Он услышал дикое ржание, ощутил резкий, ломающий кости удар, пронзительный вой, а затем внезапно вес собаки исчез.

Копыта глухо застучали вокруг него, его жеребенок заполнил все поле зрения, встав на дыбы, выставив вперед передние лапы. Раздался тошнотворный хруст, и ноги жеребенка с глухим стуком опустились на землю. Он стояла над ним, раздувая ноздри, горячий воздух вырывался наружу большими облачными порывами. Затем появилась Буря, обнюхивая его, облизывая, стоя рядом с жеребенком, между ним и нападавшими, пригнувшись, рыча, оскалив длинные зубы.

Он перекатился на спину, почувствовав, как руки Сайвен обхватили его, помогая встать. Его рука пульсировала, кровь пульсировала из раны в такт колотящемуся сердцу, дождь посылал ее красными ручейками вниз по рукаву.

Вонн попытался приблизиться к нему, но Буря огрызнулась, зарычала, и он остановился.

ХелЬфах стоял на коленях в траве, положив голову своей собаки себе на колени, А Раф стоял позади, застыв и глядя на него.

‘Ты . . . ты убил его’ - выдохнул Хельфах, и слезы потекли по его щекам.

- Нет, - ответил Вонн. - Ты убил его, Хельфах. Идем. Я помогу тебе нести его.- Он обнял Хельфаха одной рукой и посмотрел на Корбана. ‘Мне очень жаль, - запинаясь, произнес он. - Ты—? Твоя рука. Ты должен пойти к Брине.’

Корбан молча кивнул, глядя, как они втроем выносят из загона обмякшее тело пса.

- Бан, твоя рука’ - сказала Сайвен, обнимая его, разорвав подол своего плаща и туго завязав его чуть ниже плеча.

- Что случилось?- Пробормотал Корбан, внезапно почувствовав тошноту и головокружение.

‘Мы пытались добраться до тебя, когда напала собака. Но мы были слишком далеко, даже Буря был недостаточно быстра. Бан, это почти убило тебя – могло убить . . .’

- Что случилось?- Повторил Корбан уже тверже.

- Твой жеребенок, Бан. Он просто промчался мимо нас, откуда ни возьмись, бросился на собаку. Он убил его, Бан, защищая тебя.- Она выдохнула и покачала головой. ‘Я никогда не видел ничего подобного. Я слышал рассказы о взрослых лошадях, делающих такие вещи, о боевых конях, но никогда не видел, никогда не слышал о жеребенке, делающем такие вещи.’

Корбан кивнул и неуверенно двинулся вперед. Буря ткнулась носом в его руку. Он обхватил здоровой рукой шею жеребенка и положил на нее голову.

‘Я буду звать тебя Щит, - прошептал он.