В конце концов их путь выровнялся, и вскоре они очутились в пещере, которую помнил Корбан, широкой и высокой, с морем, медленно катящимся и вздувающимся по прямому каналу.

Корбан остановился и посмотрел вниз на темные воды, когда Халион подошел и встал у его плеча.

- Тропинка к пещере вон там, - сказал Корбан, указывая пальцем. ‘Похоже на каменную стену, но это чары, оставленные великанами, я полагаю.’

Брина и Хеб поспешили туда, куда указывал Корбан, и Брина ткнула рукой в скалу. Она исчезла, доходя ей до локтя, и она хихикнула.

- Отлично, - сказал Хеб. - Здесь все эти годы, а мы так и не узнали.’

‘Мы уже близко к берегу, - сказал Халион. ‘Нам нужно четко представлять, что будет дальше, когда мы выберемся отсюда. Мы еще не в безопасности.’

Пока они обсуждали варианты, Корбан что-то услышал в воде.

‘Ты это слышал?-пробормотал он, подталкивая Гара.

‘Да, - ответил Гар, прищурившись и вглядываясь в темноту.

Из воды поднялась какая-то фигура-сплошная масса в темноте, прямо за пределами света факелов. А потом он рванулся к ним: змея, серо-белая чешуя мокрая, клыки обнажены. Она была больше туши в пещере – гораздо больше – и бросилась прямо на Корбана. Он попытался увернуться, но зверь двигался слишком быстро. Затем Буря вонзилась ему в шею, когти впились в плоть существа. Ее инерция выбила змея из равновесия, когда ее вес потянул его вниз. Чудовищные клыки Бури глубоко вонзились в змею, она издала ужасный звук и забилась в конвульсиях. Его мускулы яростно затрепетали, и Буря понеслась по воздуху. Она врезалась в стену, заскулила и осела на землю.

- Нет!- Закричал Корбан. Он не потеряет еще одного в эту ночь. Он выхватил меч и бросился на змея.

Все вокруг, казалось, освободились от чар его движения, большинство последовало за ним, чтобы напасть. Змей поднялся над ними на дыбы, сбитый с толку таким количеством нападавших и ударов. Он убил одного бойца, жестоко укусив его в шею. Затем Фаррелл рванулся вперед, ударив молотом Тэннона по голове зверя. Раздался тошнотворный хруст; змея безжизненно шлепнулась на землю и затихла.

Тарбен шагнул вперед и вонзил меч ему в глаз. ‘Никогда нельзя быть слишком уверенным, - сказал он тем, кто смотрел на него.

Корбан бросился к Буре. Она неуверенно поднялась и заскулила, когда Брина осмотрела ее плечо, но в остальном она казалась невредимой.

‘Она будет жить, - объявила Брина, и Корбан вздохнул с облегчением.

Они обработали свои раны, а затем собрались перед зачарованной стеной. Халион вошел первым, ведя Эдану за руку. После пиршественного зала она не произнесла ни слова и теперь шла вперед, опустив глаза. Корбан моргнул, когда они оба исчезли в скале. Затем вперед двинулись другие, Маррок, Кэмлин и другие, пока он не стал одним из немногих оставшихся.

‘Пошли, - позвал его Хеб. Теперь с ним остались только Гар и его мама, да Буря. Гар сделал ему знак идти первым. Он инстинктивно закрыл глаза, когда ступил на скалу, и почти пошатнулся, когда не встретил никакого сопротивления, или почти никакого сопротивления. Вокруг него нарастало давление, в ушах звенело, кожу покалывало, и вот он прошел, маленькая компания собралась на узкой скальной полке перед ним.

Он услышал, как Буря заскулила, посмотрел вниз и увидел, что она не пошла с ним. Какое-то мгновение он просто стоял в нерешительности, а потом шагнул обратно.

Буря стояла перед каменной стеной, прижав уши к голове. Увидев его, она повернулась кругом и заскулила.

‘Она отказалась пройти, - сказал Хеб. - Я пытался помочь ей, но она посмотрела на меня так, что у меня не осталось никаких сомнений в том, что ей не нужна моя помощь.’

Корбан некоторое время пытался уговорить ее пройти, Гар и Гвенит толкали ее сзади, но безуспешно.

‘Пошли, - пробормотал Корбан, пытаясь вытащить ее. ‘Ты ... ставишь меня в неловкое положение. Даже Краф не поднял такой шум.’

В конце концов, по предложению Гара, Гвенит оторвала полоску ткани от своей сумки, и Корбан завязал ее вокруг глаз Бури, запихивая еще больше в уши волка.

- Работает с лошадьми, - пожал плечами Гар.

Потом они попробовали снова.

На этот раз все прошло более удачно, и когда голова и передние четверти шторм прошли сквозь чары, Корбан снял с нее повязку. Она увидела перед собой тропинку и внезапно перескочила через нее. Хеб пришел последним.

Они находились в высокой пещере, прижавшись к узкому скользкому выступу скалы, который огибал медленно поднимающуюся волну морской воды. Она вспенивалась белизной там, где разбивалась о острые, покрытые коркой камни. Звук прибоя, бьющегося о берег, наполнил пещеру, отдаваясь эхом вокруг них.

Маленькая компания нерешительно двинулась вперед, Маррок и Кэмлин проскользнули вперед, чтобы разведать обстановку. Тропинка петляла и поворачивала, пещера становилась все шире по мере того, как они продвигались по ней. Вскоре Кэмлин вернулся, шипя, чтобы они погасили факелы. Когда они снова свернули на тропинку, Корбан увидел лунный свет, льющийся через вход в пещеру и поблескивающий на плещущейся воде.

Они медленно выползли из входа в пещеру и увидели берег Хейвана неподалеку за небольшой полоской мелководья. Гроза прекратилась, и тонкие клочья облаков скользили по Луне.

Все казалось тихим, хотя темные заросли, которые были рыбацкими лодками, выброшенными на берег, могли скрыть многих наблюдателей. В заливе Корбан едва различал темную громаду корабля Натаира, мягко поднимавшегося и опускавшегося на волнах.

Халион собрал их всех вместе, и вскоре у них уже был примерный план, и они шли по воде к берегу, стараясь не плескаться. Прилив шел на убыль, вода была такой холодной, что у Корбана перехватило дыхание. Затем они двинулись по берегу, Дат и Мордвир шли впереди, пока не подошли к своей рыбацкой лодке, которая стояла, опираясь на киль, на гальке.

С большим усилием вся компания, около двух десятков человек, толкнула маленькую лодку вниз по берегу к кромке воды. Сердце Корбана гулко стучало при каждом хрусте гальки под ногами или скользящем Киле лодки. Он почти обрадовался, когда почувствовал, как волны плещутся у его ног, а затем почувствовал, как лодка качнулась, когда ее подхватило и потянуло за собой мягкое покачивание моря.

Дат и Мордвир вскарабкались на борт, остальные оттолкнули лодку подальше, а затем все вместе побежали к деревянному причалу чуть дальше по берегу. Сапоги глухо стучали по дереву, пока они спешили вдоль него и ждали, когда Дат и Мордвир приведут свой ялик. Корбан увидел, как паруса развернулись и затрепетали, когда ветер ласкал их, а затем внезапно они наполнились, волны вспенились белой пеной вокруг носа, когда он прорезал изогнутую линию поперек них.

Из всех моментов, которые Корбан пережил этой ночью, именно сейчас он испытывал самый сильный страх, когда они почти беззащитно ждали в конце деревянного причала. Он взглянул на Дан Каррега, который теперь казался неуклюжей тенью в первых серых лучах рассвета, и увидел оранжевое сияние-крепость все еще горела в своих огромных каменных стенах.

Внезапно рыбацкая лодка Мордвира приблизилась, и он перебросил через нее моток веревки. Халион подхватил его, и другие помогали подтянуть лодку, а потом люди стали карабкаться на борт. Вскоре они уже отчаливали, и большинство из них находили, где бы в изнеможении повалиться на палубу, хотя в трехместном судне было тесно.

Чтобы выйти в открытое море, они должны были пройти мимо черного корабля Натаира, так как он забивал вход в бухту. Там горели фонари, но людей опять не было видно. Когда они достигли ближайшей точки, когда до черного корпуса оставалось не более двух десятков шагов, Корбан услышал сопение или рычание и вспомнил, как дразнил Дата по поводу так называемых шумов на этом корабле. Неужели это было только вчера вечером?

Буря зарычала, прижав уши к голове. Затем, внезапно, откуда-то из глубины корабельного брюха раздался рев, и все на рыбацкой лодке широко раскрытыми глазами смотрели, как они проскальзывают мимо более крупного судна. Все время, пока они выходили из бухты, Корбан оглядывался назад, ожидая, что что-то произойдет, но тревог больше не было. И вдруг они оказались в открытой воде как раз в тот момент, когда над краем мира показался первый луч солнца. Корбан почувствовал, как его глаза закатились, веки внезапно отяжелели.

- Здесь, - раздался голос рядом с ним. ‘Ты должен получить это обратно.- Фаррелл предлагал ему боевой молот своего отца, все еще покрытый засохшей кровью.

- Оставь себе, - сказал Корбан. - Он слишком тяжел для меня. И ты выглядел так, будто это было сделано специально для тебя.’

Фаррелл посмотрел на молот, явно испытывая искушение. - Нет, - сказал он, качая головой. ‘Он принадлежит твоему отцу, и было бы неправильно, если бы он достался мне.’

Корбан поднял руку и поморщился от боли, пронзившей его лопатку. Он снова подтолкнул молот к Фарреллу. - Я серьезно. Я не мог владеть им так, как должен был владеть. Пожалуйста, я был бы рад, если бы ты сохранил его.’

- Неужели?’

‘Да. Только используй его, чтобы отомстить за моего отца. Это все, о чем я прошу.’

Фаррелл задумался, потом выдавил из себя улыбку. - Я польщен, - сказал он.

‘Да. - Так и есть, - пробормотал Корбан.

- Итак, - раздался голос из глубины лодки. ‘Куда нас везет эта рыбацкая лодка?’

Все вдруг прислушались, повернув головы, чтобы посмотреть на Халиона и Маррока, сидящих вместе на носу лодки, Эдана между ними. Маррок пожал плечами и посмотрел на Халиона.

‘По правде говоря, я думал только о том, чтобы убраться отсюда, - сказал Халион, кивнув в сторону крепости. - Что мы и сделали.- Он наклонил голову к Корбану, потом посмотрел на Эдану. Принцесса сидела, подтянув колени к груди, на грязном лице отчетливо виднелись следы слез. Она не подала виду, слушает она или нет.