- Как долго?- Спросил Корбан. - До того, как мы доберемся до Утандуна?’

- Мы должны увидеть его стены до захода солнца.’

‘Ох.’

Корбан почувствовал укол беспокойства при мысли о том, что их путешествие подходит к концу. Когда Брина сказала ему, что Буря следует за ними, он был взбударажен и взволнован одновременно. Тревога исчезла, когда они ехали через лес без каких-либо признаков или звуков Бури. Корбану было приятно сознавать, что она рядом, и в то же время он был уверен, что она будет держаться на расстоянии и не выдаст своего местонахождения. Но вот что она будет делать, когда они доберутся до места назначения, - это уже совсем другой вопрос. Он снова почувствовал, как его охватывает беспокойство.

Длинная колонна пересекла мост, Утандун стоял на холме перед ними. Корбан начал вертеться в седле, постоянно оглядываясь на лес.

‘Ради бога, - прошипела Брина, - постарайся быть осторожнее. Иначе все войско Бренина будет смотреть через их плечи.’

Корбан поморщился и попытался сесть прямо.

- Краф, - сказала Брина. Она наклонилась к птице и что-то прошептала. С карканьем и шумным хлопаньем крыльев ворона взлетела и помчалась назад по тропе, к деревьям темного леса.

‘Вот ты где, - сказала Брина. - А теперь перестань волноваться.’

- Спасибо, - тихо сказал Корбан.

Брина фыркнула.

Утандун был редким, аккуратным городком, все было разложено на своих местах, высокие деревянные стены аккуратно окружали каждое здание, каждое пространство, включая акры загонов.

За северным краем крепости холм, на котором она была построена, плавно спускался к плоской лощине, и именно в этой лощине королю Бренину и его отряду пришлось разбить лагерь, так как в стенах не хватало места для всех. Бренин отказался покинуть свой народ и предпочел лощину комнате.

В тот вечер Корбан сидел со своей семьей у костра – Гар и Брина тоже. Краф порхал вокруг нее, шумно питаясь полосками баранины, которые она время от времени бросала ему. В отличие от Дата, отец которого держал его дома, Фаррелл тоже был там. Он пришел навестить Корбана на следующий день после того, как Буря растерзала Рафа. Он нашел Корбана в саду-тот просто сидел, не в силах сделать ничего другого.

‘Я . . . - я хотел поговорить с тобой, - сказал неуклюжий ученик кузнеца. Корбан молча смотрел на него, на его разбитое лицо, промытые и перевязанные раны.

‘Да. Ну и что?- Сказал Корбан.

‘Я хотел поблагодарить вас, - сказал он. - За то, что ты сделал.’

Корбан пожал плечами.

‘Обернулось бы плохо. Если бы ты не помог.’

Корбан не знал, что сказать, поэтому Фаррелл просто постоял несколько секунд, затем повернулся и пошел прочь.

С тех пор, однако, он довольно часто виделся с Фарреллом – не столько для того, чтобы поговорить, сколько просто для того, чтобы поболтать.

Из темноты вынырнула фигура, плотно закутанная в один из серых плащей их компании.

- Могу я присоединиться к вам?- Сказал хранитель знаний Хеб, переводя взгляд с Гвенит на Брину.

‘Конечно, - сказала Гвенит. - Освободите место, ребята.’

- Фу, - фыркнула Брина, но отошла, чтобы освободить побольше места у камина. - За что нам такая честь?- сказала она. - Чтобы выбрать наш очаг вместо очага Бренина?’

Хеб хмуро посмотрел на нее. ‘Как бы ни было неприятно ваше общество, моя дорогая леди, - сказал он, фальшиво улыбаясь, - оно гораздо предпочтительнее для тех, кто стремится снискать расположение Бренина.’

- А?- подсказала Брина. - Утан тебе не нравится?’

‘Я говорю не об Утане, - проворчал Хеб. ‘О, он довольно скучен, но бедный мальчик ничего не может поделать с таким отцом, как Овейн. Нет, я возражаю против крика Гетина и заискивания Эвниса. Он считает нас всех полоумными, слепыми к его неуклюжим попыткам использовать Вона в качестве кандидата на Эдану. Не то чтобы меня это сильно волновало. Бренин может выдать ее замуж за того, за кого пожелает, хотя я уверен, что это будет не сына Эвниса. Мне просто не нравится, когда меня считают дураком.’

‘Тогда, возможно, вы пришли не к тому камину, - сказала Брина, вызвав взрыв смеха.

‘Когда тебя называют дураком и когда с тобой обращаются как с дурой, это совершенно разные вещи, дорогая, - ответил Хеб, слабо улыбаясь. - По крайней мере, этот разговор не даст мне уснуть.’

Теперь уже Корбан усмехнулся. Брина и Хеб почти равны, подумал он, по остроумию и острому языку. Это будет интересный вечер.

Таннон наклонился к Корбану и похлопал его по колену большой мозолистой рукой. ‘Скоро твои именины, Бан, - тихо сказал он. Корбан задрожал от возбуждения.

‘Я тут подумал, - сказал Таннон. ‘Как только мы вернемся, мы начнем работать над твоим мечом.’

Корбан усмехнулся. ‘Это было бы прекрасно, - сказал он. И наконец, настоящий меч, из твердого железа, а не из деревянной палки. - Очень хорошо.’

Таннон улыбнулась ему в ответ.