-Ты забыл, что не только Вадим, но и ты - потомок Перуна, - вытирая руки тряпицей, сказал Кий. - Этот оберег - твой. Но только надеть его нужно прямо сейчас, пока он ещё не остыл.

Поколебавшись одно мгновение, Рюрик взял в руки горячую гривну и надел себе на шею. Багровый туман боли застлал ему глаза, но, пересиливая себя, князь тщательно застегнул попорченный неосторожным ударом замок.

-Помни, лишь в том случае ты сумеешь одержать вверх над Вадимом, ежели в первую очередь себя не пожалеешь, - зазвенел в ушах голос Кия, и варяг, почувствовав внезапную слабость, безвольно скользнул в кроваво-красную мглу...

...Огонь в печи почти догорел. Предрассветный сумрак сменил кромешную тьму ночи. Явь по капле просачивалась в сознание Рюрика. В доме было по-прежнему тихо. Шею и ладони ещё саднило от боли, но ожогов, похоже, не было. Ощущая тяжесть гривны, князь попытался нащупать её, но не смог - чудесная вещь в мире людей ничем не выдавала своего присутствия. Наблюдавший за варягом Сварг довольно крякнул, но предпочёл вслух свои мысли не высказывать.

-Что мыслишь дальше делать? - поутру спросил Олег у Рюрика.

Князь слегка пожал плечами.

-Выбор у нас невелик. Прошло уже два дня из того времени, что я дал Дубыне на сборы. Сам Вадим княжий престол мне не отдаст, значит, нужно идти в поход на Новгород. Силён стольный Новгород и с налёту его не взять. Быть может, много людей положим, да только иного выхода я не вижу.

-Эх, выманить бы его из города да и удавить потихоньку! Глядишь, новгородцы сами бы нам ворота открыли.

Рюрик усмехнулся:

-Ну, перво-наперво Морена враз нашу хитрость узрит и Вадима всё одно упредит. Как бы тогда самим же в свою ловушку не попасть. И потом, нынешний новогородский князь хоть и захватчик, но всё-таки мой родич, и в глазах людей имеет те же права, что и я, а то и более. Ежели мы его, как ты предлагаешь, «удавим потихоньку», вовек после от славы душегуба и злодея, ради власти сгубившего родича, не отмоешься. Нет, нужно так сделать, чтобы люди видели - за нами боги, и княжеством Новгородским я владею по праву. Тут скорее Божий суд нужен, а не убийство исподтишка.

-Так в чём дело, вызови его на Божий суд!

-Вызвать-то вызову, да только примет ли он мой вызов? И потом, убить Вадима - это лишь полдела. Нужно ещё с Мореной расправиться.

Олег, внимательно слушавший друга, понимающе кивнул. В горнице воцарилось молчание. Мужчины и не заметили, что к дверям тихонько подошла Ольга и уже какое-то время внимательно прислушивается к их разговору.

-Ефанду как, с собой возьмёшь?

-А куда деваться. Не возьму - украдкой за войском пойдёт, а там и до беды рукой подать. Так же на глазах у меня будет. Опять же, знахарка она знатная, так что лишней в моём войске не будет.

-А Ольгу?

-Её возьму обязательно. Самим нам с Мореной не справиться, а вот Ольга, глядишь, и совладает. Да и не захочет невеста Перунова в тепле избяном да уюте отсиживаться, когда род Перуна в опасности.

-Вадим тоже принадлежит к потомкам Перуна, не забывай об этом. Ещё неизвестно, быть может, она и за него в последний момент вступится. Если, конечно, к тому времени будет обезврежена Морена.

-Вадим - отступник, - раздался вдруг звенящий от гнева женский голос. - Он предал свой род и не может более рассчитывать на его защиту.

Оба воина обернулись. Только теперь они заметили стоящую в дверях Ольгу.

-А не слишком ли ты сурова к нему? - усмехнувшись, спросил Рюрик. - Вадим, конечно, много дров наломал, но ведь не просто же так.

-Он всего-навсего влюблён в Ефанду, вот и всё, - поддержал друга Олег, пряча в усах улыбку.

-Никакая любовь не может быть оправданием, - сурово ответила ведунья, отметая малейший намёк на шутку. - С Мореной я сама как-нибудь справлюсь - не ваша то забота. Как мыслишь с Вадимом совладать?

-Скоро войско к озеру подойдёт, я там его встречу. После пойдём к Новгороду. Там я попытаюсь вызвать Вадима на Божий суд. Ежели вызов не примет, будем штурмовать город.

-Много людей положишь, - задумчиво заметила Ольга. - Не проще ли будет вызвать его к тому же озеру?

-Как? Он даже не знает, что мы в поход выступили. Гонца посылать... Доберётся ли? А то будем ждать его у озера понапрасну. И потом, когда ещё гонец обернётся. А ведь Вадиму тоже нужно войско собрать. Да и кого на верную смерть-то послать? Нынче этот полюбовник Морены сперва, поди, казнит, а после, быть может, и выслушает. И то, если сильно повезёт.

-Нужно, - задумчиво согласилась девушка. - Да и послать нам нынче не кого... Хотя... - Ольга как будто к чему-то напряжённо прислушивалась. - Что это?

-Где?

И Рюрик, и Олег тоже внимательно прислушались, но ничего, кроме воя ветра, не услышали.

-Ветер воет, - неуверенно проговорил воевода.

-Ветер...

Решительным шагом девушка вышла на крыльцо. Порыв ветра тут же швырнул горсть снега ей в лицо и рванул за косу. Однако ведунья протянула руку и будто схватила что-то в воздухе. Миг - и вокруг её руки стремительно завертелся небольшой вихрь, который постепенно разрастался, бешено извиваясь при этом, как будто пытаясь вырваться.

-Ну, здрав будь, Позвизд. С чем пожаловал?

Столб вихря начал стремительно расти, и вскоре сравнялся с крышей усадьбы.

-Не ярись, - спокойно проговорила Ольга. - Лучше прими вид человеческий.

Вихрь ещё рванулся вверх, но девушка свободной рукой распустила косу и развязала пояс, а потом сорвала подвеску с шеи и подняла её над головой. Столб вихря стал медленно, будто нехотя снижаться, постепенно принимая вид полупрозрачной человеческой фигуры и, наконец, превратился в косматого, злобного старика, которого ведунья крепко держала за бороду.

-Что тебе здесь нужно, холоп? - презрительно спросила она.

-Я не холоп! - тут же взвился старик. Голос его напоминал завывания ветра, но слова были вполне различимы.

-А кто ты, если Морена позволяет себе повелевать тобой? Так зачем ты здесь?

-Не твоего ума дело! Или думаешь, что, раз Перун обратил на тебя свой взор, так ты уже стала госпожой над богами?

-Не я, а твоя госпожа вздумала повелевать бессмертными.

-Сама Жива просила меня присматривать за ней, я был пестуном Морены. Я не раб, а друг и ближайший советчик богини, дочери Живы.

-И потому служишь у неё на посылках.

Позвизд принялся злобно вращать глазами и вырываться, но Ольга крепко держала его. Наконец он вновь взъярился.

-Как смеешь ты, смертная, хватать меня за бороду. Немедленно отпусти!

-Ах, вот ты как заговорил, - усмехнулась девушка. - Никак забыл, кто я?

В голосе ведуньи послышалась нешуточная угроза, и старик, неожиданно притихнув, взглянул на неё почти с мольбой.

-Ну чего тебе надо? Я супротив Перуна не иду, препон тебе никаких ни чиню, а что нападаю на друзей твоих, так на то я и ветер, чтоб людям хаты да порты выстужать.

-Хорошо, отпущу тебя. Только скажи для начала, отчего это весна не наступает?

-Так то же Морена сон зачарованный на огнебородого наслала. А без него, сама мыслишь, весна не наступит.

-Сон, говоришь. Это откуда же у неё такая сила?

-Вадим  ей власть над родовичами своими, которые суть божественную имеют, дал, жертвами человеческими напитал, вот она в силу и вошла. Это ещё что, она и навий, и упырей, и прочую нечисть из-под земли раньше времени достала, большое войско собрала. Так что лёгкой победы не ждите. Без Перуна всяко не управитесь.

-Это мы ещё посмотрим. Что ж, мчись к своей хозяйке, да передай ей, что через четыре дня ждать мы её будем у озера Тёмное. Пора, наконец, явиться в Новгород законному князю, прочь прогнав пришлеца!

[1] Позвизд - божество северного ветра, олицетворяющее собой непогоду.

11. Выбор

Ночь тихонько подкралась к Новгороду и ласково, заботливо укутала мир, навивая сон и отгоняя все дневные тревоги. В ясном небе зажглись светлячки звёзд, а после боязливо выкатился на небосклон месяц. Новый город погрузился беспокойный, настороженный сон.