«Был покойник во гробе трехдневен…»

Был покойник во гробе трехдневен,И от ран почерневшее телоЗацветало червьми и смердело.Правил Дьявол вселенский молебен.На земле стало душно, что в скрыне:Искажались ужасом лица,Цепенели, взвившись, зарницы,Вопияли камни в пустыне.Распахнувшаяся утробаИзмывалась над плотью Господней...Дай коснувшимся дна преисподнейВстать, как Лазарь, с Тобою из гроба!

27 октября 1921

Феодосия

Революция

Она мне грезилась в фригийском колпаке,С багровым знаменем, пылающим в руке,Среди взметенных толп, поющих Марсельезу,Иль потрясающей на гребне баррикадКосматым факелом под воющий набат,Зовущей к пороху, свободе и железу.В те дни я был влюблен в стеклянный отсвет глаз,Вперенных в зарево кровавых окоемов,В зарницы гневные, в раскаты дальних громов,И в жест трагический, и в хмель красивых фраз.Тогда мне нравились подмостки гильотины,И вызов, брошенный гогочущей толпе,И падающие с вершины исполины,И карлик бронзовый на завитом столпе.

14 июня 1922

Коктебель

Ангел смерти

В человечьем лике АзраилПо Ерусалиму проходил,Где сидел на троне Соломон.И один из окружавших трон:«Кто сей юноша?» – царя спросил.«Это Ангел Смерти – Азраил».И взмолился человек: «Вели,Чтобы в Индию меня перенеслиДухи. Ибо не случайно онПоглядел в глаза мне». СоломонПриказал – и было так. «ЕмуЗаглянул в глаза я потому, —Азраил сказал, – что послан я за нимВ Индию, а не в Ерусалим».

25 ноября 1923

Коктебель

Портрет

Ни понизь пыльно-сизых гроздийУ стрельчатых и смуглых ног,Ни беглый пламень впалых щек,Ни светлый взгляд раскосо-козий,Ни яркость этих влажных уст,Ни горьких пальцев острый хруст, Ни разметавшиеся прядиПорывом взмеенных кудрей —Не тронули души моейНа инферальном маскараде.

23 августа 1924

Коктебель

Соломон

Весенних токов хмель, и цвет, и ярь.Холмы, сады и виноград, как рама.Со смуглой Суламифью – юный царь.Свистит пила, встают устои храма,И властный дух строителя ХирамаВозводит Ягве каменный алтарь.Но жизнь течет: на сердце желчь и гарь.На властном пальце – перстень: гексаграмма.Офир и Пунт в сетях его игры,Царица Савская несет дары,Лукавый Джин и бес ему покорны.Он царь, он маг, он зодчий, он поэт...Но достиженья жизни – иллюзорны,Нет радости: «Всё суета сует».

26 августа 1924

Коктебель

Шуточные стихотворения

«Я ехал в Европу, и сердце мое…»

Я ехал в Европу, и сердце моеСмеялось, и билось, и пело.Направо, налево, назад и впередБольшое болото синело.На самой границе стоял часовой —Австриец усатый и бравый.Ус левый указывал путь на восток,На запад указывал правый.Как всё изменилось! Как будто и здесьТянулось всё то же болото,Но раньше на нем ничего не росло,А только щетинилось что-то.А здесь оно сразу оделось травой,Повсюду проходят канавки,Лесок зеленеет, желтеют стога,И кролики скачут по травке.И сразу двенадцать томительных днейИз жизни куда-то пропало:Там было восьмое число сентября —Здесь сразу двадцатое стало.И не было жаль мне потерянных дней,Я только боялся другого:Вернувшись в Россию в положенный срок,Найти на границе их снова.

В вагоне

«Мелкий дождь и туман застилают мой путь…»

Мелкий дождь и туман застилают мой путь.Онемил себе правую руку...«Ах! испанский ямщик, разгони как-нибудьТы мою неотвязную скуку!Был разбойником ты – признавайся-ка, брат,И не чужд был движенья карлизма?..»– «Что вы, барин! Ведь я социал-демократИ горячий поклонник марксизма.Вон у Вас под сиденьем лежит «Капитал».Мы ведь тоже пустились в науку»...– «Ну, довольно, довольно, ямщик, разогналТы мою неотвязную скуку».