Иначе тут же отдаст в газету такую-то — он, якобы, уже договорился с корреспондентом о публикации…

На фуршете журналист разговорился с соседом.

Сосед по прикиду явно был деловой человек.

Но журналист никак не мог понять, каким бизнесом он занимается.

Наконец, любопытство пересилило вежливость.

— Простите, а чем вы себе на безбедную жизнь зарабатываете?

— Я владелец и директор охранного агентства, — сказал сосед.

— Охранное агентство? "Крышуете", значит… Так сказать, легальный бандит…

Сосед ухмыльнулся.

— Ну, можно и так сказать… А вы кто?

И тогда журналист в тон ему ответил:

— А я — корреспондент такой-то газеты… Можно сказать: щелкопер, борзописец, строчкогон, продажный писака…

В редакцию обратилась немолодая женщина.

Принялась жаловаться, что живет в доме еще довоенной постройки и сейчас он рушится.

В стене такие щели, что руку можно просунуть.

Куда только не обращалась — все бестолку.

Журналист мог бы, в принципе, ей рассказать, что после публикации в газете ничего не изменится.

Ну — посетит ее комиссия из мэрии.

Подтвердит: да, дом надо ремонтировать, жильцов отселять… А поскольку средств нет, то на этом всё и закончится.

Вместо этого журналист ляпнул:

— Знаете, что я сделал бы на вашем месте?

— Что?

— Пусть ночью крепкие мужики всунут пару ломов в щели и нажмут как следует. Стенка отвалился. Это ЧП городского масштаба. После этого ваш дом точно начнут ремонтировать, а вас отселят…

Женщина задумалась.

Потом молча встала и ушла.

Журналист хихикал дня три.

А на четвертый услышал, что где-то в городе у дома ночью отвалилась стена.

Тут журналист хихикать перестал и принялся вспоминать, где жила его посетительница.

Как на грех — не записал…

Репортер криминальной хроники узнал, что час назад убили секретаршу одного из заместителей губернатора и прибежал к редактору с вопросом:

— Я в номер успею, если за час-полтора приготовлю материал?

— Успеешь, пиши.

Репортер не вошел, а ворвался в редакционную комнату и позвонил в пресс-службу ГУВД:

— Правда ли, что сегодня была убита секретарша замгубернатора?

Ну, пресс-служба отказалась от каких-либо комментариев.

Репортер связался с районным отделом внутренних дел.

Пока он беседовал с опером, другая корреспондентка за его спиной радостно встрепенулась и по другому телефону позвонила куда-то:

— Коля, привет, это я… Говорят, будто убили секретаршу замгубернатора… Только быстренько, я хочу в номер успеть!..

Репортер психанул.

Надавив на рычаги, прервал соединение между корреспонденткой и неведомым Колей.

Потом объяснил, что это его тема — и она уже заявлена редактору.

И если всякая толстожопая шушера будет путаться под ногами, он ей из этой самой жопы выдерет ноги…

Корреспондентка обиделась и побежала жаловаться редактору.

Репортер получил выговор за неэтичное поведение с коллегами.

В редакцию позвонил заместитель районного прокурора и стал допытываться у автора статьи, откуда он раздобыл фактуру.

— Извините, — сказал корреспондент. — Свои источники не сдаю… Кстати, это и к вам относится.

— То есть?

— Ну, если вы захотите передать мне какие-нибудь материалы, я гарантирую, что никто никогда не узнает, как они ко мне попали.

Зампрокурора хмыкнул и сказал:

— Спасибо, я подумаю…

Редактор приказал корреспонденту:

— Позвони в пресс-службу пожарной части и узнай, что у них нового…

— Лучше пусть кто-нибудь другой позвонит. Мне ничего не дадут.

Редактор подумал немного.

Удивился:

— Да ты вроде ничего плохого о них не писал…

— Не в этом дело. Было как-то одно мероприятие. После него — фуршет. Когда мы уже расходились, я увидел на столе непочатую бутылку коньяка. Ну, огляделся, — рядом крутится руководитель пресс-службы, но в мою сторону не смотрит. В общем, я сунул бутылку в сумку и пошел на выход. И тут же обернулся — от взгляда в затылок. Это он на меня смотрел… С тех пор никакой информации не дает. Разговаривает сквозь зубы. Называет бесцеремонным и нахальным…

— Ясно, — сказал редактор. — Лена, позвони в пожарку и узнай, что у них нового!..

Журналист позвонил в прокуратуру.

— За последние дни что-нибудь интересное у вас было?

— А что именно? — спросил старший следователь прокуратуры.

— Ну — убийства, изнасилования с особой жестокостью, вооруженные ограбления, крупные кражи…

— Слава Богу, ничего такого, что вам надо, не было… тьфу-тьфу-тьфу!.. Одна бытовуха.

Журналист тяжко вздохнул.

— Блин!.. Ну писать прямо не о чем… Может, самому убить кого-нибудь?! Шутка!!!

Из Москвы приехал известный театральный режиссер, уроженец Дона.

Журналист решил сделать с ним интервью.

Созвонился, чтобы договориться о встрече.

— В пять часов вы свободны? — спросил режиссер.

— Да.

— Тогда приходите на второй этаж магазина такого-то. Я вас буду ждать в кафе.

— Хорошо, буду.

Они встретились в условленном месте и беседовали часа два.

Журналист, страшно довольный, вернулся домой и рассказал жене.

Жена за голову схватились.

— Ты что!!! Это ж традиционное место для стрелок городских педерастов!

Журналист помолчал немного, потом сказал:

— Так я теперь что, офоршмаченный?!

Журналистка пришла в областную прокуратуру.

Она хотела приготовить подробности одного уголовного дела.

Во время беседы со следователем она вдруг обмерла, услышав, как за спиной у нее другой следователь сказал коллеге:

— И как мне эту аферистку найти!

При этом следователь упомянул ее фамилию — довольно-таки редкую.

Журналистка оглянулась, а ее интервьюер усмехнулся и сказал:

— А зачем тебе ее искать? Вот она, рядом сидит!..

Следователь вытаращил глаза, встрепенулся и начал шить журналистке создание фирмы-однодневки, руководство которой собрало около десяти миллионов рублей и исчезло в неизвестном направлении.

Сперва журналистка растерялась, а потом вспомнила, что года три назад потеряла свой паспорт, о чем дала объявление в газете.

По всей видимости, на утерянный паспорт мошенники и зарегистрировали фирму…

Она сумела оправдаться, и ее оставили в покое.

Зато коллеги, прознав об этой сцене, подкалывали много месяцев:

— Столько миллионов нагребла…Ну, ты бы хоть немного поделилась, что ли!

Фотограф подошла к корреспонденту.

— Ты сейчас свободен?

— А что?

— В газете должен пойти полосный очерк о том, как одна банда грабила квартиры. Владельцев квартир они убивали… В общем, нужен постановочный снимок.

Корреспонденту согласился.

Ему дали кирпич, завернутый в белую тряпку.

Роль жертвы исполнял начальник отдела реализации. Он взял в руки стул.

— Значит, так, — командовала фотограф. — Ты прикрываешься стулом, а ты одной рукой отводишь стул, а другой, с кирпичом, делаешь движение, как будто бьешь по голове…

После нескольких дублей фотография была сделана.

— Только чтоб моего лица не было видно, — предупредил корреспондент.

— Само собой! — заверила его фотограф.

Когда корреспондент развернул свежий номер газеты, он буквально зашатался.

Было четко видно, что именно он со зверским выражением на лице бьет по голове кирпичом начальника отдела реализации…

Одна желтая газета критиковала, обличала и подначивала всех и вся, невзирая на лица, — от мелких чиновников и заканчивая милицией, ФСБ, областной прокуратурой, главами администраций…