ПИСЬМА 44—43 гг. ПОСЛЕ СМЕРТИ ГАЯ ЮЛИЯ ЦЕЗАРЯ. МУТИНСКАЯ ВОЙНА.

DCCI. Луцию Минуцию Басилу

[Fam., VI, 15]

Рим, 15 марта (?) 44 г.

Цицерон Басилу привет3456.

Поздравляю тебя; радуюсь за себя; люблю тебя; оберегаю твои дела; хочу быть любимым тобой и знать, что ты делаешь и что делается.

DCCII. Марку Юнию Бруту и Гаю Кассию Лонгину от Децима Юния Брута Альбина

[Fam., XI, 1]

Рим, утром 17 марта 44 г. 

Децим Брут3457 своему Бруту и Гаю Кассию привет.

1. Узнайте, в каком мы положении. Вчера вечером был у меня Гирций; разъяснил, каковы намерения Антония, — разумеется, самые дурные и совершенно не заслуживающие доверия. Ведь он, по его словам, и не может передать мне провинцию3458 и не считает, что для кого бы то ни было из нас безопасно быть в Риме: так велико возбуждение солдат и черни. Вы, я думаю, понимаете, что и то и другое ложно, и верно то, что разъяснил Гирций, — он3459 боится, что для него, если мы будем располагать даже небольшой опорой для поддержания своего достоинства, не останется никакой роли в государстве.

2. Будучи в этом затруднительном положении, я решил потребовать свободного посольства3460 для себя и для остальных наших, чтобы получить какой-нибудь почетный предлог для отъезда. Он3461 обещал исходатайствовать это; однако я не уверен, что он исходатайствует: столь велика наглость людей и гонение на нас. А если они и дадут то, чего мы добиваемся, все-таки, полагаю я, очень скоро нас признают врагами или лишат воды и огня3462.

3. «Так каков, — говоришь ты, — твой совет?». Следует покориться судьбе; полагаю, следует уйти из Италии, переселиться на Родос3463 или в какую-нибудь другую страну. Если положение будет лучше, мы возвратимся в Рим; если малоблагоприятным — будем жить в изгнании; если самым дурным — прибегнем к крайним средствам.

4. Быть может, по этому поводу у кого-либо из вас возникнет вопрос, почему нам лучше ждать крайнего срока вместо того, чтобы предпринять что-нибудь теперь. Потому что нам теперь негде удержаться, кроме как у Секста Помпея3464 и Басса Цецилия3465, которые, как мне кажется, с получением этого известия насчет Цезаря3466 станут более крепкими. Мы присоединимся к ним вполне своевременно, как только мы будем знать, сколь они сильны. Я поручусь от имени Кассия и твоего, если вы согласны, чтобы я поручился в чем-либо; ведь Гирций требует, чтобы я сделал это.

5. Прошу вас ответить мне возможно скорее; ведь я не сомневаюсь, что Гирций сообщит мне об этом3467 до четвертого часа3468; ответьте, в каком месте мы можем встретиться, куда мне прибыть.

6. После последней беседы с Гирцием3469 я решил требовать для нас позволения быть в Риме под охраной государства, чего те, я думаю, не допустят; ведь мы вызовем большую ненависть к ним3470. Однако я подумал, что не следует воздерживаться ни от одного требования, какое я признаю справедливым.

DCCIII. От Авла Помпея Вифинского Цицерону, в Италию

[Fam., VI, 16]

Сицилия, март (?) 44 г.

Вифинский3471 Цицерону привет.

Если бы у меня с тобой не было многих и справедливых оснований для личной дружбы, я искал бы начало дружбы в прошлом у наших родителей; это, полагаю я, следует делать тем, кто сам не продолжил никакими услугами дружбы между отцами. Поэтому удовольствуюсь дружбой между нами самими, в залог которой прошу тебя оберегать меня в мое отсутствие, в чем только ни понадобится, если ты считаешь, что ни одна твоя услуга не умрет для меня. Будь здоров.

DCCIV. Титу Помпонию Аттику, в Рим

[Att., XIV, 1]

Усадьба Гая Мация под Римом, 7 апреля 44 г.

1. Я завернул к тому, о ком говорил с тобой утром3472: ничего хуже, положение безвыходное3473. «И действительно, если он3474, при таком уме, не находил выхода, кто теперь найдет?». Что еще нужно? Он говорил, что все погибло (не знаю, так ли это, но он — радуясь), и утверждал, что меньше чем через двадцать дней будет восстание в Галлии; что после мартовских ид он не беседовал ни с кем, кроме Лепида3475; словом, — нынешнее положение не может так прекратиться. О благоразумный Оппий! Он тоскует по нему3 нисколько не меньше, но не говорит ничего, что оскорбило бы кого-нибудь из честных. Но об этом достаточно.

2. Что бы ни было нового (а я жду многого), прошу, не ленись писать, в частности — достаточно ли верно насчет Секста3476, особенно же насчет нашего Брута3477. О нем, по словам того, к кому я завернул, Цезарь обычно говорил: «Очень важно, чего он хочет, но чего бы он ни хотел, хочет он сильно»3478, и что он заметил это, когда тот говорил в Никее в защиту Дейотара3479; как ему показалось, он говорил очень настойчиво и свободно; опять-таки (ведь как только что-нибудь всплывает, я охотно пишу) недавно, когда я был у него3 по просьбе Сестия и ждал сидя, пока меня позовут, он сказал: «Сомневаться ли мне в том, что меня глубоко ненавидят, когда сидит Марк Цицерон и не может поговорить со мной с удобством для себя. А ведь если есть сговорчивый человек, то это он. Однако не сомневаюсь, что он глубоко ненавидит меня». Это и многое в таком роде. Но — к главному: что ни случится, — не только важное, но и малое, — напишешь. Со своей стороны, я ничего не пропущу.

вернуться

3456

Луций Минуций Басил, участник галльской войны, впоследствии примкнул к заговору. О нем упоминается также в письме CCCCX, § 3 (II том). Принято считать, что это письмо написано Цицероном 15 марта в ответ на извещение Басила об убийстве Цезаря и до встречи Цицерона с заговорщиками; иначе он не стал бы осведомляться о ходе событий

вернуться

3457

Децим Юний Брут Альбин (дополнительное прозвание «Альбин» было получено им в связи с усыновлением его Авлом Постумием Альбином, консулом 99 г.) командовал флотом Цезаря в 56 г.; в 52 г. он находился в войсках Цезаря в Галлии; в 49 г. командовал флотом Цезаря и принудил Массилию к сдаче. В 44 г. Цезарь сделал его наместником Цисальпийской Галлии и выдвинул его, вместе с Луцием Мунацием Планком, в консулы на 42 г. Децим Брут оказался одним из заговорщиков; вскоре после убийства Цезаря он выехал в Цисальпийскую Галлию. Письмо написано 17 марта, до заседания сената в храме Земли, на котором была объявлена амнистия убийцам Цезаря. Наличие этого письма среди писем Цицерона объясняется тем, что заговорщики пересылали ему копии писем, которые они считали важными.

вернуться

3458

Цисальпийская Галлия.

вернуться

3459

Марк Антоний.

вернуться

3460

См. т. I, прим. 13 к письму X.

вернуться

3461

Авл Гирций.

вернуться

3462

Объявление вне закона, связанное с утратой гражданских прав и конфискацией имущества.

вернуться

3463

Обычное местопребывание политических изгнанников. Родос был союзным городом (civitas foederata), Митилена — свободным городом (civitas immunis et libera); эти города имели право принимать политических изгнанников.

вернуться

3464

После поражения под Мундой Секст Помпей отступил в Тарраконскую Испанию и находился в области лацетанов, у подножия Пиренеев; против него стояли войска Асиния Поллиона.

вернуться

3465

О Квинте Цецилии Бассе см. прим. 2 к письму DXXXIII.

вернуться

3466

О смерти Цезаря.

вернуться

3467

О свободном посольстве; см. §§ 1—2.

вернуться

3468

Приблизительно до 10 часов утра; см. прим. 4 к письму DCXVIII.

вернуться

3469

Очевидно, приписка.

вернуться

3470

Децим Брут предполагает, что граждане будут недовольны Антонием и цезарианцами, если окажется, что избавители отечества от тирании Цезаря нуждаются в охране.

вернуться

3471

Авл Помпей Вифинский, цезарианец, в 44 г., по-видимому, был пропретором в Сицилии; впоследствии он был казнен Секстом Помпеем за участие в заговоре против него. Это письмо, видимо, написано после того, как Авл Помпей узнал об убийстве Цезаря.

вернуться

3472

К Гаю Мацию. См. письмо DCCLXXXV.

вернуться

3473

Мнение Мация.

вернуться

3474

Цезарь.

вернуться

3475

Маций опасался, что Цицерон заподозрит его в переговорах с цезарианцами.

вернуться

3476

Насчет Секста Помпея, находившегося в Дальней Испании.

вернуться

3477

Насчет Марка Юния Брута.

вернуться

3478

См.: Плутарх, «Брут», 6.

вернуться

3479

О Дейотаре см. прим. 2 к письму DCLXXXI. Остается неясным, о какой Никее идет речь: о Никее в Вифинии или о Никее в Лигурии. Возможно, что оценка, данная Бруту Цезарем, связана с этим выступлением Брута.