Друзья переглянулись, как и все остальные. Арног высказал.

— Хорошо. Если что покатиться две головы — сухо произнес он. — Жевать ваши сопли, тоже больше ни кто не будет. Так что все резко усложняется. И поздравляю тебя Нирн. Сегодня ты усложнил свою жизнь до невозможности. Все свободны. Штрафная сотня на дежурство.

Десятники покинули здание. Нирн благодарил под общее молчание Лилиану и даже обещал завалить ее цветами.

— Ну, вроде все — выдохнул Гирн.

— Я на боковую. Не плохо сыграли — усмехнулся Русич.

— Да хорошие мы артисты. Впишу нас в праздник — рассмеялся Роствуд. И друзья отправились встречать новое утро.

Обычное утро буднего дня. Тренировки, состязание. Арног присоединился к друзьям, оставив всю работу на Пьера и Анкора. И стал особым усердием гонять свою сотню.

Постепенно кузня входила в обычный свой режим. Пришло первое жалование, и друзья посчитали, что смогут рассчитаться с Анкором. На третьи сутки приехал отец Нирна со своей свитой. Не смотря на все его заявление перед стражей врат. Они не распахнулись перед ним. А вот Арног с удовольствием вышел на встречу. Желаю увидеть лично того кто породил парня. Рассматривая пеструю толпу в окружение наемников.

— Рад приветствовать вас. Меня зовут Грегор. — Отец Нирна спешился, поправляя свой плащ и жестом, приказал всем остальным оставаться в седлах. Подойдя к Арногу, протянул ему руку. Не знаю пока кто перед ним, и не делая резких выводов он пожал протянутую руку. — Арног. — Коротко представился.

— Еще рад знакомству Арног. Вы знаете наверно, по какому вопросу я уже появился тут.

— Ваш сын — любопытство немного играла, и русич ждал последующих слов богатея. Сам сотник отличался в обычной одежде от каждого кто приехал с Грегором и от него самого как небо отличается от земли.

— Да. До меня слухи, что его проступки и характер создают проблемы. И хочу сказать откровенно. За исправлением я его и отправил на службу. Пусть хоть там, он наберется ума. — Грегора видимо не смущало, что его не приглашают войти, и проявляют обычной внимательности к его персоне. Довольствовался тем, что разговаривает с сотником своего сына. Арног молчал и он продолжил. — Он мой единственный наследник. И должен будет наследовать все мое имущество и состояние. Но глядя на то в кого он вырастает, я устрашился этого.

— Пройдемся? — Неожиданно предложил русич и богач согласился. Вдвоем они удалились от посторонних ушей. И Грегор мог спокойно продолжить.

— Я слишком мягок с ним был, и мое положение его развратило. Но не думал, что на столько. Даже здесь, он проявляет свои приобретенные язвы. А ведь когда то мечтал служить на благо короне и народу.

— Вы же понимаете — начал Арног открытостью на открытость Грегора. Если это была она, а не дергание за темные нити. — Если враг придет в движение столкновения не избежать. И возможно вас сын будет в первых ярдах. Как и другие сыновья дочери остальных людей.

— Да понимаю. — Он опустил голову продолжая идти рядом с сотником. — И честно у меня была мысль поговорить с вами об этом. Отправить его в резерв или еще, куда-нибудь по завершению обучения. Но думаю это бесполезно, если то, что я слышал про вас правда. — Он поглядел на идущего рядом и без слов понял, что сам ответил на свой вопрос. — Значит деньги для вас не главное.

— Хорошо, что мы разобрались с этим сразу. Мы постараемся слегка поправить вашего сына. Но это должен сделать он сам, а мы лишь будем помогать ему в формирование порядка. И будем надеяться, что он доживёт момента и примет бразды правление уже изменившийся. Иначе. Вы понимаете.

— Увы, да. Понимаю. Но прошу вас как отце. Сделайте все возможное для его жизни.

Арног остановился. И внимательно посмотрел на не молодого француза. — Я повторюсь. Тут сыновья и дочери многих людей. И все они знали, на что идут их дети. Наша задача дать им шансы выжить в схватке смерти. Как бы это страшно не звучало. И если я буду за каждым смотреть во время бою погибнуть все. Я могу лишь заверить что долг, возложенный на нас короной, мы выполним даже через край.

Возможно Грегор и пытался понять слова сотника, но отцовские мягкие чувства к ребенку мешали ему. — У вас есть дети?

— Думаю, вы сами знаете ответ на этот вопрос.

— И правда. Вы достаточно известная личность Арног. И многие о вас знают все. Тогда вы не можете понять, что чувствую я. И о чем я прошу вас.

— Я собираюсь дойти до конца нашего пути. Сделав, так что бы мой ребенок рос в мире без войн. И так же росли дети других людей. И буду делать для этого все не обходимое. И возможно я не понимаю ваших чувств. Но тогда вам лучше забрать его из службы и хранить дома как сокровище в сундуке. Или в последствие гордиться своим сыном.

Грегор грустно улыбнулся. — Приезжая сюда я честно не знал, какую манеру разговора вести. Не знал вас лично. Но теперь думаю что откровенность лучший вариант. Вы услышали меня, я услышал вас. Благодарю вас за то, что выбиваете дурь, из моего сына. И буду надеяться, что увижу своего сына живым, вернувшимся с войны.

— Смотрите дальше. — Улыбнулся Арног ненадолго. — Что возможно и внуков нянчить будите. Но не забывайтесь.

— Реальность. Что же я теперь понимаю, как вы смотрите на этот мир и что приходиться переживать вам внутри. Обещаю помочь, чем смогу. Не зависимо от того что потребуется. Уж постарайтесь.

— Это мы умеем. Стараться изо всех сил.

На этих словах они расстались, и каждый отправился заниматься своим делом.

Нирн в свою очередь. После новости, что из-за его поступков приезжал отец, стал на путь исправления. А долго ли он пройдет по нему покажет время.

После нескольких дней входивших в однообразие сотники решили воплотить одну из своих идей в жизнь. Отправили приглашение на большую рыбалку. Под достойной защитой. И на следующий день пришли обозы готовые к отправке к границам за рыбой. Люди почитали, что это какой-то праздник и выезжали целыми семьями. Что усложняло задачу сотникам по обеспечению безопасности.

Эзара и Гирн возглавили не большие конные разъезды. Патрулировал левый берег реки. Давая уверенность огромному количеству Рыбаков. Две сотни перешли на вражеский берег и возвращались, отрабатывая наступление и отступление строем. Возглавляемые Арногом и Скором. Роствуд же давал своим парням во всю отдохнуть. Многое даже присоединились к ловле рыбы. Затем англичанин сменил Скор с его ребятами. И так далее. Давая возможность всем новобранцам ощутить, какого это держать в руках рыбу пойманную самим.

Псы, конечно, заинтересовались такими маневрами французов у реки. Но для них стало неожиданностью появление легких всадников с луками да еще стреляющих на невозможное расстояние.

Не большое столкновение разведчиком стало шоком для псов. Всадники Эзара налетели как ураган и так же быстро отступили. Потеряв несколько бойцов мракца бросились в погоню, но в спину им ударил Гирн и дело было завершено развернувшимися со своими ребятами Эзарой.

Так произошло первое боевое крещение и очень удачно. Ни одной потери а многие теперь могут красоваться шрамами перед девками после того как сестры Катрины поставят их на ноги. Но после этих событий рыбалку пришлось сворачивать.

Первый рыбный день прошелся удачно и обозы груженные рыбой двинулись в обратный путь. Не которые завернули на заставу, пополняя ее запасы провизии. Жан встретил это с радостью и быстро нашел, куда деть привезенную рыбу. И половина ушло на разнообразия рациона.

Следующим исполнил свое обещание Арног, и они с конюхом и его помощниками отправились на поиски новых жеребцов. Давно русич не видел такой не поддельной радости. Блуаг смог укоротить свою первую лошадь. Назад они возвращались с пополнением. А уж как дрессировать животное он знал. Теперь все его люди будут задействованы в работе. Зато теперь они будут выбирать имена своим жеребцам и во всеуслышание кричать, что это лошадь их.

Затем пришло время отпускать рекрутов домой повидаться с родными. Девушками и парнями, которые их ждали. Как бы это странно не звучало. Родители приезжали на заставу повидать своих сыновей и дочерей. И сотникам приходилось знакомиться с теми, кто гордился выбором своих детей. И конечно отдельные разговоры о здоровье их детей. А это можно было назвать головной болью.