Профессор оторопел, округлил глаза и схватился за сердце.

— С Вами все в порядке? — заботливо поинтересовалась Белла, приготовив палочку на случай, если его угораздит потерять сознание.

— Да-да, — пробормотал он, меняясь в лице. — А кто?

— Маландра Аллен и Роберт Нерд.

Оставив в покое сердце, профессор схватился рукой за лицо.

— Мерлинова борода… — протянул Кеттлберн. — Бедная девочка…

Белла траурно вздохнула, все глубже входя в образ.

— Нужно оповестить всех преподавателей и старост, но так, чтобы никто посторонний ничего не узнал, а затем проследить, чтобы все шли прямо в замок, — продолжила она и вопрошающе поглядела на преподавателя.

— Да-да, — спохватился он и, отбросив субординацию, вдруг заговорил с ней точно с давним другом. — Белла, давай поступим так. Я соберу всех, кого надо, и извещу о случившемся, а ты скажешь ученикам спокойно и организованно идти в замок. Справишься?

— Разумеется, — она бодро кивнула и, развернувшись к толпе, громко объявила:

— Внимание! Все проходите в замок! Не торопимся и не толпимся!

— Что случилось? Что там такое? — слышались отовсюду недовольные выкрики.

— Вам все сообщат позже! — надменно продолжала она. — А сейчас, будьте добры, отправляйтесь, куда сказано! С каждого, кто станет толкаться, буду снимать по двадцать очков! А с того, кто нарушит коридор — пятьдесят!

— Как же меня достала эта бешеная стерва! — недовольно буркнул кто-то в толпе. — Ей впору быть надзирательницей в тюрьме.

— А еще лучше, заключенной! — с энтузиазмом подхватил другой.

— Что вы! Ей нельзя в Азкабан. Оттуда все дементоры тогда разбегутся! — сострил кто-то в ответ.

Ни одного из "смертников" Белле увидеть не удалось, что хорошо, потому что, в противном случае, двумя убийствами она бы в тот день не ограничилась.

Тайну, конечно же, сохранить не удалось. Каким-то мистическим образом по истечении часа в школе не осталось ни одного человека, который хотя бы краем уха не слышал бы о том, что погибли студенты. Правда, насчет количества, причин смерти и имен жертв возникли самые разные версии от банальных до причудливых. Кто-то говорил, что между командами Слизерина и Гриффиндора после матча произошла ссора, и они решили выяснить отношения посредством драки, в результате чего кого-то зашибли насмерть. Другие считали, что в Хогвартс каким-то образом проник серийный маньяк, о котором недавно писали устрашающие статьи в какой-то желтой газетенке. Тут он кого-то убил, затем выпил оборотное зелье с его волосом и теперь свободно разгуливает по замку в чужом обличии, присматривая себе новую жертву.

Были также и совсем несусветные версии. Например, о том, что в Запретном лесу водятся тролли-людоеды, и именно сегодня они решили выйти из своего убежища с целью полакомиться человечинкой. Но сильнее всего был раздут утренний слух о драконьей оспе Малфоя. Якобы, тот уже скончался, предварительно успев заразить еще нескольких учеников, трупы которых, собственно, и лежат на лужайке возле поля для квиддича. Само собой, в связи с этой новостью к кабинету мадам Помфри выстроилась длинная очередь из тех, кто, обнаружив на теле какой-нибудь прыщ или укус насекомого, сразу же счел себя смертельно больным.

У медсестры на попечении уже были Малфой, Лагевка и староста школы из Гриффиндора Каролина Кенди. Последняя была близкой подругой Маландры и, узнав о ее гибели, загремела в больничное крыло с нервным срывом. Естественно, при таком раскладе мадам Помфри не могла принять толпу, состоящую из нескольких десятков параноиков.

Не только лазарет, но и вся школа погрузилась в подобие хаоса, а старост, за минусом Нерда, Малфоя и Кенди, катастрофически не хватало. А, учитывая тот факт, что Крауч так и не пришел в себя и молча таскался вслед за Беллой, прикидываясь тенью отца Гамлета, дело было совсем худо.

Макгонагалл, внезапно разглядев в Белле способность решительно действовать в нештатной ситуации, негласно возложила на нее руководство обезглавленным старостатом. Постоянно подзывая ее к себе, профессор загружала девушку все новыми и новыми указаниями относительно того, как разруливать сложившееся положение. В тот день Белла наработалась так, точно это было расплатой за два года наплевательского отношения к своим обязанностям. К вечеру она уже и сама верила в то, что никого не убивала, и ее единственной целью является сделать все возможное для того, чтобы ученики не мешали ходу расследования.

Поручив остальным старостам следить за порядком на первом этаже и, по возможности, отправлять учеников в факультетские гостиные, сама она отправилась в больничное крыло разбираться с псевдобольными. Крауч, которого Белла старательно пыталась отшить, видя в нем бесполезный балласт, упрямо поплелся следом.

— Да нет у вас никакой оспы! — надрывалась она, стоя спиной к двери кабинета мадам Помфри и обращаясь к лестнице, каждую ступеньку которой занимал ожидающий своей очереди пациент. — Малфой жив и относительно здоров! Завтра он, как и все, поедет домой!

— А где он тогда? Где? — требовали собравшиеся.

— Да там он! Напился лекарств и спит! — она раздраженно махнула рукой в сторону больничных покоев. — Не стану же я его будить из-за вас! Если есть желающие передать ему апельсины — милости прошу, а остальные сейчас же расходитесь!

Ее пламенная речь никого не убедила. Толпа продолжала нервничать и напирать.

Белла вдруг явственно представила себе, как выстреливает оглушающим заклятием в ученика, стоящего на верхней ступеньке, и он кубарем скатывается с лестницы, сшибая по пути всех остальных, точно костяшки домино. Подавляя в себе это соблазнительное желание, она лихорадочно искала менее деструктивный выход из ситуации. И вдруг где-то в самом низу мелькнула копна восхитительных каштановых кудрей, коей могла похвастаться только одна девушка в школе: небезызвестная пуффендуйка Кристина Феллини. И в тот момент Белла несказанно обрадовалась тому, что первая сплетница Хогвартса тоже затесалась в число оспенных симулянтов.

— Эй, Феллини! — крикнула она и стала быстро спускаться, расталкивая страждущих.

— Иди сюда, — властно распорядилась Белла, хватая ее за плечо и уводя в сторону.

— Слушай меня внимательно, Феллини, — сурово начала она. — Я знаю, что это твоими стараниями вся школа узнала о моих взаимоотношениях с Рудольфусом Лестрейнджем…

— Что?! — ахнула та с гениальным правдоподобием. — Я тут ни при чем! Клянусь, я узнала об этом практически последней!

— Но я тебя прощаю, — великодушно заявила Белла, проигнорировав оправдания, — при условии, что ты мне кое в чем поможешь.

Феллини вся превратилась в слух.

— Сегодня неподалеку от поля для квиддича были убиты два человека: Маландра Аллен и Роберт Нерд.

В глубоких карих глазах итальянки отобразилось потрясение, достойное признанной драматической актрисы.

Но Белла лишь нахмурилась и продолжала.

— Аллен зарезана, а Нерд убит непростительным заклятием.

Феллини в ужасе приложила кончики пальцев к губам.

— Кто их убил, пока неясно. Мракоборцы расследуют. Дело очень любопытное. Над телами в небе висит рисунок в виде черепа со змеей. Все его видели, я думаю…

Кристина с ужасом смотрела на Беллатрису, что, тем не менее, не мешало ей жадно поглощать информацию.

— Невероятно… — промолвила она чуть ли не с восхищением.

— Старостам было велено сохранить это в тайне, но Каролина Кенди уже всем растрепала… только вы стоите тут и ничего не знаете!

— Значит, оспа тут ни при чем! — осенило Кристину.

Она бросила взгляд на свое отражение в ночном окне, видимо, желая еще раз оценить прыщ у себя на лбу на предмет принадлежности к страшному заболеванию. Заметно успокоившись, Феллини отработанным жестом поправила и без того идеально лежащие волосы, затем снова устремила взгляд на Беллу.

— Абсолютно, ни при чем! — подтвердила та. — Тайна уже раскрыта, но как староста я все равно не имела права тебе этого говорить. Ты же понимаешь, о чем я? — Белла буквально вонзилась в собеседницу взглядом.