Белла тоже тяжело дышала, глядя на Алису, но не от страха, а от бессильной злости.

— Где Темный Лорд? — негромко, с придыханием поинтересовалась она.

Миссис Долгопупс никак не ожидала такого вопроса, и ее глаза удивленно округлились.

— Кто где? — ошарашено переспросила она.

— Ты меня слышала, чертова дрянь! — заорала Беллатриса голосом, способным сбить с ног.

От неожиданности Алиса пошатнулась.

— Мы понятия не имеем, где он, — сквозь зубы процедил Фрэнк. — Почему вы спрашиваете об этом у нас?

— Мы знаем, что он отправился сюда, — холодно пояснил Рудольфус. — И вам придется рассказать нам, что произошло.

— Мы не имеем к этому никакого отношения! — вдруг дерзко отозвалась Алиса. — Его никогда тут не было! Ищите своего хозяина в другом месте!

— Не было, значит?! — взвизгнула Беллатриса, которую уже просто трясло от бешенства. — Круцио!

Душераздирающий крик женщины пронзил комнату, и она с грохотом упала на пол.

Фрэнк издал сдавленный стон и так впился в подлокотники своего кресла, что, казалось, они вот-вот превратятся в труху.

Белла перешагнула через извивающееся на полу тело и подошла к нему.

— Ты можешь это остановить! — заорала она, с трудом перекрикивая свою жертву. — Только скажи, где ОН!

Фрэнк в оцепенении смотрел на жену и не произносил ни слова, точно был нем.

— Что ж, мы не торопимся.

С этими словами Белла демонстративно подбоченилась свободной рукой и оценивающе поглядела на Алису, которая своими невероятными телодвижениями напоминала одержимую. Никто не засекал, сколько времени прошло с тех пор, как Пожирательница произнесла заклинание, но этот период уже явно превышал все ее предыдущие опыты.

— А может, хватит пока? — робко попросил Крауч.

Но Беллатриса его не расслышала, она с наслаждением наблюдала за тем, как охрипшая от крика жертва, силясь прекратить нечеловеческие муки, подползла к решетке погасшего камина и принялась биться об нее головой, обагряя пушистый бежевый коврик маленькими каплями крови.

Муж несчастной вдруг резко закатил глаза и обмяк в кресле, потеряв сознание. Только заметив это, Белла опустила палочку, и крик тут же стих.

— Очнись, урод! — рявкнула она, со всей силы пнув Фрэнка в голень.

Тот моментально встрепенулся.

— Обморок тебе не поможет! — злобно прорычала она. — Ты увидишь все, что я буду с ней делать!

Фрэнк, казалось, ничего не услышал. Он смотрел вниз совершенно обезумевшим взглядом.

Его жена лежала на ковре без чувств. Ее длинные волосы были абсолютно седыми, что особенно ужасало в сравнении с тем фактом, что еще несколько минут назад она была брюнеткой. Лоб был рассечен, а лицо и ночная рубашка запачканы кровью.

Рабастану, по всей видимости, тоже было нехорошо. Крауч смотрел на Алису с каким-то странным удивлением, а Рудольфус был мрачнее тучи.

— Беллс, они, похоже, и правда ничего не знают, — устало проговорил он.

— А мне плевать! — злобно огрызнулась та, игнорируя ощущение физического и магического истощения, вызванное столь длительным применением заклинания.

Чувствуя, что ей тяжело оставаться на ногах, Белла двинулась к креслу напротив Фрэнка, по дороге наступив на Алису, и, судя по раздавшемуся хрусту, сломав ей ребра, затем села и, направив на пребывающего в трансе Долгопупса волшебную палочку, безжалостно произнесла:

— Круцио!

Он кричал совсем не так, как его жена. Фрэнк скорее напоминал раненного зверя, издавая что-то среднее между скулением и рыком. В итоге, он так раскачал свое кресло, что оно свалилось на бок.

Никто уже не просил Беллатрису прекратить. Остальные трое просто стояли и покорно ожидали, пока все кончится.

«Неужели человек не может умереть от этого заклятия? Должен же где-то быть предел!» — маниакально думала она.

Этот вопрос интересовал ее еще со школы, и вот теперь выпала такая прекрасная возможность проверить.

Белла остановилась только тогда, когда поняла, что ее собственные силы иссякли. С трудом поднявшись, она подошла к друзьям, которые пребывали в странном подавленном состоянии.

Тем временем, Алиса по-прежнему была неподвижна, а Фрэнк лежал на боку, все еще примотанный веревками к креслу, и издавал странные мелодичные стоны, точно пытался напеть какую-то мелодию.

— Пойдемте отсюда, — тихо проговорила Белла.

— А где Рабастан? — вдруг спохватился Рудольфус.

Белла и Барти удивленно огляделись, только сейчас заметив, что четвертого члена их команды нет в комнате.

— Ну почему он вечно куда-то девается?! — гневно пробормотал Рудольфус.

Но Рабастан уже в следующую секунду появился в дверном проеме с выражением ужаса на лице.

— Что? — перепугано спросил Рудольфус.

— Ребенок пропал!

— Какой еще ребенок? — раздраженно буркнула Белла.

— Ну Долгопупс-младший.

— Как пропал? — ахнул Рудольфус.

— Он не мог никуда уйти. Это ведь младенец! — возмущенно воскликнула Белла.

— Но его нет в кроватке и вообще нигде в доме, — возразил Рабастан.

— А, может, он трансгрессировал? — предположил Крауч.

Остальные трое посмотрели на него, как на помешанного.

— Ну а что… — стал тот оправдываться. — В экстренных случаях возможны спонтанные магические проявления…

— Нет, — перебил его Рудольфус. — Очевидно, кто-то побывал здесь и забрал его. Долгопупсы так орали, что мы ничего не заметили.

— Что?! — в ужасе переспросил Крауч. — Думаешь, нас кто-то видел?

— Я тебе больше скажу! Этот кто-то может в любую минуту вернуться с подкреплением. А учитывая, что Долгопупсы члены Ордена Феникса, очень может быть, что это будет Дамбл…

Собеседники трансгрессировали прежде, чем Рудольфус успел произнести имя целиком.

***

— Белла! Вставай! Скорее!

— Что? Что? Он вернулся?! — едва раскрыв глаза, воскликнула она, чувствуя, что сердце быстро и неритмично колотится.

— Нет, — убийственным тоном отозвался Рудольфус. — Мы с тобой были последними, кто видел его вчера. Пожиратели в панике.

— А ты пробовал его вызвать?

— Пробовал. Все пробовали. Без толку.

Белла закатала рукав ночной рубашки, чтобы попытаться самой.

— Что это? — потрясенно ахнула она, заметив, что рисунок как будто бы утратил четкость.

— Вот-вот… — вздохнул Рудольфус, — у всех то же самое. Боюсь, что это может означать самое худшее…

— Нет! — яростно воскликнула Белла. — Он не мог умереть! Помнишь, я рассказывала тебе о крестражах?

Рудольфус ничего не ответил.

— Не мог! — повторила она. — Метка побледнела, ну и что? Не исчезла ведь! Сдаваться еще рано!

— Да, ты права, пожалуй, — кивнул он, продолжая сосредоточенно думать о чем-то своем. — Скорее одевайся и спускайся вниз. Необходимо собрать всех и решить, что нам делать дальше.

Через несколько минут Белла обнаружила в доме, помимо членов семьи, еще Долохова, Яксли, Джагсона, Эйвери, а также Малфоя и Крауча. Последний так и остался вчера ночевать.

Вид у всех был нервный и растерянный.

— Ты как? — участливо поинтересовался Барти.

Белла замотала головой, даже толком не понимая, что хочет этим выразить.

— Хочешь кофе? — предложил он.

— Хочу, — обрадовано согласилась Белла, больше всего на свете желая укрыться где-нибудь от этой гнетущей обстановки. — Только пойдем отсюда.

— Куда? — удивился Крауч.

— Не знаю… куда угодно. В Косой переулок!

— Ты с ума, что ли, сошла?! Нас же могут там схватить!

— Не схватят! — с уверенностью возразила Белла. — Просто не будем привлекать к себе внимание. Барти, я тебя умоляю! — простонала она. — Если я еще хоть пять минут побуду здесь, то точно сойду с ума!

— Ладно, — нехотя согласился он. — Если отлучимся на полчаса, ничего страшного не произойдет.

Косой переулок крайне непривычно выглядел в столь ранний час. Мощеная булыжником улица была пуста и в мягких лучах утреннего солнца напоминала какой-нибудь милый городок на юге Италии.