— Если один не справишься, возьми в помощь Беллу. Такие дела не по ее части, но у вас на удивление хорошо получается работать вместе.

Пожиратель согласно кивнул и отправился выполнять приказ.

Долгопупсов ему удалось найти практически сразу, а вот с Поттерами появилась непредвиденная проблема. Они точно сквозь землю провалились. Складывалось ощущение, что никто в мире не знал, куда они делись. Но Рудольфус в мистику не верил, потому высказал догадку, что, возможно, тут имеет место какой-то магический обряд.

«Раз возникают такие сложности, то, вероятно, Гарри Поттер и есть тот, о ком говорилось в пророчестве», — предположил Волан-де-Морт в ответ на его доклад.

Рудольфус стал копать дальше, и вскоре его догадка подтвердилась. Оказалось, что Поттеры, дабы обезопасить себя и сокрыть свое местонахождение, прибегли к заклятию Доверия. Осталось только выяснить, кто является хранителем тайны. Впрочем, Рудольфус сразу же подумал о Сириусе Блэке, поскольку тот был ближайшим другом Джеймса еще со школы.

— И снова Блэки… — задумчиво протянул Волан-де-Морт, выслушав доклад. — Что-то многовато у меня хлопот с твоими родственниками, Белла.

— Мой Лорд, позвольте мне заняться им, и я клянусь, он все вам расскажет! — взмолилась Беллатриса, присутствовавшая при разговоре.

Она была вне себя от бешенства. Андромеда, Сириус, Регулус… уж слишком много гнилых ветвей появилось на ее семейном древе. Хотя бы с одним из предателей следовало поквитаться, чтобы восстановить поруганную честь рода.

— Позволяю, — великодушно согласился Волан-де-Морт. — Задание твое. И я надеюсь, на сей раз, ты меня не разочаруешь. Полагаю, тебе не надо объяснять, насколько это важно для меня?

— Я достану Поттеров из-под земли, чего бы мне это не стоило! — торжественно пообещала она.

— Только не переусердствуй, — предостерег Волан-де-Морт. — Мне нужна информация, а не труп Блэка.

***

— По-моему, тебе стоит зайти с другой стороны, — заметил Рудольфус, когда они обсуждали план дальнейших действий. — Что с того, что ты захватишь Сириуса? Он ведь ничего не скажет. А особенность заклятия в том, что тайну нельзя выдать под пытками.

— Что же делать? — в отчаянии проговорила Беллатриса. — Можно было бы похитить кого-то из его семьи, но, ЧЕРТ ВОЗЬМИ, это ведь и моя семья тоже! Тем более, сильно сомневаюсь, что Сириус пошевелит пальцем ради родителей. Жены и детей у него тоже нет. Может, любимая девушка?

— Насколько мне удалось его узнать, он не из тех, кто сильно привязывается к девушкам, — заметил Рудольфус, усмехнувшись.

— Так что же делать? Все-таки попробовать пытки?

— Давай подумаем еще! — не желал Рудольфус сдаваться. — Должен быть какой-то способ его перехитрить.

— О-ох… хитрость не по моей части! — Белла измождено откинулась на спинку кресла. — А немагические пытки считаются пытками? Что если содрать с него кожу?

— Фу, какая мерзость! — Рудольфус не удержался от брезгливой гримасы. — Кожу содрать! Скажешь тоже! Пытки, они и есть пытки. Неважно, Круциатус это или что-то еще.

У Беллы на лице отобразилось разочарование. Мысль о возможности направить на Сириуса волшебную палочку и произнести заветное слово не давала ей покоя.

— Нам надо наложить заклятие «Империус» на кого-то из его друзей! Или прикинуться кем-то из них при помощи оборотного зелья, — осенило Рудольфуса.

— И что нам это даст? — скептически поинтересовалась Белла, не разделяя его энтузиазма. — Уже не говоря о том, что это не так-то просто.

— Мы заставим Сириуса выдать тайну под каким-нибудь благовидным предлогом.

— Не верится, что я это говорю, — поморщилась она. — Но сдается мне, что не такой Сириус дурак, чтобы вот так вот запросто выдать тайну. Пусть даже и другу.

— А, по-моему, ты недооцениваешь человеческие чувства. Главное, суметь правильно на них сыграть.

— Хорошо, допустим, — почти согласилась Белла. — Но кого мы можем использовать? Ведь его лучший друг — Поттер.

— Мародеров было четверо, если ты помнишь, — возразил Рудольфус,— и они до сих пор близки. Мы могли бы захватить Люпина или Петтигрю.

— Какого еще Грю? — переспросила она, поскольку последняя фамилия была на слуху, но ни с кем конкретным не ассоциировалась.

— Ну Хвоста!

— А-а… так бы сразу и сказал. Вообще, этот Хвост всегда смахивал на слабоумного. С ним не будет особых проблем…

— Ну а я о чем! — самодовольно подытожил Рудольфус.

— Только, если твой план не сработает, я все же попробую пытки, — пообещала Беллатриса с легкой надеждой в голосе.

Супруги решили действовать вдвоем, рассудив, что для похищения Хвоста совершенно не нужен целый отряд.

Дом Петтигрю даже не был защищен серьезными заклинаниями. Пожиратели беспрепятственно проникли внутрь и, связав его мать, стали ожидать, пока сам он вернется домой.

Противник оказался совершенно неискусен в боевой магии, поэтому его сразу же удалось оглушить. Лестрейнджи доставили похищенного прямиком в штаб, не сильно беспокоясь о конспирации, заранее решив, что если заложник окажется бесполезен, они просто-напросто его убьют, и дело с концом.

— Заодно можно будет выведать какие-нибудь секреты Ордена, — потирала руки Беллатриса.

— Не раскатывай губу, — посоветовал Рудольфус. — Вряд ли этот убогий пользуется большим доверием.

Гостя привели в чувство весьма неделикатным способом, щедро облив из волшебной палочки струей холодной воды.

Увидев лица своих похитителей, он, судя по взгляду, пришел в неописуемый ужас, решив, что это его конец.

— Я ничего не знаю! Ничего не знаю! Ничего не знаю! Ничего не знаю! — вдруг ни с того, ни с сего истерично залопотал он, переходя с визга на шепот и обратно.

— Так мы, вроде, еще ничего и не спросили, — заметила Белла, дивясь такому странному поведению пленника.

— Раз говорит, что ничего не знает, значит, точно что-то знает, — тут же заключил Рудольфус.

— Сейчас выясним, — пожала плечами Беллатриса и навела на Петтигрю волшебную палочку — Круц…

— Годрикова впадина, Первая магическая улица, дом восемь! — вдруг заорал Хвост, как больной. — Годрикова впадина, дом восемь!

— Что? — ошарашено переспросила Белла.

— Годрикова впадина, Первая магическая улица, дом восемь, — повторил Рудольфус.

— Да я поняла! Что это еще такое?! — разозлилась Беллатриса.

— Похоже на бред…

— Эй, ты! Что ты несешь?! — крикнула Белла, с силой пнув заложника сапогом.

Тот взвизгнул и снова стал повторять, как заколдованный:

— Дом восемь… Первая магическая улица… Годрикова впадина… дом восемь…

Складывалось впечатление, что каждое слово этого зловещего адреса причиняет ему физическую боль.

— Да мы не глухие! — раздраженно закричала Белла. — Что это все значит?!

Губы Петтигрю задрожали.

— Мне кажется, ты меня плохо понял! — злобно проговорила она, вновь поднимая палочку.

— Нет! Нет! — в ужасе завопил он, и его связанное тело, сжалось. — Я все скажу!

— Так говори уже! — рявкнул Рудольфус, который тоже был не прочь взяться за оружие.

— Вы же хотите знать, где Поттеры? — слабым голосом поинтересовался Петтигрю.

Поразившись такой прозорливости своей жертвы, супруги переглянулись.

— Продолжай… — разрешил Рудольфус.

— Это их адрес.

— Тьфу! Не морочь нам голову! — фыркнул Пожиратель. — Мы знаем, что хранитель тайны Блэк!

Петтигрю и прежде был бледен, а теперь его лицо и вовсе приобрело болезненный сероватый оттенок.

— Ты смеешь водить нас за нос?! — возмутилась Беллатриса, замахиваясь. — Ну, погоди!

— Не-ет!!! — заорал пленник во весь свой голос. — Я хранитель! Я!!! Клянусь! Можете проверить! Проклятье… я знал… я не хотел… — его лицо выражало неописуемое отчаяние.

— Да не может этого быть! — воскликнула Белла, нисколько не сомневаясь. — Ты просто в курсе, что мы охотимся за Поттерами и решил спастись своей глупой ложью.

— Все так думают! — задыхался Хвост. — Но, на самом деле, хранителем назначили меня! Сириус сказал, что так безопаснее, потому что все подумают на него!