Димон не забыл, как Девятов его похвалил, когда он сказал про сезонность работ. Евгений Иванович засомневался, а Девятов сразу сказал, что не страшно, и, наоборот, поддержал. Решительный он мужик, ну а если не поддержит, тогда уже к Кудрявцеву, дело то верное. Вот и диктор по радио говорит о кризисе, ясно, что продукты будут дорожать. К весне обязательно подорожают.

Войдя в кабинет, он первым делом нажал кнопку секретаря.

– Мария Станиславовна, скажите, Девятов уже пришел? Попросите его ко мне зайти, если он не очень занят. И принесите мне, пожалуйста, бутербродик какой-нибудь и стакан чая.

Конечно, Дмитрий Иванович, я доложу ему, а вам уже звонили: Демидова Евгения, журналистка и Алексей, фамилию не назвал, программист, сказал, что ваш знакомый. Оба сказали, что перезвонят.

Димон решил позвонить им сам, вспомнил, что не разговаривал с Женькой уже три дня. Она, наверное, без денег сидит, интересно, мать вернулась с дачи? Как она там, вообще? Он не хотел пользоваться телефоном Берлоги и вызвал Женькин номер через коммуникатор. Другой рукой взял со стола пульт телевизора и нажал на кнопку бизнес канала. Шли новости: диктор рассказывал о кризисе, о росте цен на продовольствие во всем мире. Внизу бегущей строкой шли биржевые сводки.

Женькин мобильный не отвечал.

– Заблокирован, – подумал Димон, – деньги кончились. Он набрал ее домашний.

– Наконец-то! – ответила Женя. – Ну, где ж ты был, мальчик мой странный? Я тебе обзвонилась. У тебя что, секретарша теперь есть? Я ничего не понимаю, откуда все это взялось?

– Да, Жень, я тебе при встрече все расскажу. Ты мне скажи, ты-то как?

Женя молчала.

– Жень, алло, ты куда пропала?

– Да никак! – ответила Женя. – Сижу вся в долгах. Обещали в одном месте работу, но молчат что-то. Ты курьером работал, как думаешь, стоит пойти? Курьеры пока еще всем требуются, хоть завтра приступай.

– Смотря где и за сколько. Ты погоди пока, давай до вечера подождем. Много долгов то?

– Уже одиннадцать тысяч. Сегодня к матери хочу поехать, может, она не все еще потратила.

Дверь кабинета открылась, и вошел Петр Петрович. Он поднял приветственно руку и сел в кожаное глубокое кресло в дальнем углу.

– Жень, извини, я больше не могу разговаривать, про деньги не думай, давай до вечера, я тебе в шесть позвоню. Дело важное.

– Что, на сто миллионов? – обиженно поддела его Женя.

– Нет, – серьезно ответил Димон, – не на сто. Пока только на двадцать пять. А там – кто его знает!

Он дал отбой, положил коммуникатор на стол, подошел к Девятову и сел в кресло рядом. Они поздоровались, и Димон снова с уважением ощутил его медвежью хватку.

Машенька принесла чай и тарелку с бутербродами. Салями, паштет, палтус, красная икра. Бутерброды были затейливо украшены веточками сельдерея, фигурно вырезанными дольками лимона. Чай был подан в простых белых чашках, заварка в маленьком чайнике, кипяток в чайнике побольше, но тоже белом, совсем без рисунков. На подносе были также сахарница, салфетки и тонко нарезанный лимон на блюдечке.

– Дмитрий Иванович, я хочу поговорить с вами о вашей безопасности, – неожиданно начал Петр Петрович. – Постоянной охране пока сопровождать вас, наверное, нет необходимости, но ПЛОТ всем учащимся положено выдать.

Димону показалось, что он ослышался. Он только собрался откусить от бутерброда кусочек, но интерес возобладал над аппетитом. Петр Петрович, видя его раскрытый рот и недоуменно поднятые брови, уточнил:

– ПЛОТ это Переносной Личный Оповещатель Тревоги. Вот возьмите и всегда носите с собой.

Он вынул из внутреннего кармана пиджака красивый золотистый прибор, напоминающий калькулятор. Димон отложил бутерброд, вытер руки салфеткой и осторожно взял прибор в руки. Он действительно выглядел как калькулятор, только был непривычно тяжел для калькулятора.

– Он что, из золота? – с уважением спросил Димон, – и как он оповещает? А у вас он есть?

– Мне не положено. – Петр Петрович нехорошо усмехнулся и добавил, – да и научили, слава богу, без оповещателей людей калечить.

Но ближе к делу. Корпус изготовлен из спецсплава, имеет второй класс защиты, выдерживает падение на бетон с пятого этажа и прямое попадание пистолетной пули.

Пока Петр Петрович говорил, Димон без спросу нажал кнопку ВКЛ. и с интересом следил, как на дисплее появились нули, как они помигали, и как в правой части дисплея остался один знак – ноль.

– Это он связался со спутником, определился на местности и дал знать, что готов к работе, – прокомментировал Петрович.

– Клевый девайс! – восхищенно сказал Димон, – все, значит, прошито уже? И дрова не нужны?

– Дмитрий Иванович, – корректно ответил Петрович, – я изо всех ваших слов понял только одно слово – «клевый». При чем тут дрова? Какие дрова?

– Ну, в смысле драйвера.

– Не нужны никакие драйвера, – сурово ответил Петрович. Еще вопросы есть по прибору?

– Есть, – восхищенно взглянул на него Димон. – А дальше что? Как оповещать то? И кого?

– Сигнал тревоги с ПЛОТа поступает оперативному дежурному мгновенно, и он в течение тридцати секунд дает команду группе немедленного реагирования. На территории Москвы группа прибывает к вам в течение десяти минут. Если объект находится в Московской области, расчетное время прибытия увеличивается до двадцати минут. Ваш номер 44. По прибытии группа спросит пароль. Пароль – Берлога. Не забудьте!

– Да не забуду! А как оповещать?

– В целях маскировки ПЛОТ может работать в режиме обычного калькулятора, вот попробуйте что-нибудь сложить или поделить.

Димон сделал на калькуляторе несколько действий и убедился, что все работает как в обычном калькуляторе. Кнопки, дисплей – все было обычное.

– Для того, чтобы послать сигнал тревоги, – продолжал Петр Петрович лекторским тоном, – необходимо набрать уникальную комбинацию, которая задается изначально. Можете назвать какую-нибудь комбинацию, которую не забудете ни при каких обстоятельствах? И при этом, такую, чтобы не набрать случайно, во избежание ложной тревоги.

– Если бы буквами, – ответил быстро Димон, – то обычно я, когда логинюсь где-то, я ставлю девичью фамилию мамы. А вот с цифрами так сразу и не придумаю. А у кого в Берлоге еще такие есть ПЛОТы? У Сергея Степановича есть?

– Само собой.

– А у него аккаунт номер один? – тут же спросил Димон.

– Какой аккаунт?

– Ну, я хотел сказать номер.

– Нет, номер 1 не у него. Но довольно. Я и так сказал вам лишнее, – строго ответил Девятов, – так какую комбинацию будем фиксировать?

– Ну, – Димон посмотрел в потолок, – давайте шесть нулей.

– Нельзя, – сурово ответил Петр Петрович, – такая уже есть.

– Тогда давайте так сделаем, – сказал Димон, – очень просто будет: и не забуду, и случайно не наберу. – И он продиктовал Девятову код. По лицу Петра Петровича было видно, что идея такого кода ему не понравилась, но он набрал требуемую комбинацию. По дисплею калькулятора бегущей строкой прошла надпись: «Пароль для вызова зарегистрирован».

– Ну, все. Теперь дежурный о вас знает. По пустякам не используйте. За ложный вызов штраф две тысячи долларов. Никому код не сообщайте. Батарейку менять раз в полгода, я сам вам буду напоминать. Подзарядки не требуется.

Димон осторожно взял в обе руки тяжелый прибор, бережно отнес его к себе на стол.

– Что с бизнес планом, Петр Петрович? Мы с Горобцом договорились к понедельнику в основном закончить. А как ваша часть? Где Игорь Владимирович?

– Окончательно готов буду доложить вам также в понедельник, – по-военному ответил Петр Петрович, – а пока могу сказать следующее. Ориентировочно планируем подготовить проекты двух типов: простой и с дополнительными возможностями грозозащиты. Пока проекты будем заказывать на стороне в специализированной проектной организации. Игорь сегодня туда как раз поехал.

– Мне кажется, надо предусмотреть не два, а три проекта: Стандарт, Супер и Элит, – ответил Димон, я вам писал про это вместе с описанием брендов.