Амба третья

И он поднялся по лестнице, которая вела в полутьму, и коридор открылся его взору, и людей не было в нем. Он вошел в комнату, где стояло два стола, и в окне был свет; и за одним из столов сидела женщина с белым лицом и белыми руками. И он наклонил свою голову, и сказал слово, а потом вытащил книгу из сумки, чтобы открыть ее.

- Софрон Иваныч? - сказала женщина, взяв в руку бумажный лист.

- Исаев и ч.

- Да! - воскликнула женщина, привстав. - Вы опаздываете. Но это чепуха. Позвоните в Депутатский.

- Сейчас ровно, Елена Яковлевна, - улыбаясь, ответил Софрон. - Я позвоню. Они выслали нам отчет?

- Они еще не собрали, звонили.

- Они уже должны.

- Да, они должны.

- Я звоню.

- Звоните. Якутия наша рушится.

- Это неправда! - взвизгнул Софрон, вскочив. - Сейчас.

Он набрал телефонный номер и рассеянно посмотрел на какую-то исписанную бумажку у себя на столе. Через некоторое время в трубке ответил самоуверенный голос мужчины.

- Говорите.

- Жукаускас, старший инструктор, - по-деловому сказал Софрон.

- Великолепно! - воскликнул мужчина сквозь телефонные помехи.

- Вы задерживаете нам отчет.

- Мы еще не собрали.

- Надо бы побыстрее, многие уже прислали.

- Мы собираем.

- Собирайте.

- Хорошо.

- До свидания, - твердо произнес Софрон.

- До свидания, - ответил мужчина и повесил трубку. Софрон мечтательно посмотрел в окно и увидел рабочего, который возился около лужи.

- Они еще не собрали, - сказал Софрон.

- Я знаю, - проговорила женщина, посмотрев в телефонную книгу. - Они должны собрать, надо их торопить. Другие уже прислали.

- Да, многие прислали.

- Якутия наша рушится.

- Неправда! - взвизгнул Софрон и вскочил. - Все еще начинается! У нас будет новая прекрасная земля с богатствами и хорошим климатом! Якутия - страна будущего! У нас будут настоящие пальмы, а не это дерьмо! У нас будет золото и автострады!

- Успокойтесь, Софрон Иваныч, - вкрадчиво прошептала женщина.

- Я Исаевич!

- Все пальмы - чушь, и автострады - чепуха; конец Якутии приходит, айя-айя-айя-йя.

- Вы даже не знаете наших планов, - гордо сказал Софрон, стукнув по книге двумя пальцами. - Я не могу вам сказать, я связан тайной и секретом, но если бы вы знали, то радость обуяла бы вашу душу!

- У меня нет души, - мрачно проговорила Елена Яновна. - Все ваши планы - чушь, и все ваши тайны - чепуха. Есть только одна история в мире, и есть только одна Якутия под солнцем. И она рушится. Но вы не знаете этого.

- Рушится не Якутия, а Советская Депия, и это хорошо.

- Ой, не богохульствуйте, как можно говорить эти вещи на работе, в учреждении, в Добровольном физкультурном Обществе!

- Эти вещи сейчас в газете пишут, - засмеялся Жукаускас.

- Газета - чушь! - крикнула Елена Яновна. - Все - в прошлом.

- Будущее зовет!

- Вы ничего не понимаете. Я расскажу вам, Софрон Исаевич, обо всем, если вы будете слушать меня внимательно, как мать, пророка, или друга. Ведь я знаю истину.

- Ну, - сказал Софрон.

- Так вот. Вот так. Вот так. Было шесть мамонтов, и было восемь детей. Мамонты шли по кругу в большой мировой луже, именуемой Шэ. Дети появились от соприкосновения огня и шерсти второго мамонта. И сразу начали петь:

Ыыыыыуки

Аааааааки

Жеребец.

Когда мамонты услышали детей, их уши задвигались, рождая новые земли. Из первого уха первого мамонта произошла Айп-сюрия, из второго уха первого мамонта произошла Весть, из первого уха второго мамонта произошла Чукотия, из второго уха второго мамонта произошла Якутия, из первого уха третьего мамонта произошел Заелдыз, из второго уха третьего мамонта произошла Аша, из первого уха четвертого мамонта произошла Депия, из второго уха четвертого мамонта произошла Область Сераль, из первого уха пятого мамонта произошла Австрия, из второго уха пятого мамонта произошла Пипия, из первого уха шестого мамонта произошла Аааааааа, из второго уха шестого мамонта произошла Макия. Произойдя, эти земли существовали друг над другом, и не могли занять свое место, ибо не было еще мест; и было там сумрачно, сыро и погано; и они носились над лужей Шэ, и мамонтам было плевать.