Несмотря на этот прогноз, власти сочли нужным объявить - по крайней мере внешнему миру, - что они приступили к разрешению "еврейского вопроса" посредством соответствующего законодательства. С этой целью в начале 1883 г. была учреждена "Верховная комиссия по пересмотру законов о евреях", под председательством графа Палена. В продолжение пяти лет она собирала материалы и выслушивала показания экспертов, и, в конце концов, большинство ее членов пришло к {560} заключению, что следует постепенно расширить права евреев, с тем чтобы приравнять их к другим жителям государства. Однако царь, отклонив это предложение, согласился со мнением меньшинства, требовавшего сохранить ограничительные меры, и распустил комиссию.
Еще до опубликования "Временных правил" военное министерство издало приказ, вводивший процентную норму для еврейских военных врачей (5 проц. общего числа врачей в армии), "ввиду не вполне добросовестного исполнения ими обязанностей и вследствие их неблагоприятного влияния на санитарную службу в войсках".
Вопиющая несправедливость этого указа особенно возмутила еврейское общественное мнение потому, что всего лишь три-четыре года тому назад, во время русско-турецкой войны 1877-78 гг. в списках отличившихся военных врачей видное место занимали евреи. Вслед затем началась агитация за исключение евреев из правительственных учреждений и был запрещен прием новых еврейских служащих на государственные должности.
С 1889 г. еврей мог заниматься адвокатурой только с особого разрешения министра юстиции. В 1886 г. были введены впервые ограничения для еврейских учащихся в средних и высших учебных заведениях, а в июле 1887 г. была опубликована директива министра просвещения, устанавливавшая "процентную норму" в 10 проц. общего числа учеников в городах "черты оседлости", в 5 проц. в городах вне "черты оседлости" и в 3 проц. в Петербурге и Москве.
В сороковых и пятидесятых годах правительство принуждало евреев поступать в школы для получения образования на русском языке, теперь же оно почти закрыло перед ними доступ в учебные заведения. Так совершился крутой поворот: от стремления приобщить евреев к культурной жизни страны и ассимилировать их к решению изолировать их или заставить эмигрировать.
В особенности тяготел над еврейскими народными массами указ от 1886 г., в, силу которого семья юноши, не явившегося к отбыванию воинской повинности, подвергалась высокому денежному штрафу. Среди эмигрировавших в Америку было много таких молодых людей. Тяжело и болезненно ощущались еврейским населением также постоянно менявшиеся {561} указы О "праве жительства" вне "черты оседлости" и частые ночные облавы. Была совершена даже попытка объявить некоторые местечки деревнями, чтобы оправдать изгнание из них евреев. Но самым большим бедствием, постигшим евреев в результате этих гонений, было выселение их из Москвы в 1891 г., мотивированное необходимостью очистить "престольный град".
Почти двадцать тысяч еврейских ремесленников, проживавших в Москве на законном основании, были изгнаны из нее. Некоторые из них были выселены закованными в кандалы как преступники. Это мероприятие еще более поколебало доверие евреев к властям, вероломно нарушавшим свои же законы.
Вступление на престол Николая II не внесло существенных изменений в правительственную политику. Углубление пропасти между царским режимом и все ширящимися кругами русской общественности, боровшимися с притеснениями самодержавия, неминуемо должно было с течением времени привести к ухудшению отношения правящей верхушки к евреям и к большему пониманию их нужд со стороны враждебных существующему строю передовых элементов.
Писатели и мыслители, как В. Соловьев, В. Короленко и М. Горький, выступали в печати в последние годы XIX и в начале XX вв. с протестами против преследований евреев. Правительственные круги утверждали, что революционное движение в России - дело рук евреев и поляков, сообщников "врага внешнего".
В противовес оппозиционному лагерю, правительство решило раздуть юдофобские настроения толпы и использовать антисемитизм как политическое оружие с целью упрочить свое положение и укрепить верноподданнические чувства. Сам царь, проникнутый ненавистью к евреям, поддерживал эту линию. Он даже ассигновал крупные суммы из секретного личного фонда на издание антисемитской литературы. По мере нарастания революционного движения усиливалась и антисемитская агитация.
Агитаторы пытались распространять кровавые наветы и подстрекали к погромам. В особенности отличалась своей ядовитой травлей евреев газета "Бессарабец", {562} издававшаяся в Кишиневе, где но почину местных властей была создана антисемитская организация. Неистовая пропаганда вскоре дала свои результаты, и в апреле 1903 г. в Кишиневе разразился ужасающий погром. По официальным данным, было убито свыше 50 человек, изувечено около 500; были разрушены и разграблены сотни домов и лавок. Дикий разгул погромщиков потряс общественное мнение всего мира, а также передовые круги России.
Русское "Освободительное движение" (т. е. все оппозиционные партии) возлагало ответственность за погром на правительство и пыталось организовать общественную борьбу против преследования евреев. Заметный перелом произошел на этот раз и в настроениях самих евреев. Когда летом 1903 г. был устроен погром в Гомеле (Белоруссия), еврейская молодежь этого города самоотверженно и успешно отразила нападения громил. Сознавая, что правительство отказывается защищать жертвы нападений, молодежь пришла к выводу, что евреи могут полагаться только на самооборону. И действительно, гомельские власти не сидели сложа руки: они арестовали еврейских защитников, а погромщики продолжали убивать и грабить, пользуясь покровительством полиции. На процессе, состоявшемся в связи с гомельским погромом, большинство обвиняемых были члены самообороны из среды еврейской молодежи.
После первых поражений в русско-японской войне в 1904 г. антисемитская пресса стала обвинять евреев в симпатиях к японцам и в революционной пропаганде, направленной на ослабление России. Для борьбы с оппозицией царское правительство решило создать ряд "патриотических" организаций, преданных "царю и отечеству".