* * *По земле шатаюсь я давно,И везде вожу с собой окно.Хоть люблю я в жизни перемену,Но окно всегда вставляю в стену.Приглашаю я в окно закат.Птицы пусть в окне моем летят.Ветку на окно мое кладу,Рядом сбоку вешаю звезду.Или, чтоб увидел целый свет,Создаю ночной автопортрет —В раме, за стеклом, стою в окне,Свет фонарный шастает по мне.Пусть стоит вселенная вверх дном,Мне не страшно за моим окном!Я поеду в городок морской,Я мое окно возьму с собойИ у волн поставлю непременно,Пусть окно окатывает пена,Пусть там волны ходят ходуном,Хорошо мне за моим окном!Я от океана отделён,В раме океан, и застеклён!Каждым утром, сразу после сна,Я выбрасываюсь из окнаИ лечу на камни мостовой,В мир невыносимо-деловой.* * *Анатолию СапроновуКак только на шахматы брошу я взгляд,Всегда загораюсь веселым огнём:Готовые к бою фигуры стоят,И каждая пешка на поле своём.Как в жизни — расписано всё по ролям,У всех свое место, и всем свой черед.И можно назад отступать королям,Но пешки идти могут только вперёд.Мой день, моя ночь еще крепко стоят,Как белый квадрат и как черный квадрат.Я тоже на шахматном поле стою,Я тоже игру защищаю мою.Еще мое сердце стучит и стучитНа стыке маневров, атак и защит!Но с поля когда-нибудь снимут меняКаким-нибудь каверзным ходом коняЗа то, что я, силы своей не жалев,Кидался по следу чужих королев,За то, что с позиций, разгромленных вдрызг,Я шел на предсмертный, восторженный риск!За то, что сыграть не умел я вничью, — За всё это гибелью я заплачу!Навстречу мне — вражеских пешек навал,И вот он, король мой, на смертном одре…Но если я даже игру проиграл,Я всё же участвовал в этой игре!* * *Хоть возьми и с тоски угробься,Чтоб конец положить опекам.Колоссальнейшее неудобство:Оказался я человеком!Я от нежных забот правительстваКак суконный пиджак повытерся.Не живи, а всю жизнь готовьсяК торжествам олимпийским неким.Колоссальнейшее неудобство:Оказался я человеком!Оказался таким нелепым:За мечтой волочусь прицепом.Пирамидищею ХеопсаШла волна над моим ковчегом.Колоссальнейшее неудобство:Оказался я человеком!По субботам с женой и сыномПроплываю по магазинам.С панталыку я сбился вовсе!Ни звезды над моим ночлегом.Колоссальнейшее неудобство:Оказался я человеком!А во сне я как в звездопаде:Звёзды спереди, звёзды сзади!Неудобство, что человеком,Человеком я оказался,Кривосабельным печенегомВ мою полночь кошмар врубался!Колоссальнейшее неудобствоЧеловеком быть, а не мопсом!Как ты к миру не приспособься, —Быть поэтом — сверхнеудобство!Говорят, что поэт — поёт,Да не верю я фразам дутым.Говорю, что поэт — полётС нераскрывшимся парашютом.* * *Вечера ненастные.Ветры неутешные.Парни коренастыеБомбами увешаны.Потрясают автоматом,Предъявляют ультиматум!Кто тут против?Кто тут за?Дымятся из темных ободьевУ атамана глаза.И брякает он фразуБасом допотопным:— Если против — сразуТут же вас и шлёпнем!Если с нами солидарны,Выражаем похвалу,Но ухлопают вас парни,Что стоят на том углу!Кто-то голосом корявымДобавляет в простоте:— Нейтралистов мы дырявим,И дырявят парни те!В доказательство потрясОн ручной гранатой…Современники! У насВыбор пребогатый!* * *Ученый умно втолковывает,Где точка, а где тире.А поэт сидит и приковываетПетуха к заре.Что точка в земном пути?Жить от нее не легче.А у поэта, как ни крути,Певчий петух. Певчий.Поэт облюбует площадь,Солнцем ее полощет.Тут ведает всем булыжник,И голубь — его сподвижник.А ночью, как на параде,Поэт красоваться рад,И у поэта во взглядеУличный звездопад.Слышен ветра окрик,Ветер-хореографПляшущих огней,Скачущих теней.Уже серебрятсяОгни на мостах,Уже декорацииВсе на местах,И в светопаде и в блёсткахПоэт стоит на подмостках.И, начиная кидатьсяВ прожекторную струю,Поэт в своих декорацияхСтавит драму свою.И встает метеоромВ световом ореолеТа — котораяВ главной роли.В небе первозданномТехникой наплывнойЛицо ее крупным планомЛожится на город ночной.Он глянет наверх —И гибнет заранее.Он — человек,А она — сияние.Пытается он втеретьсяВ мерцающее соседство.Но со своею тяжестьюИ с кряжистою тенью,Никак он не развяжетсяС законом тяготенья.Ему — расстояние,Ему — отречение,А ей — сияние,А ей — свечение.И, обдавая сиянием,Она проплывает над зданием,А он соскользнувшим лучомЗакалывается, как мечом,И на своей арене,На перекрестке ночномИстекает стихотвореньем —Светящимся красным пятном.